Эликсир красоты, или Это всё Она - Айлин Лин

стоял у печки, и была едва тёплой, в принце мне и такая сойдёт. Отрезав от булки щедрый ломоть, уложила поверх кусочек сала и, присев за стол, принялась завтракать, запивая всё прохладным травяным взваром. Еда подняла мне настроение, и я была готова к великим делам.

Лечебница для бедных, я иду к тебе!

Прихватив свой чемодан и свиток с указом градоправителя, в котором чёрным по желтоватому было чётко прописано, кто теперь главный в местной больнице, быстро переоделась. Натянула свой хирургический костюм, который был давным-давно заботливо отстиран слугами в доме лестера Холстена. Поверх надела платье, подаренное Шарли, спасибо этой милой девушке, а затем уже настала очередь тулупа от Гарры. Плотно повязав платок на голову, подхватила саквояж и отправилась навстречу своей судьбе.

Дорога до ОЛЦ не заняла много времени: шагалось легко и без запинки. Я не боялась. Страх ушёл. Мне, по сути, нечего было терять, и теперь море по колено! Ух и разойдусь сегодня, отведу душу! Держитесь лекари приграничного Эльма!

Погода радовала ясным небом и резким, трескучим морозом, так и норовившим укусить за нос и щёки. И спастись от ледяных порывов ветра не представлялось возможным, как бы я ни куталась в свой старенький, кое-где вытертый шерстяной платок.

Здание местной больницы было всё так же холодно-мрачным, неприветливым.

У широких двустворчатых дверей замерли две фигуры, в коих я тут же признала Гарру и Красия. Они, как серые воробышки, нахохлились и смотрели точно на меня. Старик жался к своей колоритной супруге и чуть приплясывал на месте, по всей видимости, пытаясь согреться от пронизывающего ледяного ветра.

— Доброе утро! — улыбнулась я забавной чете.

— Утречка тебе, Миюшка, — получила ответ, — давай, поспешаем внутрь, холодно, жуть как! — пробурчал Красий и, не дожидаясь от меня согласия, посеменил к двери, чтобы резко её распахнуть.

Мы двинулись следом, многозначительно переглядываясь. Волнение с каждым шагом становилось всё ощутимее, вопреки моему настрою не нервничать и быть совершенно спокойной.

Внутри лечебница ни капельки не изменилась: всё те же вымороженные стены и стылые коридоры. Две сонные барышни, которых я видела здесь впервые, нехотя встали с широкой скамьи у входа и вопросительно на нас уставились.

— Где сейчас главный лекарь — Еулий Крац? — решила я не церемониться, передавая чемоданчик Гарре.

— Так это. Зачем вам? — растерянно переспросила одна из девчонок в стареньком тулупе. — Он почивать изволит.

— Так сходите и доложите, что прибыло новое начальство! — нахмурилась я, напуская в голос металла, но то ли я как-то не так говорила, то ли ещё что-то, да вот только девицы и не подумали выполнить моё распоряжение. Лишь фыркнули пренебрежительно. Я почувствовала, как начала закипать!

— Живо идите, разбудите ентого, как его? Краца! О! — опередив меня, знатно рявкнул Красий и смачно шмыгнул синим носом. — Сил нет, холодрыга у вас здеся! Никогда не любил ОЛЦ, ноги бы тут моей не было, кабы не дела!

Я не узнавала старика, его словно подменили — и Гарра, что удивительно, лишь благосклонно на него глядела. Девицы вжали головы в плечи, быстро мелко закивали и шустро помчались по коридору налево, туда, где жили целители. И это ещё раз подтвердило мои выводы — новым миром, куда меня угораздило влететь, правят мужчины.

Глава 29

Это сонное царство требовалось встряхнуть. И, должна я вам сказать, это у меня получилось просто великолепно!

Как только недовольный, ворчащий под нос какие-то смутные ругательства, из-за поворота к нам вырулил главный лекарь сего заведения — Еулий Крац, и, едва продрав глаза, с претензией рявкнул:

— Кто такие и зачем явились сюда в столь несусветно ранний час?

Я тут же пошла в наступление:

— Вы, по всей видимости, меня не признали? — с ехидцей ответила я, чуть приспуская платок, чтобы было видно лицо в неровном свете чадящих факелов.

Прищурившись, мужчина вгляделся в мои черты и в его глазах мелькнуло узнавание:

— Ааа, как вас там, наша уборщица, Миэ?

— Лесса Мия Крас, — поправила я его, стараясь не рассмеяться в его помятую ото сна физиономию, явно сладко спал, вон даже подсохшие потёки слюны в уголке губ присохли. Фу-у!

— А мне без разницы! — пожал плечами он, — хоть сама королева! У нас распорядок! И в это время лекари ОЛЦ должны почивать! За нарушение предписаний я тебя, Миэ, — снова специально исковеркал он моё имя, — оштрафую и пропишу дополнительные работы на кухне, будешь чистить овощи и потрошить тушки животных.

— А вот и нет, — картинно скинув платок, передала Красию, туда же отправился мой тулуп, — Гарра, — протянула раскрытую ладонь женщине и та, удовлетворённо улыбаясь, вручила мне тугой свиток с распоряжением градоправителя, перевязанный красной атласной лентой. — Я, конечно, не королева, но теперь, уважаемый лекарь ОЛЦ, вы находитесь под моим руководством!

С каждым произнесённым мной словом высокомерно-надменное выражение лица Краца становилось растерянно-задумчивым.

— Ну-ка, дайте сюда! — он нервно выхватил из моих пальцев документ и одним движением сорвал ленту. Читать в таком полумраке было наверняка не очень удобно, но мужчина с честью справился с поставленной перед ним задачей: его глаза так и бегали по строчкам с текстом о моём назначении. — Да как же это… это невозможно! Ты… вы, — Еулий беспомощно уставился на нашу бравую троицу и в итоге остановился на мне: — Ты же шарлатанка! — злость с каждым словом прорывалась наружу из самой глубины естества целителя и в какой-то момент мне даже показалось, что он готов кинуться на меня, чтобы знатно поколотить.

— Я не обманщица, вы ведь внимательно всё прочитали? — спокойно, даже вежливо заметила я, когда собеседник находится на грани — не стоит его лишний раз провоцировать на агрессивные действия.

— Д-да, — запнулся он. — Ты мерзкая тварь! Подсидеть меня решила, гадина?! — вдруг вызверился он и кинулся ко мне, скрючив пальцы наподобие когтей. Но не тут-то было: Гарра несокрушимой стеной воздвиглась между мной и вошедшим в раж лекарем. Ей не составило никакого труда подхватить озверевшего эскулапа и вздёрнуть того за воротник туники, да так, что ткань угрожающе затрещала.

Тем временем на шум собралась толпа, и я посчитала это знаком: лучше немедля всех оповестить о новых переменах в их жизни, чем потом двадцать раз повторять каждому одно и то же. Подняв пергаментный свиток с холодного каменного пола, который Еулий обронил, когда задумал меня придушить, шагнула в центр фойе.

— Слушайте внимательно! Повторять не намерена! — как можно громче и чётче сказала я. — Отныне пока моё назначение будет в силе, я становлюсь руководителем ОЛЦ. И многое, поверьте, будет изменено.

В