Вредина в академии (СИ) - Винни Фред

***

В библиотеке было тихо и пыльно, ближние столы были заняты через один, я пошла в глубину зала — не хотела никого видеть даже боковым зрением. По лакированному паркету ползали солнечные пятна, массивные полки нависали с двух сторон, угрожая похоронить под грудами знаний. Мне хотелось похоронить себя любым способом, лишь бы побыстрее — в голове играли «Синие облака», до сих пор, голос сида шептал слова прямо в ухо, я краснела и старалась не смотреть на своё отражение в полированных поверхностях.

Открыв учебник, я яростно вгрызлась в знания, да так крепко, что даже погрузилась в процесс и реально заинтересовалась. Но через минуту меня прервал сдавленный смех и шепотки неподалёку. Я подняла голову.

За первым от стойки администратора столом сидели две полурусалки и читали вдвоём одну газету, краснея, хихикая и всячески пряча глаза, которые так и норовили ощупать меня с головы до ног. Молодая администраторша тоже пряталась за газетой, но пальцы её подозрительно дрожали. Я встала.

Пока я прошла четыре ряда столов до стойки, на которую только что положили свежие газеты, успела привлечь все взгляды в читальном зале, становилось тише с каждым моим шагом, и когда я взяла неподшитую в стопку газету и открыла, во всём зале дышала, похоже, я одна.

«Загадочная незнакомка Аленсо ди'Лиса», и фото, на крыше, я смеюсь, сид целует мою шею.

Аленсо, значит. Красивое имя.

Пробежав статью глазами по диагонали, я положила газету на место и пошла обратно к своим учебникам — ничего интересного, описание концерта и последующей тусовки, короткое интервью: «Мы познакомились после концерта, прекрасно провели время, восхитительная девушка, но вы же понимаете, я не могу позволить себе постоянных отношений с моим образом жизни, мы расстались хорошими друзьями». Штамповка, такими заметками пестрят все бульварники, каждые выходные. Видимо, парень знал, что любой его шаг отслеживается и записывается, потому и вёл себя сдержанно, и не напился, и легко меня отпустил. Повезло.

В целом, все в выигрыше — я прекрасно провела время, сид в очередной раз подтвердил свою репутацию романтичного поэта. Всё в порядке.

Усевшись за свой стол, я зацепила ногой пакет и наклонилась глянуть, что это — грёбаное платье, я забыла занести его в прачечную, блин. Правильно Деймон сказал про мою дырявую голову.

Начали дрожать руки, я закрыла глаза, пытаясь прийти в себя, глубоко вдохнула несколько раз и уткнулась в учебник. Не помогло — учебник меня тоже бесил, тем проклятым междустрочным несоответствием, которое я чувствовала спинным мозгом, но никак не могла поймать логически. Всё вроде бы выглядело правильно, но в выведении формулы что-то было, какая-то мелочь…

Через время я устала тыкаться наугад и стала перебирать все составляющие формулы, и вроде как нашла. «Коэффициент предельного рассеивания» значился константой, которую получили опытным путём, но что это были за опыты, нигде не объяснялось.

Я пошла к библиотекарше и попросила книги по этому вопросу, она дала, хотя и побурчала, что эти учебники, вообще-то, для стихийщиков, медикам они не нужны. Чёрт с ней.

Здесь опыт был описан, но с пометкой, что при попытке его повторить, результат может отличаться от приведённого в учебнике. Ха. Это как вообще? Опыт на то и опыт, чтобы его можно было повторить с тем же результатом. Странные вещи творятся в наших учебниках…

Я внимательно прочитала всё, что было по этому опыту, не поленилась сходить на склад артефактов и взять два импульсометра, коварно записав их на имя профессора ис'Тера, вернулась в читальный зал и пересела за самый дальний стол. Разложила свои вещи на всех трёх столах крайнего ряда, чтобы никто их не занял, поставила приборы на ближний и дальний столы, начертила таблицу, вооружилась карандашом и стала бомбардировать импульсометры разными видами силы и записывать показания.

Поначалу на меня оглядывались, потом заскучали и перестали, я тоже не обращала на них внимания, поглощённая своим делом. И через полчаса точнейших замеров и расчётов, пришлось смириться с тем, что коэффициент в учебнике дан правильный.

