Мой магический год: лето и чарующий сад - Татьяна Терновская
В гостиной нас уже ждали два пожилых мужчины. Как я поняла, один из них был отцом мистера Уотсона, а другой — дядей. Оба встретились нас улыбками и предложили занять место на диване напротив них. Мне одновременно хотелось всё время быть рядом с Люком и сбежать от него подальше. Но, помня про манеры, я села на диван.
Мистер Уостон принёс поднос с чаем и печеньем, а затем он и мисс Скотт покинули гостиную, очевидно, понимая, что разговор будет носить личный характер.
— Давно никто не вспоминал о тех временах, — задумчиво протянул старший из мужчин, представившийся Оливером Уотсоном. Его волосы уже полностью поседели, но взгляд ярких синих глаз оставался цепким.
— Да кому интересно вспоминать прошлое? — проворчал второй мужчина, назвавшийся Эрнестом. Он и был отцом мистера Уотсона. — Нужно жить настоящим.
В ответ на его реплику старший брат по-доброму усмехнулся.
— Ты совершенно прав, — согласился он, — но нас позвали, как раз чтобы пролить свет на события прошлого, не так ли?
Вопрос был адресован нам. У меня не было сил отвечать, поэтому я предоставила Люку право вести беседу.
— Именно так, — отозвался он, чуть подавшись вперёд, — вы случайно, не помните, не было ли в прошлом каких-то конфликтов между моей семьёй и родными мисс Дуглас? Может быть, земельные споры или магические инциденты?
У Эрнеста Уотсона вырвался смешок. Брат посмотрел на него и покачал головой, а затем обратился к нам.
— Думаю, многие старики помнят тот скандал, он был весьма громким, — сообщил мистер Оливер Уотсон, — конфликт действительно был, только к имуществу он не имел никакого отношения. То дело носило личный характер.
Я и Люк переглянулись. Теперь-то мы узнаем правду о прошлом наших семей. Люк сдвинулся на краешек дивана, должно быть, его переполняло любопытство.
— Что же тогда произошло? — спросил он.
Оливер и Эрнест переглянулись. Из-за этого я ощутила лёгкую тревогу. Если бы конфликт между нашими семьями был безобидным, они бы сразу нам всё рассказали.
— Это непростая ситуация, — осторожно заметил Оливер Уотсон, — наверняка вам нелегко будет о ней узнать.
Я увидела, как напряглись мышцы на лице Люка, и положила свою ладонь поверх его в знак поддержки. Он посмотрел на меня и улыбнулся.
— И всё-таки, — сказал Люк, — какой бы ни была правда, мы хотим её услышать.
Оливер Уотсон тяжело вздохнул, вместо него ответил брат.
— Семья Маккартур обвинила вашу бабушку, Камиллу Дуглас, в непристойном поведении, — быстро проговорил он.
— Что⁈ — воскликнула я и тоже подалась вперёд, — невозможно!
Моя бабушка всегда была приличной женщиной и вела добропорядочную жизнь. Я не могла поверить, что кто-то посмел обвинить её в подобном. Такие подозрения ведь способны перечеркнуть жизнь девушки!
— Абсурд! — повторила я.
— Мы вовсе не обвиняем вашу бабушку, — поспешил оправдаться Оливер Уотсон, — просто рассказываем о том, что тогда произошло.
— Слухов ходило очень много, — добавил его брат, — кто-то им верил, другие нет, но после обвинений дело приняло серьёзный оборот.
— А кто их предъявил? — уточнил Люк, — чьи это были слова?
— Ваших прабабушки и прадедушки, то есть, родителей Брюса Маккартура, — сообщил Эрнест Уотсон, — а они ведь были очень влиятельной семьёй в наших краях. Одного их слова было достаточно, чтобы уничтожить репутацию человека.
— Именно это и произошло бы с вашей бабушкой, если бы она быстро не вышла замуж, — заметил Оливер Уотсон, — после этого разговоры немного утихли. Хотя, какое-то время на неё продолжали смотреть косо.
Я была шокирована, но теперь многое стало понятным. Вот причина, по которой бабушка вышла замуж за дедушку, хотя они были совершенно разными людьми. Ей пришлось так поступить, чтобы спасти свою репутацию и потом всю жизнь провести рядом с нелюбимым человеком.
— Подождите. — Люк тоже был растерян. — Но почему моя семья обвинила бабушку Катрин в непристойном поведении? Не сделали же они это просто так.
— Достоверно о том, что произошло могут сказать только ваши родные. — Оливер Уотсон развёл руками.
— Но кое-какие слухи ходили, — добавил его брат.
— И что же говорили люди? — уточнил Люк.
— Что родители Брюса Маккартура были против его отношений с Камиллой Дуглас и, таким образом, избавились от неугодной девушки, — сообщил Эрнест Уотсон.
— Нет! — ахнула я.
Мне не хотелось в это верить, но слухи были очень похожи на правду. Шкатулка и подаренный участок земли подтверждали, что когда-то моя бабушка и дедушка Люка были влюблены друг в друга. А тот факт, что письма были похоронены под землёй на долгие годы, а обе семьи старались не вспоминать друг друга, говорил об очень большой обиде. Теперь я понимала, почему бабушка так ненавидела семью Маккартур.
— Чудовищно, — прошептала я.
— Подождите! — воскликнул Люк, — возможно, это всего лишь слухи, — сказал он и прибавил, — мне сложно поверить, что мои родственники могли с кем-то так обойтись. Тем более, дедушка. Он всегда был порядочным человеком.
Я посмотрела на Люка и в голову пришла пугающая мысль: а если бы семья поставила его перед выбором, как бы он поступил со мной? Вдруг бабушка была права и от Маккартуров действительно нельзя ждать ничего хорошего?
— Конечно, это только слухи, — примирительно сказал Оливер Уотсон, — мы не были участниками той истории и не знаем всей правды.
Люк вскочил на ноги.
— Я прямо сейчас напишу дедушке и потребую объяснений, — заявил он. Похоже, история сильно задела Люка. Впрочем, как и меня.
Если в прошлом наших семей произошли такие события, то разве можем мы рассчитывать на счастливое будущее?
Глава 12
Обратно в поместье мы ехали молча, переваривая услышанное. Люк уже успел отправить письмо дедушке в столицу и с нетерпением ждал ответа. Я же размышляла о своей семье и трагедии, произошедшей с бабушкой. Она любила Брюса Маккартура и собиралась выйти за него замуж — свадебное платье, которое я нашла на чердаке усадьбы, наверняка принадлежало ей — но родители её жениха разрушили все планы, посчитав, что бабушка им неровня. Сложно представить, каким ударом это стало для неё. Тем более, Брюс Маккартур тоже предал бабушку — он ведь мог не идти на поводу у родителей и не разрывать отношения, но статус и деньги оказались для него важнее.
Я покосилась на Люка. Вдруг он такой же, как и его семья? А я так неосторожно влюбилась в него?
Почувствовав мой взгляд, Люк повернул голову. Я покраснела, чем выдала
