Папа, я против этого брака! Том 2 - Hong Heesu

Разве твое поведение не противоречит правилам этикета?

Услышав критику в свой адрес, Макс усмехнулся. Его эмоции поутихли, но в глазах по-прежнему горел огонь.

«И это ничтожество — мой отец…»

Даже не пытаясь скрыть истинных чувств, Макс ясно выразил презрение одним взглядом, бросая вызов императору.

— Мне все равно следовало явиться. Зачем медлить? Правда, отец?

Император, подавленный устрашающей уверенностью сына, на мгновение застыл, а затем поспешно ответил:

— Н-ну, пару дней ты мог бы подождать!

— Ладно, буду иметь в виду.

Относительно вежливый ответ удовлетворил императора, и он уже спокойнее добавил:

— Пожалуй, ты можешь удалиться. У меня еще остались дела, которые нужно обсудить с герцогом Флойеном.

Макс с удивлением повернул голову.

«Учитель?..»

Лишь сейчас он обратил внимание на герцога. Лицо Макса исказилось от недовольства.

«Из всех подчиненных… почему именно он?..»

Теперь, когда Регис был в курсе его нежданного визита, Макс не мог открыто отправлять письма. Кто знает, что в таком случае сделает учитель? И очевидно, что любые попытки переписки будут пресекаться без раздумий.

Он криво усмехнулся и устремил горящий взгляд на отца.

— И по какому поводу вы секретничаете?

Император ощутил нарастающую панику. Глаза Макса метали молнии, отчего даже мысли о маркграфе Ленноксе и мятеже улетучились из головы монарха.

«Ну и что делать с мальчишкой, если герцог отправится на задание? А вдруг Макс что-нибудь учудит… к примеру, вздумает на меня напасть?..»

Император попытался отогнать чудовищную мысль, буквально пронзившую его разум, и со страхом посмотрел на сына.

— Ваше высочество, я выполняю личный приказ его величества. Пожалуйста, покиньте нас, — произнес герцог Флойен, спасая ситуацию.

Императору полегчало.

«Да! Проваливай!»

Но бесшабашный наследник не собирался играть роль послушного сына.

— Как вы смеете отдавать приказы кронпринцу, герцог Флойен?

Юноша широко распахнул алые глаза и пробуравил Региса сумрачным взглядом.

Однако встречный взгляд был не менее леденящим.

— Тогда позвольте и мне задать вам вопрос. Ваше высочество, вы сейчас осмеливаетесь противиться воле императора?

Макс переключился на отца. Тот затаил дыхание и молчал.

— Что ж, отец, еще увидимся.

Император не шевелясь наблюдал, как сын, развернувшись, выходит из кабинета. Дверь закрылась с тихим, но ощутимым щелчком. В воздухе сгустилось напряжение, словно гроза готовилась ливнем обрушиться на землю.

«Максимилиан своевольничает, поэтому лучший выход — столкнуть их лбами. Пусть теперь разбираются, кто сильнее».

Император уставился на герцога, сжав пальцы в кулак. Голос правителя прозвучал низко и весомо, как удар колокола:

— Продолжай служить мне, Регис. Защищай порядок, который я создал. Это твоя обязанность.

Герцог вновь склонил голову, тень улыбки скользнула по его губам. А в глазах мелькнул едва уловимый огонек удовлетворения.

«Какая удача… Благодаря дерзкому мальчишке все сложилось лучше, чем я мог представить».

Роскошный зал, украшенный золотом, сотряс громкий женский возглас:

— Что?! Наследный принц вернулся?

— Да, говорят, только что прибыл и уже удостоился аудиенции у его величества.

— И как отреагировал император?

— Э-э-э… Он до сих пор беседует с герцогом Флойеном…

Женщина, облаченная в одежды, усыпанные драгоценными камнями, нервно прикусила ноготь на большом пальце левой руки.

«Максимилиан… Значит, мерзавец в столице?!»

