Дэви Дэви - Дети надежды

Но не тут-то было. Тимо только ухмыльнулся снисходительно.

— Забудь. Впрочем, если у тебя проблемы с деньгами, я сам тебе могу заплатить.

Да, маленькая дрянь изрядно заматерела. Из них двоих на хищника сейчас больше походил Тимо, а Яромир — на добычу. Неважно, плевать!

… Тимо со стоном перекатился на спину. Несколько секунд оба лежали без движения, тяжело дыша. Потом Тимо подполз к краю огромной кровати, дотянулся до стоящего рядом столика, взял сигареты.

— Будешь? — предложил Яромиру.

— Угу, — Яромир краем простыни вытер пот с лица, вытащил из пачки сигарету. Тимо услужливо щелкнул зажигалкой.

— Кру-ут, — с ленивым довольством протянул он. — Так засаживал, что у меня в глазах темнело. Чуть не отрубился… Вот смеху-то было бы!

Тимо глубоко затянулся и неожиданно, без перехода, заговорил о прошлом.

… Банда Раима просуществовала недолго. Ровно до первой серьезной схватки с соседней, более сильной, группировкой. Раим готов был драться до конца, он был упрямым и рисковым.

— Мне это в нем обалденно нравилось. Он, когда дрался, как сумасшедший иногда делался. А потом подойдет, сгребет в охапку… глаза горят, кулаки в кровь разбиты… Заебись! Как же заводило! Я и решил, что останусь с ним, во что бы то ни стало.

Но Раима предали свои же. Дождались, когда расслабился, напали вместе и выпустили ему кишки. За это их приняли в ту, другую банду. А Тимо они продали агенту-перекупщику из Флорес. Правда, перед этим отымели по кругу. Он не сломался тогда, улица достаточно его закалила… Так что, попав к агенту, Тимо не растерялся, продемонстрировав тому всё своё немудрящее искусство. Агенту, видно, понравилось, потому что он исхитрился как-то пристроить не обученного и не слишком красивого малолетку в такое добротное заведение, как «Милый кролик».

— Тут хоть условия нормальные — помыться, пожрать… и не калечат. А то, знаешь, в здешнем Флорес такие местечки есть, где больше полугода не живут… В «Кролике» жить можно было. Драли меня, правда, по-черному, во все дырки. А мне тогда и десяти не было…

— Как тому малявке, что меня сегодня в «Кролике» встретил? — прервал Яромир.

— Да, примерно так… Эээ, ты, никак, упрекаешь меня в чём? Почему это я должен быть добреньким? Меня-то не особенно щадили, и я не собираюсь благотворительностью заниматься! Такова жизнь… Да, и не терзают особо этого мальчишку, так, отсасывает в основном, если кому по-быстрому надо…

Яромир пожал плечами: тоже верно, тут своя жизнь, свои правила, и кто он такой, чтоб осуждать?.. Блядская жизнь, да, но не изменишь ведь ничего. Да и кто менять будет? Он? Ага, в чудо он уже поверил недавно…

А Тимо, успокоившись, продолжал:

— Я ещё на подхвате был: подай-принеси, в комнатах помочь убраться… Вот как-то пришлось у неё убирать — так и познакомились. Она ведь наверху жила, там, где комнаты-люкс…

Яромиру не было нужды уточнять, кто такая «она».

— В общем, убирался я у неё и… ну… там клиент пирожные не съел. А я рос ещё — жрать всегда хотелось, а таких пирожных даже не видел… да и кто мне предложит… Короче, упёр одно. А она заметила. Думал, крик поднимет, выпорют меня… Ни фига! Она мне и остальные отдала. «Ешь!» — говорит. И с тех пор зазывала меня к себе частенько, подкармливала. А случится — порвут в кровь, так она мази всякие доставала, лечила. Жалела… Представляешь, я свою-то мамашу последний раз видел, когда только ходить начал… Твоя мать — единственный человек, кто меня в этой грёбаной жизни жалел, слышь, крутой парень!

Последнее он выкрикнул с непонятно к кому обращенной злостью. Помолчал потом, сглотнул и предложил:

— Выпьем, может?

— Да, — согласился Яромир.

На столике всё было приготовлено — бутылка, стаканы. Пойло неплохое — густое, крепкое, жгучее, по мозгам сразу шибануло. То, что нужно сейчас… «Жалела…» Да, она не могла по-другому, его мама… пожалеть того, кому ещё хуже… Яромир разом осушил свой стакан, потом, приподнявшись, навис над Тимо, глядя ему прямо в глаза.

— Как она умерла?

Тимо не спешил из-под него выбираться.

— Думаю, тошно ей было совсем… Перебрала с наркотой. Вообще-то, здесь все употребляют, здесь без наркоты хреново…

Вот как. Наркота. Слишком большая доза. Для местного Флорес — обычное дело, Яромир в курсе. Но это — не какой-нибудь «рядовой случай», это его мама… Гнев снова начал затапливать сознание.

— Почему ей давали в таком количестве? Почему ей вообще давали наркоту? Это что, специально делали?

На лице Тимо появилась злая усмешка.

— Ну что ты, «Кролик» — приличное заведение, тогдашний хозяин ничего такого ей не давал, запрещал даже. Но клиенты-то, сам понимаешь… Да и… я приносил.

— Ты?! — руки Яромира сами потянулись к горлу Тимо. «Придушу гниду!» Но Тимо даже не думал сопротивляться, лежал себе спокойно. И голос был спокойным.

— Да, я. А что? Говорю же, нельзя здесь без этого. Вся жизнь — пьянки да ёбля. Сплошной праздник, да? И ебёт-то любой урод, который заплатить сможет. А ты — знай, ноги раздвигай. Да ещё, чтобы с охотой, чтобы самому завестись и урода завести! И вот, чтобы не совсем уж противно…

Яромир слушал, и весь гнев его развеяло ветром по выжженной пустыне. Возразить было нечего, да он и не хотел возражать. Если и была какая-то другая правда, то Яромир её не знал…

— Она жалела меня, хорошо ко мне относилась, и это единственное, чем я мог ей отплатить… Я рисковал, между прочим, если б хозяин пронюхал — шкуру бы спустил… И не говно какое-нибудь ей таскал — хорошую качественную дурь…

— Где ж ты брал качественную? — недоверчиво спросил Яромир.

— Это отдельная история. Случилась у нас как-то групповуха, один из главных боссов района гулял со своими приближенными после очередного успешного дельца. Ради такого всех шлюх в «Кролике» задействовали, даже мне применение нашлось. И, представь себе, я изловчился подобраться… нет, не к самому боссу, к его казначею. У того проблемы были: сначала не вставало ни хрена, потом кончить не мог. С ним все намучились. Ну, я и устроил ему сеанс орального секса, — Тимо самодовольно ухмыльнулся, кажется, он гордился собой. — Всё, как надо, получилось, он потом самому боссу меня порекомендовал… Как ты понимаешь, после этого у меня дури стало — любой и в любых количествах… И сам заправлялся, и с ней делился… Она всё время о тебе говорила, даже под кайфом… вот, мол, было бы хорошо, если бы о моём мальчике тоже кто-то позаботился…

Яромир продолжал смотреть на него. Нет, Тимо винить не в чем. Он ведь, и вправду, хотел для неё что-то хорошее сделать, что-то приятное. А может, так оно и было. Ей хотелось забыться, унять боль… И Тимо помогал ей в этом. Как мог. И как понимал. Не Тимо виноват — другие… Другой…