Вредина в академии (СИ) - Винни Фред

Прокашлялась, собралась, нашла глазами импульсометр в руке Деймона и опять попыталась вернуться к учёбе:

— Так что там за теория, которая у вас есть?

— Ты читала те учебники, что я дал?

Я качнула головой и указала на открытую книгу на столе:

— Только этот.

— Ясно, — он иронично усмехнулся, поставил вещи на стол и сел, указал глазами на второй стул: — Присаживайся, не бойся, я не ем эльфиек. Это долгий разговор.

Я села, хотя всей кожей ощущала, что его словам по поводу кулинарных предпочтений верить нельзя. Деймон взял учебник для стихийщиков, пролистал и ткнул пальцем в параграф первый, «Общие сведения о Сфере»:

— Ты знаешь, откуда эта информация?

Я не знала, но признаваться не хотела, поэтому решила импровизировать:

— От учёных из этой области.

— Угадала, — усмехнулся Деймон, — а если конкретнее, то из диссертации профессора эль'Гела, которая называется «Математическая пространственная модель Граневых взаимодействий», в которой он выдвинул теорию — всего лишь теорию! — о том, что наша Сфера имеет сферическую форму.

— У вас есть сомнения? — скептически подняла бровь я, он кивнул:

— У него нет доказательств. Это домыслы, основанные на том, что во всех исследованных Мирах Сферы обнаружено минимум пять точек перехода в сопредельные Миры. И на основе того, что если мир А имеет общие Грани с Мирами В и С, то Миры В и С будут иметь общую Грань с вероятностью 20 %.

— Это, по-вашему, мало? — моя скепсис-бровь уже поселилась на этаж выше соседки, но Деймона это, похоже, не волновало, он улыбнулся:

— Начнём с того, что во многих Мирах с тех пор обнаружили больше пяти точек перехода. И закончим тем, что та формула, которую ты сегодня проверяла, основана на теории сферической Сферы. И формула очевидно неверна. С этим ты не будешь спорить?

Тут предъявить было действительно нечего — на столе всё ещё стоял импульсометр со следом воздействия, который никак не вписывался в формулу. Деймон проследил за моим взглядом, улыбнулся шире:

— А теперь ещё одна теория, которой пока недостаёт доказательств, и которая описана в одной из книг, которые я тебе дал. Кстати, изучи, тебе не помешает. Крайние акценты…

Я перебила его идиотским смешком, тут же закрыла себе рот ладонью, жестом приглашая профессора не обращать внимания и продолжать. Он укоризненно поцокал языком и вздохнул, глядя в потолок, как будто спрашивал у Великого Создателя, за что он наказал его такой бестолковой ученицей. Опять посмотрел на меня, изучил с ног до головы, и продолжил с тонной терпения в голосе:

— Существует теория, что вектор стихий на самом деле не вектор, а круг.

У меня окончательно сорвало предохранители и я рассмеялась, закрывая лицо руками, с трудом выдохнула:

— Чья теория?

— Это не важно, — процедил Деймон, — просто представь, что между божественной и демонской энергией такая же связь, как между божественной и светлой. Представь, что боги и демоны — просто расы, без всяких мифических ассоциаций, — он провёл в воздухе черту, оставляя за пальцем полупрозрачный белый след, черта разделилась на десять отрезков, над каждым отрезком появился схематичный знак стихии. Я невольно залюбовалась процессом — здорово у него получалось. У меня с иллюзиями было туго, я могла создать что-то примитивное, и яблоко на экзамене на первом курсе у меня получилось вполне сносное, но если бы попросили его повернуть или разрезать, то плакала бы моя пятёрка — мне не хватало концентрации, пространственного воображения и памяти, впрочем, как и почти всем моим одногруппникам. У Деймона, похоже, таких проблем не было — линии чёткие, значки правильные, картинка цельная. Он небрежным жестом добавил значкам цвета, а потом свернул линию в круг, соединив концы.

Я поморщилась — выглядело очень странно, я как-то с детства привыкла, что боги ко мне близко, а демоны — далеко… хотя, не сейчас.

— Что мы знаем о корреляции между стихиями и родными Мирами их носителей? — с преподавательской интонацией спросил Деймон, я пробурчала:

— Что носители сопредельных стихий живут в сопредельных мирах, — как в детском саду, честное слово, упражнение «закончите мысль учителя», бесит.

