Дженнифер Л. Арментраут - Опал

– Мы же видимся каждый день. – Я попыталась удержать его за запястья.

– Этого все равно мало, – прошептал он, приникая к месту, где колотился пульс на моей шее. – И потом мы никогда не бываем наедине.

Тут он был прав. Последний раз, когда мы с ним были наедине, мы оба спали как убитые. Прочие же бесценные моменты были слишком краткими и словно украденными у кого-то.

Я улыбалась, пока он прокладывал дорожку из поцелуев по моему подбородку к губам.

– Наверное, нам надо прекратить тратить время на болтовню.

– Ага. – Он поцеловал меня сначала в один уголок губ, потом в другой. – Сплошная потеря времени. И когда мы разговариваем, то обычно это заканчивается ссорой.

– Не всегда, – рассмеялась я.

– Котенок, – он посмотрел на меня, изумленно приподняв брови.

– Ладно, ладно.

Я откинулась на подушку, и Дэймон последовал за мной. Он нависал надо мной, опираясь на сильные руки. Господи, я просто потеряла голову от его близости.

– Ну, может, ты и прав, но сейчас ты точно теряешь время.

– Я всегда прав.

Я открыла было рот, чтобы начать спорить, но его губы запечатали мой рот. Поцелуй плавил тело, достигая самой глубины души. Наши языки переплелись. В этот момент я готова была отдать ему все, что он захочет, лишь бы не кончался этот поцелуй.

Я провела рукой его по волосам, вцепившись в них, когда Дэймон поднял голову. Я стала протестовать, но он принялся целовать меня в шею над воротником кардигана, а потом ниже и ниже, вдоль ряда маленьких пуговок в виде цветочков, и еще ниже, так что я уже не могла удерживать его голову и уследить за тем, что он делает.

Дэймон сел на корточки, стягивая с меня ботинки. Снял один и отбросил его прочь. Ботинок мягко стукнулся о стену.

– Из чего они сделаны? Из кроличьей кожи?

– Что? – хихикнула я. – Нет, конечно. Из искусственной овчины.

– Такие мягкие. – Он снял второй и снова кинул за спину. За ними последовали носки. Дэймон начал целовать мои ступни, я задрожала.

– Не такие мягкие, как ботинки, – съязвил он, поднимая голову. – Мне, кстати, нравятся твои колготки.

– Да? – я подняла взгляд к потолку, не видя, впрочем, никакого потолка, так как ладони Дэймона нежно гладили мои лодыжки. – Потому, что они красные?

– Точно. – Он прижался щекой к моей коленке, мои трясущиеся пальцы начали комкать покрывало. – И еще потому, что они тонкие. Очень возбуждающие, как ты уже знаешь.

Возбуждающие? Вот я так точно была возбуждена. Его руки шарили по моим бедрам, проникли под джинсовую юбку, задирая ее все выше. Я прикусила губу и почувствовала во рту металлический привкус. Колготки действительно были слишком тонкие, казалось, что между нашими телами не было преграды. Я остро чувствовала его прикосновения, даже от самых легких из них я вздрагивала, как от разряда в тысячу вольт.

– Котенок…

– Ммм?.. – Я судорожно сжимала покрывало в кулаках.

– Просто хотел убедиться, что ты еще здесь. – Он поцеловал мое бедро чуть выше колена. – Не заснула, например.

Как будто можно заснуть в подобной ситуации. Да никогда! Его глаза вспыхнули.

– Знаешь что, дай мне пару минут. Это все, что мне нужно.

– Все, что угодно, – воскликнула я. – А что ты будешь делать в оставшиеся восемнадцать?

– Обнимать тебя.

Я засмеялась, но тут его пальцы нащупали резинку моих колготок и потянули вниз. Они запутались на моих ногах, и Дэймон чертыхнулся.

– Помощь нужна? – предложила я дрожащим голосом.

– Уже нет, – пробормотал он, стянув, наконец, проклятые колготки. И они тут же куда-то улетели.

Все зашло далеко, гораздо дальше, чем мы позволяли себе прежде. Я очень нервничала, но останавливаться не хотела. Было любопытно, а кроме того, я безоговорочно доверяла Дэймону. И вот уже ничего не отделяло его руки и губы от моей кожи, все мысли вылетели из моей головы, я не способна была ни о чем думать. Был только он и ощущения, которые Дэймон вызывал во мне, словно он был художником, создающим очередной шедевр.

Я больше не была собой, потому что мое тело не могло так двигаться. Как воздушный шарик, который кто-то все время дергает вниз, а затем отпускает, я покачивалась на мягких волнах, и везде был мягкий белый свет, освещавший комнату, но он принадлежал уже не Дэймону.

Когда я пришла в себя, глаза Дэймона сверкали как бриллианты. Он смотрел на меня с каким-то благоговением, и это было странно, потому что это я благоговела перед ним.

– Ты немного светилась, – сказал он, приподнимаясь. – До сих пор такое случилось с тобой лишь однажды.

Я помнила, когда это случилось, но мне не хотелось сейчас об этом думать. Я была так счастлива, когда покачивалась на тех волнах. Это было потрясающе, просто прекрасно, и я совершенно не способна была сейчас говорить. В голове царил полный кавардак. Я и представить себе не могла прежде, что может быть настолько хорошо. Черт, я была просто в ступоре от того, что произошло. Я была так благодарна ему за все, что случилось сейчас со мной.

Улыбка Дэймона лучилась гордостью с некоторым оттенком мужского превосходства, как будто он точно знал, что творится со мной. Он растянулся рядом, прижавшись ко мне, наклонился и нежно, страстно поцеловал.

– Ну, что я тебе говорил? – прошептал он. – Двух минут хватило за глаза.

– Да, ты был прав, – ответила я, чувствуя, как к горлу подкатил комок.

– Я всегда прав.

Глава 17

Чуть позже, когда я попыталась устроиться поудобнее, моя голова была так сильно прижата к его груди, что пришлось бормотать прямо в нее.

– Я не могу пошевелиться.

– Это мы так сильно обнялись.

Я почувствовала, как Дэймон смеется, но объятья он немного ослабил.

– Мне действительно скоро надо уходить, – зевнула я. Уходить мне не хотелось, я до того расслабилась, что не чувствовала ног. – Мама должна вернуться домой.

– Ты уходишь прямо сейчас?

Я помотала головой. До ее возвращения оставался где-то час. Мне еще хотелось приготовить ей поесть, следовательно, у меня еще было минут тридцать-сорок. Он приподнял пальцами мой подбородок.

– Что? – спросила я.

– Я хотел бы поговорить с тобой до того, как ты уйдешь. – Дэймон внимательно смотрел мне в глаза.

– О чем? – Сразу же занервничала я.

– О том, что нам предстоит в воскресенье, – ответил он, и мне стало не по себе. – Ты чувствуешь вину за то, что втравила нас в эту историю, но это не так, поняла?

– Дэймон, – замялась я, предчувствуя, к чему приведет этот разговор. – Мы ведь оказались в этой ситуации, потому что я решила…