Стажировка вне закона - Надежда Николаевна Мамаева

хлопья снега гасят все звуки. Но сквозь него я все же почувствовала, как меня подхватили на руки и понесли.

«Мог бы и оставить меня тут и пойти возвращать свой Холм на место», – всплыла в полудреме отстраненная мысль. Мамины заказчики обычно так и поступали. Им было плевать на все, когда работа выполнена и оплачена. Именно по этой причине Мэй Бризроу всегда брала плату за свои услуги вперед.

Но с дивным все было иначе. Как-то неправильно…

«Совершенно неправильно», - подумала я, очнувшись на шикарной постели. Атласные простыни, роскошный букет роз в вазе, что стояла на прикроватной тумбе. Там же обретались вазочка с фруктами и ведерко со льдом, из которого торчала бутылка игристого вина. Запечатанная.

Все это было озарено светом зависшей в воздухе иллюзии. Витиеватая надпись оной гласила: «Поздравляем новобрачных. Желаем счастливой семейной жизни!»

Я пыталась вспомнить, что же такого произошло? Но не могла. Единственное, в чем была уверена, так это в том, что до состояния замужества я ещё ни разу не уколдовывалась.

Меж тем пoлумрак спальни, в которой я очутилась, рассеивало не только сияние поздравительного фантома, но и свет, что проникал через неплотно прикрытую створку двери. Та, судя по всему, вела в соседнюю комнату, в которой велась беседа.

Я соскочила с кровати и на цыпочках подкралась к створке. Радовало то, что я по–прежнему была одета: с меня сняли только обувь и куртку, а штаны и футболка остались на месте.

– …не переживайте, ваша коллега в полном физическом здравии, - прозвучал уверенный голос. - Я прописал укрепляющую настойку. Более ничего не нужно. Что же до временной потери зрения – это хоть и не частое, но все же не уникальное явление. Такое случается с магами oт перенапряжения сил. Сейчас девушке нужен полный энергетический покой. Никакого применения дара трое суток. Затем понемногу, лучше – с использованием накопителей, а не обращаясь к резерву.

– Спасибо, господин целитель, - отозвался собеседник, и я узнала голос Нила.

Лекарь попрощался, а я поспешила вернуться в постель и сделать вид, что ничего не слышала. И вообще, дрыхну без задних ног.

Но, увы, дивного провести не удалось.

– Рад, что ты проснулась.

– А я не очень. Меня чуть удар не хватил, когда я вот это увидела. – И я обличающим жестом ткнула пальцем в зачарованное поздравление.

– Ну, извини, свободным в этой гостинице оказался только номер для новобрачных.

– Так мы в гостинице?

– Да. Не тащить же было тебя, спящую, через весь город во дворец.

Я, вспомнив длинные коридоры последнего, в которых можно было и заплутать, вынуждена была согласиться: снять номер было хорошей идеей. И то, что Нил вызвал целителя… С одной стороны, подбешивалo: я же сказала, что не нужны мне никакие лекари!.. А с другой – он переживал за меня и позаботился, как мог.

В общем, мoи чувства сейчас были исключительно тонкие, нежные, едва уловимые… То ли хотелось улыбаться, смеяться и танцевать, то ли свернуть одну белобрысую башку к фтырхам на фиг!

Словно прочитав мои мысли, Заноза ехидно поинтересовался:

– Решаешь, придушить меня или отблагoдарить?

– Уже определилась, - заверила дивного. – Я тебя благодарно прибью. Но сначала поем. На голодный желудок говорить посмертное «спасибо» плохо получается.

– А если позавтракаешь, то над моим хладным телом будут сытые слезы скорби? – саркастически поинтересовался дивный

– И жирные вздохи сожаления, - заверила я.

Видимо, такой вариант последних проводов Занозу не впечатлил. Потому как он токсично промолчал. А затем, спасая себя целиком, а меня – от желания его стукнуть, дивный повел меня вниз, на первый этаж, – искать cчаcтье и радость в этом несправедливом мире. По мнению фэйри, они обретались где-то в районе маленькой столовой скромного трехэтажного гостиного дома.

И мы таки их нашли! В лице, вернее, в тарелке пшенной каши с жареными куриными потрошками. До изысков дворцовой кухни простой еде, которую разогрела для нас кухарка, она же жена хозяина этого скромного отеля, было далеко, но мы не привередничали.

Я взяла ложку и, зачерпнув кашу, отправила ее в рот. М-м-м… Горячая, в меру соленая, с перчиком и тмином – она показалась мне невероятно вкусной. А то, что на вид не очень… Пф! Подумаешь. Зато сытная!

Но вот кого-то вид позднего ужина (или раннего завтрака?) явно смущал. Заноза смотрел на тарелку так, словно прикидывал: доложили ли туда цианида, или нужно еще присыпать для мгновенного эффекта? Чтобы раз – и с первой ложки больше не мучиться.

Желая подразнить дивного аристократа, я засунула очередную ложку в рот и блаженно зажмурилась, а затем, приоткрыв глаза, поинтересовалась у Занозы:

– Ты чего не ешь?

– Думаю, настолько ли сильно я голоден, - отозвался тот.

– Или брезглив? – без обиняков полуутвердительно произнесла я и добавила: – Брось. Это же еда! И за нее уплачено!

– Серьезный аргумент, - улыбнулся Нил и зачерпнул первую ложку. На моей памяти этот фэйри впервые пасовал. И перед кем?! Не перед убийцами или гневом короля дикoй охоты. Перед кашей! От осознания ситуации я едва не расхохоталась.

И сдерживалась все то время, пока Заноза с абсолютно непроницаемым лицом вкушал жареные куриные потрошки с гарниром.

В общем, для меня этот ночной дожор прошел не только калорийно, но и весело. Настолько, что даже прибить Занозу уже не хотелось. Нисколечко.

Зато снова начало клонить в сон. И пока меня окончательно не сморило, я произнесла:

– Так, а теперь пошли высаживать Холм.

– Я считаю, что тебе стоит немного поспать. Время еще есть, – глядя на зевавшую меня, сообщил дивный.

– А я считаю, что сначала довыполню свою часть нашего договора и смогу спать с чистой совестью столько, сколько захочу. А потом – еще немного.

– Рин… – сурово заговорил Заноза, явно пытаясь возразить.

– Нил! – перебила я. Мы с дивным определенно разошлись во мнениях, и я, выдохнув и смирив зарождавшееся раздражение, примирительным тоном произнесла: – Давай хотя бы в этом вопросе придем к компромиссу?

– К какому? - уточнил Заноза, прищурившись.

– Мы поступим так, как сказала я. И точка.

– Тебе никто не говорил, что дипломат из тебя так себе? - произнес фэйри тем особым тоном, что я сразу поняла: это его отсылка к моему замечанию о его умении делать кoмплименты. Вот ведь памятливый гад!

– Извини, я забыла свой самый