Вскоре ее беспокойный взгляд остановился на мужчине, который застыл в почтительном поклоне.

— И чем занимались шпионы, пока все это происходило?

Мужчина вздохнул:

— Мы потеряли связь неделю назад. К тому же наследный принц явился без предупреждения…

Женщина нахмурилась и выкрикнула:

— Как можно было провалить такое простое задание?! Ни на что не годные бездельники!

Ее гневный выпад прервало нежное:

— Успокойтесь, матушка.

Женщина тотчас смягчилась. К ней подошла юная очаровательная красавица — само совершенство, верх изящества и грациозности. Девушка напоминала ей себя же в молодости.

Однако и львица бросает детенышей с обрыва. Таково воспитание сильнейших.

Императрица устремила на дочь строгий взор:

— Беатриче, разве я не говорила тебе, что, перед тем как войти в комнату…

— Надо постучаться, матушка, — игриво улыбнулась дочь.

Женщина вздохнула, покачав головой.

— Перебиваешь мать, едва начав разговор… Плохая привычка, дитя мое.

Беатриче позволила себе очередную лукавую улыбку и проворковала:

— Я лишь забочусь о вашем здоровье, матушка.

— Раз этот несносный мальчишка вернулся, о каком здоровье может идти речь?

Беатриче улыбнулась еще шире.

— Если братец здесь, мы должны устроить ему достойный прием, не так ли?

Взгляд девушки, прежде безмятежный и ласковый, внезапно стал хищным и цепким.

— Чтобы он навсегда его запомнил.

После переполоха, устроенного Максом, император проявил к герцогу подобие понимания.

«Какое-то время можно о нем не беспокоиться».

С легким сердцем Регис покинул кабинет монарха.

И в тот же миг его окликнули:

— Герцог Флойен!

Это был Макс, в черных, словно тьма, доспехах, которые стали его знаком отличия. Теперь наследный принц держался почтительно.

— Давно не виделись. А вы все прежний, нисколько не растеряли былой силы.

Вежливый тон кронпринца заставил слуг замереть на месте. Но Регис мгновенно понял истинные намерения Макса и улыбнулся.

«Хочешь что-то сказать? Иначе к чему пускать пыль в глаза?»

Герцог приветливо ответил:

— Вы правы, мы давно не виделись, ваше высочество. Надеюсь, вы пребывали в добром здравии?

— Вашими молитвами. Мне хотелось бы обсудить с вами вопросы безопасности. Вы не против?

Лицо Макса скрывал шлем, однако Регис и не нуждался в том, чтобы смотреть принцу в глаза. Он сразу смекнул, куда тот ведет. Макс нарочно провоцировал его, упоминая безопасность.

— Конечно, ваше высочество. — Регис охотно принял вызов.

Войдя в столовую, я обнаружила, что завтрак сервирован только для меня одной.

— Располагайтесь, юная госпожа!

«Похоже, отец опять отлучился».

Я думала, что он станет бывать дома чаще, но ошиблась.

«Что ж, мне не привыкать есть в одиночестве».

Я отбросила досужие мысли и села завтракать. Присмотревшись, я заметила, что соуса для салата налито меньше, чем обычно.

«Нужно попросить, чтобы принесли еще».

Я взглянула на слугу, который хлопотал над столом, и уже было открыла рот… Но тот улыбнулся и учтиво произнес:

— Ваш отец уехал на рассвете. Срочные дела не терпят промедления.

«Почему он заговорил об отце?»

Я озадаченно пробормотала:

— Э-э-э… Хорошо.

И даже на секунду забыла, что хотела сказать, но тотчас опомнилась:

— Не мог бы ты принести еще соуса для салата?

Слуга засуетился пуще прежнего и поспешно ответил:

— Господин обещал вернуться до ужина. Не волнуйтесь.

«Но я же не об этом. Просто хочу соус».

Мне хотелось повторить просьбу, но печальный взгляд слуги заставил меня кивнуть и натянуто улыбнуться.

Когда