Как увлечь дьявола - Лола Гласс

а затем спустилась по изгибу бедра и поймала мою задницу. — Чёрт, я хочу посмотреть, как она подпрыгивает. Перевернись.

— Изменись, и я повернусь.

— Сейчас этого не произойдет, детка. У меня нет желания причинять тебе боль. — он легонько шлепнул меня по заду и ещё несколько раз вошел в меня. — Повернись. Дай мне свою попку.

Я застонала, но выполнила его приказ. Пришлось немного повозиться, чтобы перевернуться и не соскользнуть с его члена, но то, как он пульсировал внутри меня, говорило о том, что Баш не считал эти неловкие движения несексуальными.

Через мгновение моя попка оказалась в воздухе, а щека — на подушке. Его руки обхватили мой зад, широко раздвинув ноги, пока он погружался всё глубже внутрь.

Я не могла сдержать криков, которые вырвались из горла, когда он заполнял меня.

И заполнял.

И заполнял.

Мои бёдра покачивались.

Он издавал дикие звуки, его пальцы нащупали мой клитор, пока он двигался, давая мне грубый, жесткий трах, которого я так ждала.

Через несколько минут я снова закричала, сдавливая его плоть. Он кончил вместе со мной, шлепнув меня по заднице так сильно, что было больно, когда он зарычал и залил меня своим семенем.

— Чёрт, — простонала я, мои бёдра всё ещё двигались, в то время как тело сотрясали толчки. — Как тебе это удается?

— Я создан для тебя. — его рык был собственническим и горячим. — Ты в порядке после шлепков?

— Очень хорошо. В следующий раз можно жестче.

Баш обхватил руками мою попку.

— Ты чертовски сексуальна, прижавшись к моему телу.

— Это одно из моих лучших качеств. — я прижалась к нему, и он несколько раз вошёл в меня, заставляя желать большего.

Баш снова шлепнул меня по заднице, в этот раз игриво и легонько.

— Готова?

— Да, чёрт возьми.

Его грудь удовлетворенно вздымалась, и он погрузился в меня, отвлекая нас обоих от нашего разговора.

Это продолжалось почти всю ночь — и закончилось тем, что мы оба рухнули на мою кровать, потные, липкие и безумно довольные.

Баш притянул меня к себе и прошептал:

— Этернум, Бринли.

Моё горло сжалось, и я прошептала:

— Скоро.

Всё было идеально.

Абсолютно идеально.

И я не хотела ничего менять.

Глава 18

БРИНН

Следующие несколько дней прошли в вихре секса и работы. Когда не было секса или работы, была еда.

И разговоры тоже.

Мы работали на диване или на одной из наших кроватей, чтобы быть ближе друг к другу.

Я старалась обсуждать с Башем свою жизнь, и он делал то же самое. Как бы я ни наслаждалась сексом, разговоры помогали мне чувствовать себя хорошо в отношении нашего будущего.

Он никогда не изменялся и не питался, находясь внутри меня — мужчина очень боялся причинить мне боль, — но это не делало его менее горячим для меня.

Каждую ночь он давал мне шанс скрепить узы.

И с каждой ночью моё «скоро» становилось всё слабее.

* * *

Через неделю после того, как вернулись из дома его родителей, мы отправились на поздний обед в середине дня. После обеда я думала, что мы направляемся домой, но он свернул не туда.

— Ты проехал мимо дома, — запротестовала я, показывая в окно, как проносится здание.

— Да, это так. Мы не пойдем домой, — сказал он, положив руку мне на бедро и слегка его сжав. Баш совсем перестал носить костюмы и галстуки, предпочитая закатывать рукава своих рубашек на пуговицах, поскольку я сказала, что мне это нравится. Он также стал меньше наносить гель на волосы, подчеркивая волны, а не убирая их, после того как я упомянула, что они мне нравятся.

— Куда же мы идем?

— Это сюрприз.

— Ты ненавидишь сюрпризы, если только они не связаны с сексом, — заметила я.

— Но ты любишь их, и сексуальные, и несексуальные.

Он был прав, я любила.

Я вздохнула, прислонившись головой к окну рядом со своим сиденьем.

— Ладно, храни свой секрет.

Баш усмехнулся.

Через несколько минут он припарковался перед элегантным зданием. Я с минуту смотрела на него из окна, прежде чем в голове возникла мысль, почему мы здесь.

— Ты покупаешь мне кольцо? — спросила я, переведя взгляд на него.

— Да. Мне нужно чем-то подкрепить своё предложение, и Татум с Майлз решили, что кольцо подойдет.

Мои брови взлетели вверх.

— Ты не можешь использовать моих подруг против меня.

— Технически я использовал своих невесток против тебя.

Туше.

— Пойдем, Бринли. Это будет весело. — он поднес мою руку к губам и слегка поцеловал костяшки пальцев.

— У меня очень дорогой вкус на кольца, — предупредила я его. — Это рука требует особого ухода.

Он снова поцеловал мои костяшки пальцев.

— Хорошо. Ювелирный магазин арендует у меня здание, так что я буду выглядеть как осел, если ты выберешь что-нибудь скромное.

Баш работал на своем предприятии по продаже недвижимости больше, чем на правительство, занимаясь охотой на вампиров, и зарабатывал на этом гораздо больше денег. Я не спрашивала у него точных цифр, но в нашей дружеской компании было известно, что Баш — самый богатый из Виллинов. И даже самый бедный из них был безумно богат, так что… да.

На данный момент этот ублюдок, вероятно, владел половиной Скейл-Риджа.

— На какой цене мы должны остановиться? — уточнила я, когда он открыл передо мной дверь.

Он взял меня за руку и помог подняться с пассажирского сиденья «Хаммера».

— На какой пожелаешь.

Я бросила на него раздраженный взгляд.

— Я не трачу на кольцо столько, сколько потратила бы чёртова знаменитость, Себастьян.

— Просто выбери кольцо, которое тебе понравится. Меня не волнует цена. — он сжал мою руку, и я прикусила губу, чтобы скрыть улыбку, грозящую появиться на моём лице.

Иногда он был слишком добр ко мне. Что хорошо для меня.

* * *

Мои пальцы не пролезали в кольца, что заставило Баша зарычать на парней из магазина, но я быстро его успокоила. Я этого не ожидала, но что было, то было, хоть это и раздражало.

Мы решили пройтись по магазину и осмотреть всё, после того как определили размер моего кольца.

Как только мы вернулись в «Хаммер», Баш заказал для меня чрезмерное количество дешёвых колец, чтобы я примерила их у нас дома. Он хотел, чтобы я могла решить, какой именно стиль мне нужен.

По дороге домой рука Баша снова легла на мое бедро.

— Я возьму тебя в наш домик на выходные.

Я приподняла брови.

— Ты снова пригласишь своих братьев?

Однажды я уже