Коррин Джексон - Прикосновение: Призраки прошлого

Мой вопрос о её парне был удачей. Следующие двадцать минут она пространно разглагольствовала о ссоре, которая у них была днём ранее. Я счастливо слушала, и мне хотелось видеть при этом её лицо.

Потом к аппарату подошли мои родители. Я описала все достопримечательности, которые посетила вместе с Франком, когда мы прикинулись туристами. Мне казалось, что это было давным-давно. В конце концов, мы попрощались, и я нажала на красную кнопку.

После нашего разговора по телефону я почувствовала себя ещё более опустошённой, чем до него. Я переходила из одной комнаты в другую. Дом состоял из трёх маленьких спален, двух ванных комнат, гостиной, маленькой столовой, кухни и прилегающего гаража с прачечной.

Я разглядывала фотографии в каждой комнате первого этажа и заметила, что ни на одной из них не было моей мамы. Даже, когда та была ребёнком. Они были уничтожены в огне, который поглотил мою бабушку? Но возможно дед хранил их в одном из выдвигающихся ящиков в своей комнате.

Я поднялась по лестнице вверх. Потом заколебалась. В конце концов, я осмелилась открыть его комнату, но казалась себе при этом предательницей, которая незаконно проникла в его палаты.

Я не была уверенна в том, что представляла себе найти там. Мой дед был аккуратным человеком, и его комната отражала это. Кровать была заправлена, а одежда убрана. И пропылесосил он тоже недавно, как можно было заметить по аккуратным, проходящим рядом друг с другом следам от пылесоса на ковре.

Его шкаф и комод были закрыты, и я не могла заставить себя рыться в его вещах. Я остановилась посреди комнаты и не знала, что делать.

Телефон на прикроватной тумбочке зазвонил, и я сильно испугалась. Как будто меня застукали за тем, как я тут вынюхиваю, я вышла задом из комнаты и прямо-таки помчалась вниз на кухню. В гостиной включился, щёлкая автоответчик. Но звонящий решил не оставлять сообщений.

Тишина угрожала захлестнуть меня, и я не выдержала. Мой дед попросил не уходить слишком далеко от дома. Я посчитала, что лес можно назвать всё ещё близко, надела куртку, закрыла дверь и направилась туда.

Солнце просвечивало сквозь деревья, в виде исключение туман не покрывал их макушки и лишь парочка перистых облаков плыла по голубому небу. Вдалеке были видны путники, вышедшие в поход. Их крики отдавались от холмов. Мой дед упоминал, насколько популярны были тропы в этой местности, и теперь я поняла почему. Даже если я не могла дать себе волю и бежать со скоростью, с которой хотела, я почувствовала себя лучше.

Я была рада, что взяла себя в руки, как вдруг мимо меня пробежал мужчина с лабрадором. У собаки язык свисал на бок, и с каждым шагом изо рта капали слюни. Со своими неловкими движениями он казался мне чистой фигурой из мультфильма. Я решила последовать за ними, чтобы посмотреть, куда ведёт дорога. Мы преодолели около одной мили - дорога извивалась по лесу вверх, а потом протянулась по открытой поляне - когда мы добрались до нескольких ступенек, встроенных в холм.

Добравшись до верха, мы оказались на парковке полной автомобилей, в том числе и двух автобусов с туристами. Мужчина побежал влево дальше в сторону улицы, я же последовала за туристами вправо. Вскоре я дошла до смотровой площадки, с которой открывался замечательный вид на залив. Везде стояли скамейки, приглашающе насладиться видом.

Люди выстроились в очередь, чтобы сделать фотографии, на которых они поворачивались спиной к голубой воде и с двух сторон были окружены лесом Президио. Это так сильно напомнило мне дом, что я решила, ненадолго здесь остановиться.

Смотровую площадку окружал выступ из бетона, и я села на него и упёрлась подбородком в колени. Как и в Блеквелл Фоллс я могла различить вдалеке лодки, пересекающие с вздувшимися парусами бухту. В этот момент я ничего не желала так сильно, как вернуться назад домой.

Через какое-то время туристы снова сели в автобусы и осталось лишь несколько человек, развалившихся на скамейках на некотором расстоянии от меня.

Я почувствовала ветерок, и кто-то сел рядом со мной. Ашер. Я не была уверенна в том, готова ли я была видеть его. Долгое время мы сидели рядом, не прикасаясь друг к другу. В это время я лихорадочно размышляла, как мне рассказать ему, что случилось.

Я повернулась к нему, щека всё ещё на колене. Ветер растрепал ему волосы, и они торчали во все стороны.

- Привет.

- Привет. Я скучал по тебе вчера. - Когда он упомянул прошлый вечер, на меня нахлынули десятки образов. Как я исцелила Крисси. Как тревожная новость о том, что защитники находятся в городе, облетела ряды.

Ашер как раз хотел обнять меня, как перед моим мысленным взором предстала убитая Иветт, лежащая на своём кухонном полу. Я отпрянула от него, но он уже успел уловить мои мысли.

- Что случилось? - спросил он шокировано. Я покачала головой и уставилась на его шею, потому что просто не могла взглянуть ему прямо в глаза. - Реми?

Снова он хотел прикоснуться ко мне, и снова я увернулась. Я не хотела, чтобы он услышал, что я подумала, что я сравнивала его с тем другим защитником. Я не хотела, чтобы он знал, что эта мысль всё ещё преследует меня.

Его рука задержалась в воздухе, и на лице отразилось замешательство.

- Я беспокоюсь, mo cridhe. Что случилось вчера вечером?

- Умерла женщина, Ашер. Другая целительница.

Мой голос прозвучал глухо.

- Как? - спросил он тихо.

- Была убита защитником.

Ашер выругался. По крайней мере, я так подумала. Он перешёл на французский, его любимый язык для брани. Он покосился на людей вокруг нас, но никто из них не был достаточно близко, чтобы подслушать нас.

- Ты была в опасности?

- Нет. Она была медсестрой, лечила своими методами, о чем стало известно вокруг. Кто бы ни был этим защитником, он не знал о других целительницах. По крайней мере, дедушка думает так.

Перед моим мысленным взором снова предстала Иветт, после чего появилось жжение в глазах.

- Это было ужасно. То, что он с ней сделал. Он...

Я замолчала, покачала головой, не находя слов. Чтобы наконец покончить с этим, я представила Иветт, лежащую в луже крови с пустым взглядом. Я дотронулась до его руки, чтобы он смог коротко бросить взгляд на картинку, прежде чем убрала руку.

- Ты боишься меня, - сказал он хриплым голосом.

Я была недостаточно быстрой, и Ашер узнал больше, чем я хотела. Он выглядел совершенно подавленным. Я ненавидела себя за то, что причиняла ему эту боль, но не решалась обнять или взять его за руку в знак утешения. Тогда бы он узнал, что ночью я видела один и тот же сон, в котором он убивал Элизабет. Только Элизабет в моих снах выглядела как Иветт.