— И что мы видим, исходя из этого утверждения и этой схемы?

Я с сомнением посмотрела на вращающуюся над столом круглую… то, что должно быть вектором стихий, перевела взгляд на Деймона. Он с наигранно усталым видом размял плечи, поддёрнул рукава, мягким движением отодвинул первую иллюзию в сторону… и начал чертить схему нашей Сферы. По плоскостям, начав с диаметрально противоположных Миров богов и демонов, и выстраивая от них шестигранники и пятигранники сопредельных миров, отмечая Грани другими цветами, подсвечивая воду синим, а Источники — жёлтым. Моя челюсть опускалась всё ниже, по мере того, как Сфера в руках Деймона обрастала подробностями — крупные города, наша Академия, пятиугольник Каста-Гранда…

В какой-то момент я поняла, что всё, он может делать что угодно, я помогу ему, даже если не буду верить в его идеи — я верю в него, этого достаточно. Мужчина моей мечты придирчиво осмотрел дело рук своих, что-то подправил и подтолкнул Вселенную к первой иллюзии, они стали вращаться с одинаковой скоростью. Он посмотрел на меня, я посмотрела на него, он улыбнулся и стал загибать пальцы:

— Теория профессора эль'Гела уже была опровергнута много раз по множеству пунктов; формула тор'Лина работает только в том месте, где он делал для неё замеры; аксиома вектора стихий имеет существенные недоработки и не выдерживает столкновения с реальностью, я в ближайшее время поставлю вопрос о превращении её в теорему. И вот эта вот… фантазия на тему шарика пропадёт с форзацев учебников.

Я крепко зажмурилась и схватилась за голову, открыла глаза и посмотрела на профессора, с истеричным весельем шепча:

— После того, что ваши идеи только что сделали с моим мозгом, они обязаны на нём жениться.

— Если твой мозг родит мне симпатичную идею, я подумаю, — усмехнулся Деймон, — а теперь смотри, раз уж твои шаблоны уже достаточно расшатались.

Он жестом придвинул к себе иллюзию Сферы, начертил ось, проходящую через Миры богов и демонов… и потянул их друг к другу. Миры богов и демонов вогнулись внутрь Сферы, потянув за собой сопредельные Миры, вся Сфера сплющилась, я схватилась за голову от возмущения, Деймон усмехнулся и опустил руки, оставив иллюзию вращаться над столом:

— Боги и демоны так же близки, как лесные эльфы и светлые эльфы, я в этом уверен, и я это докажу. Я был знаком с парочкой полубогов, они абсолютно такие же энергетически отрицательные существа, как и демоны.

— Что? — выдохнула я, Деймон кивнул:

— Да. И это абсолютно логично. Судя по мифам абсолютно всех миров, боги иногда были те ещё беспредельщики, ничего святого в них нет. Богам нужны молитвы, жертвы, верующие и поклонение, они добивались этого от энергетически положительных созданий из сопредельных миров, делая то, что там называли чудесами. Демоны в тех мирах, до которых им удалось добраться, вели себя точно так же. Боги и демоны — единственные энергетически отрицательные создания нашей Вселенной, потому что у их Миров нет и никогда не было своего Источника, вместо Источника у них ось, соединяющая их Миры, и она, я думаю, энергию не излучает, а поглощает. Поэтому обе расы рвутся завоёвывать сопредельные Миры, у них на двоих одна причина.

Я запустила пальцы в волосы и простонала, качая головой:

— Боженьки, какой бред… Это недоказуемо. Во-первых, вам придётся провести море исследований на созданиях, которых в мире слишком мало для статистики. И во-вторых, даже если вы это сделаете, это всё равно ничего не докажет.

— Это как минимум заставит мировую общественность взглянуть на Грань Ис более пристально, и возможно, найдётся кто-то достаточно умный и не закостенелый, кто сможет помочь мне сохранить Грань и удержать демонов в их мире.

Я нервно рассмеялась, качнула головой:

— Вы привлечёте больше внимания, если спляшете перед камерами голым, написав на груди: «Жители Грани Ис хорошие, я отвечаю».