Айрис. Изменчивыми тропами - Юлия Арниева

необъятных кустов, трепетали янтарными лепестками, похожими на крылья бабочек. Небольшой фонтан в центре парка, выложенный мозаичными изразцами, был полон разноцветных листьев. Над ним, заросшим диким ирисом, предавались печали ивы.

Поддавшись импульсу, я собрала большую охапку звучно шуршащих листьев и подбросив над своей головой звонко рассмеялась, представив себя одним из парящих листков, ощутив лёгкость и свободу. Софи с озорной улыбкой на лице, украдкой поглядывая на меня, сгребла листья в огромную кучу и тоже подбросила их вверх, но над моей головой, с радостным смехом рванув от меня к высоким хвойным деревьям.

— Не сбежишь! — взвизгнула я, устремилась следом за озорницей, кидая в её сторону сосновые шишки. Только спустя полчаса набегавшись по парку, плавно переходящего в лес, мы устроились у небольшого ручейка. На разложенном пледе, предусмотрительно прихваченном с собой, жевали пирог запивая его тёплым компотом и щурясь от пробивающего сквозь ветки солнышка, болтали.

— Тебе надо учиться, я узнаю у Грэма, есть ли поблизости школа. Читать мы с тобой итак научимся, арифметике тоже, но, наверное, есть и другие дисциплины.

— А лЕкарству учат?

— Скорее всего да, но… ты о своём даре? Я не нашла ни одной книги у мистера Грэма о магии или волшебстве. Ни словечка не написано, было только упоминание в одной из книг, о драконах, которые покинули мир Скайдор несколько столетий назад, но я сомневаюсь, что это правда. Скорее похоже на сказки… хотя было бы здорово, вернись они.

— Почему?

— В книге было написано, что драконы — это люди, которые, как и ты имели дар. Только он другой. Дар убеждения, справедливости, во времена правления драконов мир Скайдор был сильным, не было воин, болезней и голода. А ещё, якобы драконы могут одарить человека бессмертием.

— А ты бы хотела никогда не умирать?

— Нет, не хотела бы. Тяжело вечно жить и видеть, как покидают мир твои любимые, друзья, знакомые. Время течёт, всё меняется, а ты не уходишь... нет, я хочу прожить долгую и счастливую жизнь рядом с близкими людьми. Вместе состарится с любимым мужем, видеть, как растут наши дети, внуки и правнуки…

— И я не хочу, — тихим голосом ответила Софи, — Айрис?

— Да? Прости, я задумалась, — пробормотала, невидящим взором уставившись на петляющий словно заяц маленький ручеёк, возвращаясь к новым воспоминаниям.

Ирина Витальевна, так ко мне обращались мои коллеги маленькой фирмы, где я проработала больше двадцати лет главным бухгалтером. Они же и проводили меня на пенсию, подарив набор для начинающего кулинара, зная мою неуёмную тягу к готовке. Спустя пару месяцев бывшим коллегам пришлось продегустировать испечённый мной торт, украшенный сахарными цветами. С той поры прошло немало лет, торты у меня стали получаться лучше и вкуснее, а цветы изящней и почти все жители нашего небольшого городка, заказывали на все свои праздники торты от Ирины Витальевны.

Ирочка, так звал меня Саша, любимый муж с которым мы прожили счастливо больше пятидесяти лет. Было всё и обиды, и злость, но мы многое преодолели и справились со всеми трудностями, выпавшими на нашу долю. Но больше всего в нашей жизни было нежной трепетной заботы, любви, доверия и ласки…

Мама, так звали меня сынишки Дима и Андрей. Сильные, смелые мужчины, которые всё же нуждались в материнской ласке, когда в детстве разбивали коленки или, спасая щенка, забравшись в сточную канаву, рвали новые штаны. Или когда сосед Витька обзывал обидными словами. Первая безответная любовь, глупые девчонки, досадные двойки в школе… Они выросли, обзавелись семьёй и меня стали называть — бабулей.

Бабушка, которая печёт вкусные пироги, шьёт кукольную одежду для двух чудесных внучек, мастерит внуку рогатку и вместе с дедом учит чистить собственноручно пойманную рыбу...

Я ушла тихо во сне, спустя две недели… следом за Сашей. Через месяц мне бы исполнилось восемьдесят три, и я прожила счастливую жизнь…

Глава 30

Глава 30

Интерлюдия

— Гвендолин? — удивлённо воскликнул, заметив спешащую ко мне навстречу девушку, через пару минут на миг оторопел, когда Гвендолин с радостным визгом повисла на мне и прижалась своими губами к моим.

— Рейнар, как я рада, что ты вернулся! Давно в Вистерии? Уже был у нас? Почему не сообщил?

— Мы ранее всё обсудили, — проговорил, холодно взглянул на девушку, убирая её руки с моих плеч, отступил на пару шагов, вежливо улыбнувшись, поприветствовал, — миссис Иветт, добрый день.

— Добрый день, Рейнард, — слегка склонила голову мать Гвендолин, — рада вас видеть.

— Решили прогуляться в парке?

— Гвендолин захотела посмотреть на ярмарку, служанки наболтали, что здесь интересно, — ровным безжизненным голосом ответила миссис Иветт, едва взглянув на дочь.

— Отличной прогулки, — натянуто улыбнулся, надеясь, что обе дамы не станут задерживаться и покинут укромное местечко, мысленно выругавшись: «Надо же было их здесь встретить! Парк Виула, граничащей с лесом, аристократы Вистерии никогда не посещала, у них есть свой отдельный, с охраной на входе, лебедями в пруду и тёплыми домиками для уединения. Поэтому я и Кеннет иногда встречались в этом парке, даже во дворце не все вопросы можно обсудить, а уж о готовящем покушении на короля и его семью тем более».

— Рейнард, а ты? Разве ещё не уходишь? — прервала мои мысли Гвендолин, пристально на меня взглянув.

— Нет, я ещё прогуляюсь.

— Хм… может, придёшь сегодня на ужин? Будет семья Додсон и сестры Фултон.

— Благодарю за приглашение, но нет, — отказался, обогнув по широкой дуге дам, поспешил уйти подальше, надеясь, что это их поторопит и они наконец уйдут.

— И всё же, если передумаешь, я буду рада, — донеслось мне вслед, отвечать не стал, лишь ускорил шаг, полагая, что Кеннет скрывается в тени деревьев и не выйдет, пока я не останусь один.

— Кто первым добежит до мостика, тот получит вкусное мороженое! — воскликнула я, прогоняя грусть, принялась собирать в корзинку остатки былого пиршества.

— Я! — подхватила подачу Софи, собрав в охапку плед, рванула к небольшому деревянному мостку.

— Это мы ещё посмотрим, — прокричала, спеша догнать шуструю девчонку и глядя на заливисто смеющуюся малышку, моя грусть постепенно уходила. О прошлой жизни я подумаю после, сейчас у меня новая не менее интересная и надо наслаждаться тем что есть, — Эй!