Лидия. Головная боль академии. Книга 2 - Натали Лавру

— Давай сделаем вид, что мы друг друга не видим и не знаем, — вместо приветствия предложила я.

— Тебя вообще здесь нет.

— Вот-вот, у тебя просто крыша поехала, вот и блазнится всякое, — поддержала я его версию.

— Разве ты не должна сейчас доказывать, что ты всё-таки есть?

— Тебе докажешь, как же! Сойдёмся на том, что ты шизик и разговариваешь сам с собой.

— Я не шизик.

— Ни один шизик не признает, что он шизик. Классика жанра, — изрекла я что-то на психиатрическом.

— Ты как-то странно ведёшь себя, — он, как назло, подошёл и сел рядом. — Погоди. А что это на тебе надето?

Заметил. Поздно отпираться.

— Я всё понял! Ты не Дарси, ты Диа! Мои сны — это твоих рук дело! Ты ведь зельевар!

— Браво-браво! — я издевательски похлопала в ладоши. — Кто такая Диа? О! У тебя появилась женщина? Поэтому ты одел меня в её шмотки? — я изобразила оскорблённую до глубины бездонной души барышню. — Класс!

— Хочешь сказать, что ты не Диа?

— Как видишь, — нет, я не признаюсь ему. Чуйка подсказывает, что рано раскрывать карты, Эдриан пока ни к которой из нас толком не привязался. А нам, между прочим, ещё спасаться из камеры.

— Проклятье… Поэтому я всё ещё вижу тебя как в дымке?

— Наверное.

Он закрыл лицо руками и некоторое время сидел неподвижно.

Я тоже сохраняла тишину, но безотрывно наблюдала за ним.

— Сначала ты говорила, что ты живой человек, что ты эльфийка и у тебя ко мне любовь-судьба. А сейчас уже не отрицаешь, что ты лишь плод моего воображения, — тихо, с горечью проговорил он. — Я запутался, — его начало трясти, хотя из сна пока не выбрасывало.

— Сейчас это не важно, Эдриан.

— М-м… — он закивал и поднял взгляд на меня, но не мог сфокусироваться, его голову мотало из стороны в сторону.

— Эй, что с тобой? — я подскочила и взяла в ладони его лицо.

— Мне нехорошо. Что-то с телом.

— Выходи из сна! Чёрт подери, давай, живо! — пришлось влепить ему пощёчину, чтобы не уплывал.

— Не могу.

Уходить пришлось мне и будить его уже в реальности.

— Эдриан! Ну же, открой глаза, ты замерзаешь! — я снова оседлала его, но уже без эротического контекста, и, расстегнув на нём куртку, растёрла ему грудь и плечи. — Ну, давай же, давай!

— Дарси…

— О, богиня, у тебя бред! — дошло до меня. — Эдриан, ты меня слышишь? Это я, Диа.

— Да. Я в порядке. Замёрз немного.

Оказалось, что не немного. И если уж у меня заледенел нос и ступни, то что уж говорить об Эдриане, который искупался в ледяной воде и толком не обсох. Так и насмерть замёрзнуть можно.

Я расстегнула свою одежду и легла на него животом к животу, ноги тоже положила на его ноги.

— Что ты делаешь?

— Грею тебя. Я не сильно придавила?

— В самый раз. Спасибо.

Спустя минут пятнадцать Эдриана перестало колотить, и он снова уснул. А вот я не смогла. Во-первых, боялась за своего мужчину, у которого начались последствия переохлаждения. Во-вторых, было неудобно и всё время казалось, что я его придавливаю и мешаю дышать; глупость, конечно, вон, он какой здоровяк.

Самое паршивое, что я потерялась во времени. Утро сейчас или ночь — неясно. Но Эдриану нужно поспать, ведь именно он ключевая фигура в нашем спасении.

Он открыл глаза скорее, чем я думала, и во взгляде читалась мука.

— Как ты? — поинтересовалась, зная, что не смогу ни исцелить его, ни принести стакан воды.

Он шмыгнул носом и сел.

— Сейчас разомнусь и буду в норме, — сказал и тут же приступил к делу: отжимания, прыжки на мечте, приседания, махи руками и так несколько подходов.

Мне подумалось, что, будь я с ним в образе Лии, мне сейчас устроили бы тренировку. Понедельник же.

А так я походила по камере, попрыгала по выступам и спустилась к воде.

— Уровень поднялся! — крикнула взволнованно.

— Плохо. Значит, у нас меньше времени, чем я думал. Кхе-кхе… План такой: я ныряю первый, пока вода ещё не высоко, разведываю путь, потом возвращаюсь и мы плывём вместе. Снаружи между поверхностью воды и толщей льда должна быть воздушная прослойка, и в ней мы сможем глотнуть воздуха и пробить лёд магией. Я надеюсь, там она вернётся к нам. Кхм-кхм…

— Поняла.

— Хорошо, что мы не сбросили рыбу в воду, иначе на запах крови могли приплыть её сородичи. А сейчас всё чисто, — он вдруг сгорбился и закашлялся. Так сильно, что пришлось схватиться рукой за выступ.

— Может, я сплаваю на разведку? — предложила, из опасений, что Эдриану куда хуже, чем он пытается показать.

— Нет! — прорычал так, что воздух завибрировал. — Сделаем, как я сказал. Можешь пока разогреваться, готовиться.

Спорить с ним было бесполезно. Раз мой мужчина решил, что сам всё разрулит, то пускай побудет героем. Вылечу его потом.

Хотя… Где-то там на поясе у меня есть барсетка с пастилками. Это, конечно, не панацея от болезней, но бодрящее, веселящее и слабительное там явно есть!

Пока Эдриан усердно прочищал дыхательные пути, я как бы походя погладила его по шее и приклеила к коже пастилку бодрящего (надеюсь, не перепутала со слабительным), а себе выбрала веселящее, ибо оптимизм сейчас не помешает. Потом подумала, и вдобавок к бодрящему добавила Эдриану тоже веселящего, на сей раз пастилка прилепилась чуть выше запястья, под рукав.

А ещё я заметила, что у моего мужчины жар. Не знаю, может, в нашей ситуации это сыграет ему на руку, и он не замёрзнет.

Пока Эдриан готовился к погружению, я достала из воды акулий желудок, перевязала тугим узлом кишечник и проверила на воздухопроницаемость, надула, как шарик.

Резюмировала:

— Воняет страшно, но воздух держит. На один-два вдоха хватит.

— Оставь себе. Я тренированный, у меня хорошая дыхалка. И к холодной воде я привык.

Привык, но всё равно умудрился заболеть.

К счастью, зелье уже начало действовать на меня, и страх отступил, выпуская из глубин подсознания жажду приключений и озорство.

Я пробежалась по камере, нашла выпирающий кусочек светящегося зелёного минерала и сколупнула его кинжалом. Камешек отправился ко мне в барсетку. Надеюсь, в одиночку он не лишит меня магии полностью.

— Нырять будем в одежде, — объявил он, и я поддержала его решение. — Плыть труднее, но зато меньше замёрзнем. — Я готов искупнуться. А ты?

— Может, сперва по глотку омерзительного зелья? Тебе не помешает, и я выпью за компанию с тобой.

— Разве тебе его можно?

— Когда нет другой выпивки, даже нужно!

И мы по очереди отхлебнули из