Я просто сидела и смотрела в стол, не зная, смеяться или рыдать, кто-то ходил мимо, потом остановился напротив, но я не подняла головы. Тогда этот кто-то обошёл стол и сел рядом со мной, оказавшись Деймоном ис'Тером, которого мне сейчас хотелось прибить больше, чем любое другое живое существо в этом мире.

— Утречко, — мрачно процедила я, исподлобья изучая довольную физиономию профессора.

— Как отдохнули вчера, прилежнейшая? — с лёгкой иронией спросил Деймон.

— А то вы в газетах не читали.

— Я не читаю газет до обеда.

— Уже обед.

— Тогда самое время, — он встряхнул в руке газету, которая только что лежала на стойке у входа, открыл и изобразил шок: — Великий Создатель, госпожа эль'Хиз, как вам идёт это прелестное красное платье! И этот пустой бокал! И второй полный бокал! И этот тощий патлатый… кто это? В общем, не важно. Вы очаровательны.

— Откуда вы знаете цвет платья? Фото чёрно-белое, — прошипела я.

— Ваше платье в пакете под столом, потрясающе цветное, — бессовестно улыбнулся Деймон.

Я молча отвернулась и стала изучать импульсометр, он тоже был гномий — подставка с рядом лампочек, на ней железная рамка со стеклом, внутри стекла мелкие включения ворсинок, они светились зелёным при воздействии, сейчас на них оставался последний ломаный узор, похожий на кривую испуганную снежинку — я забыла его выключить.

— Как успехи, одарённейшая?

— Никак, — мрачно пробурчала я. — Мне не нравится эта формула, но я не понимаю, чем.

Деймон внезапно наклонился к самому моему уху и шепнул:

— Хочешь, объясню?

— Хочу.

Он крепко взял меня за плечо и в следующую секунду в лицо ударил горячий пыльный ветер, я прищурилась и осмотрелась — мы стояли на широкой площадке крепостной стены, невероятно далеко внизу виднелась прокалённая солнцем равнина между хребтами фиолетово-белых гор, дальний край равнины терялся в пыльно-жёлтой дымке, на небе ни облачка, тяжёлый солнечный жар давил на голову. Противоположная стена была выше моего роста, я не видела, что по ту сторону, хотя было интересно. На крупных бетонных блоках стены висели на крючьях потёртые багры, щиты, какие-то артефакты, от ближайшей башни к нам бежал мужчина в странных доспехах, массивных и некрасивых, я таких раньше не видела. Он остановился перед Деймоном, склонил голову:

— Властитель ис'Тер.

— Здравствуй, Ричи. Всё спокойно?

— Так точно, спокойно. Вам что-нибудь нужно?

— Ничего, спасибо.

— Обещают песчаную бурю через пару часов.

— Мы ненадолго. Иди.

Солдат чётко кивнул и побежал обратно в башню, я с удивлением смотрела на Деймона, он улыбнулся мне:

— Повторяй опыт, одарённейшая.

— А…

— На, — он достал из воздуха мои импульсометры и протянул на ладонях как на подносе, я взяла и поставила один на пол, отошла на примерно такое же расстояние, какое было в библиотеке, поставила второй, обернулась к Деймону:

— Мои записи…

— На, — он вручил мне тетрадь и карандаш, а сам ловко запрыгнул на зубец стены и уселся там с комфортом, согнув одну ногу и свесив вторую вниз, достал из воздуха мгновенно запотевший кувшин лимонада и стакан, налил себе, отправил кувшин в неведомые дали.

Мне очень, очень сильно хотелось его избить, но узнать, в чём дело, хотелось всё-таки сильнее.

Скрипя зубами от злости, я начертила ещё одну таблицу, почти улеглась на горячие камни, чтобы поточнее прицелиться, и стала запускать импульсы, начиная с тех, которые мне давались легче всего.

И с первого же импульса всё пошло не так.

Зависимость не складывалась, данные получались как будто с потолка взятые, если бы я не проводила опыт собственноручно, я бы не поверила. График скакал как кузнечик, хотя должен был быть плавным, вместо двух пиков получилось три, я закончила серию опытов и посмотрела на Деймона с выражением лица «ну не капец ли?». Он рассмеялся. Спрыгнул с зубца, подошёл ко мне, потрепал по волосам и попытался ко мне наклониться, но я отпрянула. Отошла подальше и стала нервно поправлять волосы, бросила на Деймона злой взгляд: