Я не влюблюсь в тебя снова (СИ) - Самсонова

чего я ахнула, но не от боли, а от непривычного удовольствия, которое с бешенной скоростью разрасталось во мне.

Дыхание Чимина стало неровным, прерывистым, я чувствовала как он дрожит всем телом, каждый его мускул был напряжён. Я же была полностью расслаблена и получала большое наслаждение от его действий.

И снова он прервался, и подняв меня на руки, понёс к кровати.

Стоп! К этому я ещё не готова!

Часть 20

Комментарий к Часть 20

Глава без редакции беты, не ужасайтесь

Любовь не знает середины: она или губит, или спасает.{?}[Виктор Гюго]

Чимин положил меня на кровать и навис надо мной, его рука скользнула мне под юбку ко внутренней стороне бедра.

— Постой… Я не готова…

Моё тело жаждало ласк и продолжения, но умом я понимала, что не готова довериться ему. Я снова прислушалась к зову сердца, и это привело меня к постели с Чимином. Прошлые чувства не оставляют меня.

Чимин замер. Он смотрел на меня и не говоря ни слова. Затем встал и направился к выходу. Я решила, что он собирался молча уйти, но он подошёл к столику, на котором стоял кувшин с водой, налил воду и выпил залпом.

— Делис, хочешь пить?

Я была поражена. Я думала, что он сразу уйдёт. Но он принёс мне воды и лёг рядом, внимательно рассматривая меня. Я уже успела пожалеть о своём порыве страсти и чувствовала себя смущённо, а он был в порядке, как будто ничего не произошло.

Он не собирается уходить к себе?

— Ваше Высочество, Вы когда будете уходить, постарайтесь, чтобы вас не заметили…

— Ты что же, меня гонишь? — выпалил он, при этом сделал такое оскорблённое лицо, что мне сразу стало не по себе.

— Ну, Вы ведь не собираетесь здесь ночевать… — замялась я, всё больше теряя уверенность в своих словах.

— Собираюсь. И собираюсь просить тебя, чтобы ты называла меня по имени, и не было этих «Вы», «Ваше Высочество» и прочего такого. Ну-ка, попробуй…

— Не хочу, — категорично ответила я.

Чимин игриво посмотрел на меня и начал раздеваться.

— Вы что творите?

— Я же сказал, что буду спать тут, а спать в одежде не удобно, ты тоже можешь раздеться…Я не против.

Спасибо, что разрешил…

Сколько бы я не пыталась спровадить его, всё было напрасно. Он уже лежал под моим одеялом на на моей подушке. Что теперь делать? Я не могу лечь рядом: боюсь, что на сей раз не смогу удержать себя в руках; уходить в другую спальню опасно: меня могут не так понять, и вряд ли другие комнаты готовы к ночевке. Тут только один выход — спать на софе.

Я взяла подушку и разместила её на подлокотнике дивана и прилегла. Чимин, всё это время наблюдавший за мной, ухмыльнулся:

— Ты собираешься спать там?

— Да…

— Приятных тебе снов! — он лёг, отвернулся и, кажется, вскоре уснул.

— Вот же гад, — пробубнила я себе под нос, и немного покрутившись, уснула тоже.

* * *

Я проснулась от нежного запаха персиков.

Наверно, Ханна принесла завтрак.

Я хотела ещё понежиться в постели, но что-то было не так. Я резко открыла глаза и увидела перед собой оголённую грудь Чимина, к которой я прижималась щекой: мы лежали в обнимку. Никогда не могла и подумать, что привычка спать обнимая подушку, может быть опасной для моего сердца и нервной системы. Как же вышло так, что вместо подушки я обнимала его? Я руками и ногами оттолкнула Чимина, да так, что он свалился с кровати.

Он не поднимался несколько минут, за это время я успела себя разглядеть: я была в рубашке Принца. Он встал и посмотрел на меня сонными глазами, потом просто лег обратно, как будто ничего не случилось.

Мне пришлось вновь растормошить его:

— Ваше Высочество, что всё это значит?

— Не шуми ты так…

Чимин сел, потирая глаза, и посмотрел на меня таким взглядом, как будто так и должно быть.

— Доброе утро, дорогая, — он нежно улыбнулся.

— Ваше Высочество, почему я в своей кровати и в Вашей рубашке.

— Мне показалось, что тебе там неудобно, и я перенёс тебя на кровать, — он встал и пошёл пить, и только тогда я заметила, что он в одном нижнем белье, и я смущённо опустила глаза.

Чимин принёс мне воды и снова лёг, даже не укрывшись одеялом. Его поведение было таким, словно мы женаты не менее года.

— А Ваша рубашка?

— Я переодел тебя. Мне кажется, платье с корсетом — это очень неудобно. Я же не…

Он не успел договорить, потому что в него полетела подушка, запущенная мной. С точностью снайпера я попала ему прямо в лицо, от неожиданности он не успел среагировать. Он скинул её на пол, как и все остальные, которые лежали между нами. Зачем он сбросил все подушки на пол?

— Я ничего не видел, — заверил он меня, закрывая свои глаза руками, но при этом в щелки между пальцами я видела его довольный взгляд.

Я не знала злиться мне или плакать, а может вовсе стоит посмеяться. Я представила себе эту картину: Чимин переодевает меня с закрытыми глазами.

Как он смог развязать корсет?

Я смотрела на его невинное личико и практически поверила в чистоту его побуждений, пока он не пробубнил:

— А у тебя очень красивое тело…

Моя рука потянулась к подушке, чтобы кинуть в него, но все они были на полу с его стороны. Осмотревшись по сторонам, я поняла, что мне нечем в него швыряться.

Предусмотрительный гад…

В дверь постучали, и я замерла: это был голос Ханны, она попросила, чтобы я открыла дверь, которая была закрыта на засов изнутри.

— Минутку…

Я шикнула на Принца и затолкала его под кровать, а сама пошла открывать дверь. Я поторапливала Ханну, чтобы она, как можно быстрее, закончила меня собирать, а после потянула за собой с предлогом позавтракать в оранжерее, чтобы Чимин покинул мою комнату без свидетелей.

* * *

Утро Чимина, как обычно, началось с просмотра писем и, когда он открыл очередное, нахмурился — это было приглашение на день рождения Пенелопы Элфорд, но это приглашение отличалось от обычных и больше напоминало любовное письмо, что очень сильно его раздражало. Он не собирался идти на этот банкет, пока не узнал, что Аделисия тоже там будет, и решил, что обязательно сопроводит её.

Пока он был погружён в мысли о своей невесте, в кабинет бесшумно вошёл парень-неведимка и отдал отчёт