Розмари Клемент-Мур - Дух и прах

Что бы там Карсон ни задумал, это должно было случиться в следующие двадцать секунд. И кроме как громко заорать «Пожар!», больше вариантов выпроводить группу я не видела. Мумия в саркофаге, может, и спит вечным сном, но вот у гида будет что сказать, и немало, если я перешагну через низко висящий бархатный шнур и положу ручонки на царя Тута.

Я все еще скрипела мозгами, когда внезапно потух свет, и галерея погрузилась в непроглядный «мать-моя-женщина-я-в-темноте-с-мумией» мрак.

– Никому не двигаться, – велел доцент. – Мы не хотим, чтобы в темноте вы что-нибудь снесли.

Ага, как же. Слабые фантомные следы на стоявших в ящиках экспонатах размечали для меня комнату, пока я бежала в другой ее конец к величественному часовому. Но я забыла об оцеплении высотой по щиколотку и, запнувшись, с жутким грохотом снесла медные столбики. Я завалилась лицом вниз и только по счастливой случайности не вписалась головой в базальтовый постамент.

– Я сказал не двигаться! – выкрикнул доцент.

– Я в порядке! – заорала я в ответ, боясь, что кто-нибудь решит проверить мое самочувствие. Но порядком тут и не пахло. Мне нужно было добраться до статуи до того, как включат освещение.

Камень под моими руками оказался холодным, а высеченные иероглифы под пальцами – шероховатыми. Я воззвала к прошлому, не настолько далекому с его художниками и резцами, но лет на сотню назад. В экстрасенсорном эквиваленте – все равно что с крыши крикнуть.

«Айви Гуднайт, если от тебя хоть что-то здесь осталось, отзовись».

Тишина.

«Тетушка Айви, мне нужна твоя помощь!»

Ничего, кроме приближавшихся шагов и подпрыгивающих зайчиков света от фонариков.

Надежда рухнула под сокрушительным весом неудачи, я уронила голову и растеклась лужицей на полу. Что теперь? Единственное, что я умею, – разговаривать с мертвыми. Если это не сработало, то какой от меня прок Алексис?

Оставалась наводка, которую я отправила по е-мейлу Тейлору. Майкл Джонсон. И факт, что Алексис бывала с ним в музее. И подсказка в виде ушастой карточки. И статуя шакала в музее Сент-Луиса. И флешка, которую мы так и не разблокировали.

Все эти вещи ждали, когда я поднимусь с пола.

А еще – пара поношенных кожаных ботинок прямо перед моим носом. Запылившихся от песка ботинок, которые я прекрасно видела в непроглядном «что-ж-я-такое-вызвала» мраке.

Глава 16

– Вызывала? – спросила нависшая надо мной тень.

Проследив взглядом вверх по сапогам, бриджам для верховой езды, очень большой куртке и шарфу, я обнаружила, что призрак, иронично вскинув рыжую бровь, смотрит на меня в ответ.

Мда, не такой мне виделась встреча с кумиром. Я вскочила на ноги, но, так и не выпутавшись из шнура, только шума наделала.

– Не двигайся! – крикнул экскурсовод, и из темноты донесся еще чей-то голос:

– Мы сейчас. Оставайтесь на месте, пока не включится свет.

– Кто ты? – спросила тетя Айви.

Она выглядела совсем как на семейной фотографии: под тридцать, очень самоуверенная и даже близко не настолько удивленная, как следовало бы. Заметив мои рыжие волосы, тетя внесла поправку в свой вопрос:

– Или лучше спросить, какой сейчас год? И где мы?

Неудивительно, что пришлось приложить столько усилий, чтобы ее призвать. Должно быть, след почти исчез. Что вполне объяснимо: Гуднайт, если не захочет, не станет после смерти нигде слоняться.

– Меня зовут Дейзи. – Даже если бы рядом никого не было, я бы все равно разговаривала про себя, потому что это самый быстрый способ – буквально со скоростью мысли. – Я твоя пра-пра… В общем, не важно в каком поколении, потому что я в беде и мне нужно знать все, что ты можешь рассказать о шакале Оостерхауса.

– Понятия не имею, что это. – Я едва не выругалась, мысленно или вслух, но тут тетя Айви продолжила: – Знаю только профессора Оостерхауса. Он здесь преподает – преподавал. – Она потерла лоб, совсем как сделала бы при жизни. – Прости, но мое ощущение времени в полном беспорядке.

– Не беспокойся. Бывает. – Ну а как иначе, если твои прошлое, настоящее и будущее уже произошли?

Но тетя Айви все равно забеспокоилась, словно ощутив мое волнение. От прилагаемых усилий собрать воедино воспоминания ее фантом начал мерцать, однако стабилизировался, когда я еще больше влилась в нашу духовную связь.

– Что-то было с ним связано, и этот шакал в голове крутится… – сказала тень. – В начале тридцатых Оостерхаус покинул институт. Темная история.

То есть в тридцатых годах двадцатого века. Сопоставив хронологию с немецкой фамилией ученого, я высказала дикое предположение:

– Он был сторонником фашизма?

– Совсем нет, – ответила Айви, и по связи, казалось, проскочила искра. – Когда он ушел, я была в отъезде, но по возвращении услышала сумасшедшие россказни о том, что профессор якобы основал какой-то культ и клялся, будто нашел нечто, способное разгромить Третий Рейх.

Мои мысли поскакали в совершенно безумном направлении, сильно напоминающем сценарий «Индианы Джонса».

– Профессор нашел какое-то оружие?

Вроде того, оплавляющего лица, из «Утраченного ковчега»? Меня затрясло от макушки до кончиков поджатых от ужаса пальцев ног.

– Не знаю. Вот дерьмо! – От отчаяния, свозившего в ругательстве тети, воздух посвежел. – Я помню лишь доходившие до меня слухи, и в моей голове это просто разрозненные кусочки.

Я попыталась ее успокоить. Вот только до нас наконец-то добрался охранник с фонариком. Когда галерею прорезал луч света, я свернулась в тени статуи, где бы охранник, помогая остальным, меня не заметил.

– Что там о слухах? – подгоняла я Айви. – В досье профессора, хранящемся в архивах, ничего не сказано о том, когда и почему он оставил институт.

Когда охранник прошел мимо, она торопливо заговорила:

– Официально все замяли, но поговаривали, что профессор спятил. Бредил идеями, основанными на собственном переводе «Книги мертвых».

Я знала, что это за книга – иначе хреновый из меня медиум, – инструкция о том, как правильно мумифицировать тело и подготовить душу к переходу в загробный мир. Единой версии не существовало, так как с династиями менялись и ритуалы.

Воспоминания возвращались к Айви беспорядочным скопом, и она уже тараторила:

– Оостерхаус сказал, что нашел версию, написанную древним культом, верившим в магическую силу души после смерти. Но доказательств существования такой книги не было. По крайней мере, таких, которые можно найти, а я, поверь, искала.