Невеста для врага - Мария Фир
— И что ты им сказал?
— Сказал, что подумаю, — ухмыльнулся Эйден. — Попросил прислать портреты этих девушек.
— Ты шутишь! — возмутилась я и бросила в лицо мужа подушкой.
— Нисколько. Ты ведь знаешь, что драконы не играют во все эти игры. Я говорю правду.
Я обескураженно уставилась на хвостатого владыку: не много ли ему будет вдобавок к наложницам заиметь ещё и кучку принцесс?! Богатств у Эйдена на всех хватит, в этом можно не сомневаться, а вот времени точно будет недостаточно. И вообще, этот дракон мой.
— Вообще-то, ты мой, Эйден, — повторила я вслух.
— Так докажи это, Реджина!
Я зажмурилась и сбросила с себя рубашку. Владыка не заставил себя долго ждать — скользнул ко мне, стиснул в жарких объятиях. Мне было и сладко, и боязно, а ещё в голове крутились мысли о чужих принцессах — с чего бы всем правителям понадобился срочный союз с драконами? Они что-то узнали о пробуждении Мор'Таагра? Эйден обвил хвостом мою ногу, увлечённый поцелуями.
Доверие дракона ко мне было безграничным, и это ранило меня, заставляло чувствовать себя виноватой. Я всхлипнула, стараясь сдержать бурю чувств, и муж мгновенно отреагировал и заглянул мне в глаза.
— Что, если не я должна была стать твоей женой, Эйден? А другая принцесса.
— Какие глупости! Я сказал лишь, что хочу посмотреть на портреты, а не что готов жениться на других принцессах. Это всего лишь дипломатия.
— А если мой дар не раскроется?
Я беспомощно взглянула на мужа — он ничегошеньки не понимал. А я не могла открыться ему, не могла рассказать, кто я есть на самом деле, потому что где-то там, во дворце Альмерании, герцог Карл и магистр Майрон удерживали в заложницах мою сестру Талису.
— Он раскроется, Реджина, доверься мне, — прошептал Эйден и накрыл меня своим телом.
Между нами всё ещё оставалась ткань его брюк, но я чувствовала, как она натянута от его желания. Назад дороги нет, сегодня мне придётся исполнить супружеский долг! И я мысленно выдохнула, уже готовая принять свою участь, как вдруг двери покоев с грохотом распахнулись.
— Ваше величество! Эльфы… они снова напали на Красную пещеру!
Кажется, мы с Эйденом одновременно издали стон — он мучительный, а я — стон облегчения. Стражи замка, увидев правителя в постели с супругой, отступили ко входу, но не ушли. Я видела, как потемнели от гнева глаза моего дракона. Он укрыл меня покрывалом и соскочил с постели, на ходу натягивая одежду.
— Мы не будем больше ждать, — сердито бросил он. — Пора проучить этих остроухих!
Глава 31
Эйден отдал несколько коротких приказов стражам, схватил со стойки длинный меч и кинжал, застегнул оружие на поясе. Доспехи драконам не требовались — они умели покрывать тело прочной чешуёй, которая защищала и от ран, и от вражеского огня. На меня муж даже не взглянул, словно меня в покоях и не было. Мужчины скрылись за дверями, и я осталась совсем одна — взволнованная горячими поцелуями и опустошённая, потому что настоящей близости не случилось.
Я должна была радоваться, ведь Эйден всё ещё вызывал во мне первобытный трепет, но мне стало грустно и горько. Владыка Драскольда не узнал о подмене невесты, всё шло по задуманному королём Ренвиком плану, а мне начинало казаться, что в эти дворцовые интриги вмешиваются высшие силы. Место рядом с Эйденом Альвареном Третьим не было моим, я заняла его незаконно. Что если Светлые боги решили покарать меня за ложь?
Приподнявшись на локте, я оглядела широкую постель правителя. В первую ночь она была застелена алыми простынями, теперь же бельё было кремово-золотистым. Сколько женщин побывало здесь до меня? Скольким дракон говорил ласковые слова, дарил украшения? Скольких он гладил своим великолепным хвостом? Лучше было не знать — наверняка, их была целая сотня, если не больше!
Я рассердилась, отбросила одеяло и вознамерилась вернуться к себе, но тут же взвыла от нахлынувшей слабости и упала обратно в подушки. Я — владычица Драскольда, а не девица на одну ночь. Захочу — буду ждать мужа здесь до тех пор, пока он не вернётся из похода к эльфам.
Глаза защипало от злых слёз. Зарывшись лицом в прохладный шёлк подушки, я дала волю эмоциям, после чего сама не заметила, как провалилась в сон.
Меня никто не беспокоил до самого полудня. Солнце стояло в зените, когда я очнулась и сладко потянулась в постели Эйдена. Бельё хранило запах дракона — огненно-металлический, мужской, волнующий. Моя голова была ясной, рыдать или перебирать в мыслях суеверия больше не хотелось. В дверь раздался осторожный стук, и я крикнула: "Войдите".
Триша, моя зеленокожая камеристка, пробормотала извинения и глубоко поклонилась.
— Триша подумала, вы ведь давно пропустили завтрак, ваше величество! Вам принести что-нибудь?
Мне по-простому хотелось отмахнуться от заботы и заверить орчиху, что я всё сделаю сама. Я еле сдержалась. В стенах замка Драскольда мне надлежало вести себя как королеве, а не предаваться воспоминаниям о жизни в пансионе. Эх, я бы многое сейчас отдала за то, чтобы проснуться в знакомой с детства комнате от звона колокольчика, с которым каждое утро ходила по коридору госпожа Аманда! Многое, да. Сундуки с шикарным приданым, шкатулки с украшениями, десять пар туфелек…
Вот только Эйдена я бы отдавать не хотела, пусть бы он остался в моей жизни. Большой и сильный дракон, которому чем-то нравится хрупкая человеческая девчонка. Ненастоящая принцесса.
— Да, я бы не отказалась от завтрака, спасибо, — сказала я и потянулась.
— Будет исполнено! — обрадовалась Триша.
По мнению орчихи, мне нужно было есть в три раза больше, ведь очень скоро внутри меня должен был зародиться наследник Драскольда. Простодушная служанка, разумеется, понятия не имела о том, что её госпожа до сих пор оставалась девственницей.
Очень скоро Триша вернулась с золочёной тележкой, уставленной всевозможной снедью. Этим "завтраком" с лёгкостью можно было накормить драконий отряд Эйдена перед штурмом эльфийских пещер. Я заглянула под крышки. Здесь были и оладьи, и пирожки, и сладкие творожные шарики с изюмом, и колбаса со специями, и тыквенная каша, и сырные лепёшки.
— Не слишком ли много для одной маленькой человечки? — улыбнулась я.
— Триша думает, владычице нужно лучше питаться, — обиженно проворчала камеристка. — Тем более, судя по вашей фигуре, в Альмерании несколько лет был неурожай. И мор.
— У
