Охота на землянку (СИ) - Элиан Лира

Смахиваю волосы, чтобы не мешали любоваться горизонтами довольно мрачного и каменного Ареса.

Я никогда здесь не была. Однако для меня всё, что не Тартесса, всё лучше.

Понятное дело, что в сравнении с планетой правителей, Арес выглядит немного потасканным. Но это скорее из-за того, что воины тут постоянно оттачивают навыки, потому и есть в какой-то части планеты полуразрушенные здания.

В основном здесь небольшие дома с отсеками максимум на двоих человек. Жить семьями здесь не принято, как правило, воины рассредоточены по планете поодиночке, максимум вдвоём.

Как рассказывал Тарик, здесь не всегда так было. Когда-то обстановка была более радужная. Именно до того момента, как отец Ренара не задумал сделать из вполне жилой планеты, военную колонию.

Останавливаю ход мыслей, намереваясь умыться и наконец, выйти из этого уютного для меня убежища. И когда я говорю убежища, я не преувеличиваю. Именно так сейчас, мне кажется. Хочется, чтобы мой страж бесконечно снимал всё напряжение своими крепкими руками. Поцелуями затмевал все мысли. Ласками уносил меня в параллельную вселенную, потому что пока я не увижу Президента, я не хочу оставаться в сознании.

Когда всё это со мной случилось? И что я буду делать, когда Ренар придет за мной?

В этом я ведь не должна сомневаться ни на секунду. Но чёртово девичье сердце разрывается от страха за него.

Кого я должна буду выбрать? И будет ли у меня этот выбор, в принципе?

Оба мужчины слишком характерные. Слишком упрямые и бесконечно сильные. Оба дарят мне фейерверки эмоций и чувств. И оба не отступят, в этом я убеждена.

Как разрешить это уравнение, если я не хочу выкидывать ни один знаменатель?

Заводясь из-за самой себя, всё же, иду в капсулу ванной, чтобы привести себя в порядок. А когда я уже одета в фиолетовый костюм, даже не знаю, откуда Тарик его достал, то, завязав высокий хвост, выхожу из отсека воина.

В этом здании сейчас должны обитать все земляне, но в связи с тем, что они отправились на спасение Ренара, сейчас здесь пустота и тишина.

Хотя мне бы хотелось слышать смешки и подколы, бурную деятельность, которую обычно наши люди разворачивались вокруг себя. Но увы.

Знаю, что Тарик, скорее всего, в нижнем отсеке продумывает и придумывает, как помочь своей галактике, поэтому вхожу в лифт, чтобы спуститься.

Правда, когда я выхожу из него, вижу несколько стражей, работающих с Тариком и бегущих прямо к выходу.

Хмурюсь, собираясь завернуть за угол и оставить своё любопытство запертым. Только в это мгновение огромные железные двери разъезжаются и в помещении появляются несколько землян.

Не могу сдержать улыбки, на секунду застывая, а затем сама иду к выходу. Чем ближе подхожу, тем стремительнее становится мой шаг, а улыбка всё шире.

Вернулись. Не могу поверить.

Внутри по венам разливается предвкушение и восторг, хотя я его еще даже не вижу.

Высматриваю Переса, но пока появляется лишь несколько наших. Кто-то ранен, кто-то почти в порядке, не считая потрёпанной одежды и грязи на лице.

На ходу встаю на носочки, рассматривая, кто ещё идёт там вдали.

— Айнея! — громогласный и сердитый голос Тарика отвлекает меня от моего занятия, и, не пряча улыбки, я оборачиваюсь на звук.

Он выглядит нахмуренным. Но в его глазах сквозит обеспокоенность. И не потому что я не в том месте. Чувствую, что по другой причине. Он качает головой, а эмоции, что секундой ранее освещали мое лицо медленно сползают, и я растерянно возвращаю свой взор на вход.

Перес и ещё несколько человек несут носилки… Мысленно запрещаю смотреть на это, выбирая такое ненавистное неведение, но глаза уже делают.

Светлые растрёпанные волосы волочатся по полу, а любимое хромовое обмундирование всё заляпано алыми пятнами.

— Н-е-е-е-т! — собственный крик раздаётся на весь сектор, отражаясь ядовитым эхом, и я падаю на колени, не веря в то, что, не обретя его, уже потеряла.

Глава 60. Ренар

Во рту привкус, похожий на грязь, отходы и еще что-то более мерзкое. Раздражающий писк тревожит ушные перепонки, от чего я морщусь, так и не раскрыв глаза.

— Господин Президент, как слышно?

Ощущение, что мне прямо в ухо начинают кричать. Поэтому я дергаюсь в сторону, словно от удара. Но чьи-то довольно сильные руки меня останавливают видимо от того, чтобы я не свалился на пол.

— Он пришел в себя. Передайте Тарику.

Топот ног, а после мои веки искусственно разъезжаются в стороны, и яркий свет слепит от того, что кто-то явно решил высечь мне глаза.

— Потерпите, господин Президент. Я проверяю ваши рефлекторные способности.

— Я в порядке, — наконец подаю голос, который совсем охрип.

— У вас очень сильно ранение…

— Я сказал, что я в порядке.

Даже порываюсь сесть, потому что лежать невыносимо бесит, но мне этого сделать не дают.

— Ренар! — голос Тарик узнаю сразу, — Ренар, не буянь. Ты на Аресе, сейчас ты в безопасности, но у тебя строго постельный режим.

— Что произошло?

Я ничерта не помню. Последнее, что я помню, как пришла подмогу в лице землян, потом мы стали биться почти что насмерть… А дальше темнота. Пробел.

— Твой отец… — Тарик задерживается с ответом, а я испепеляю его упрямым взглядом, потому что хочу немедленно же знать подробности, — Он применил адратус.

Мой шок достигает огромных масштабов. Я не могу поверить в его слова, но когда приподнимаю льняную рубашку, то четко виду огромный уродливый шрам, опоясывающий боковую часть живота.

— Он не мог…

— Мне жаль, Ренар.

Отец применил запрещенный прием. Он запрещен на законодательном уровне, никогда и ни при каких обстоятельствах применять адратус нельзя. От одного удара наступает мгновенная смерть. Раньше, когда еще был дед, как раз данным приемом уничтожили почти всех землян.

Для адратуса применяется меч Эриона, к которому доступ есть только у моего отца, меня и еще несколько высших чинов. Но после смерти деда был подписан акт, что адратус может быть применен только в одном случае… Если Эриону угрожает гибель.

Мой отец решил, что главная угроза для Эриона — это я.

Что ж. Желание власти выше всех семейных ценностей.

— Тогда я не понимаю, как остался жив.

— Мы сами были в шоке, Ренар. Это чудо… Но все не так просто.

Тарик будто специально выдает информацию по крупицам, чем начинает меня жутко раздражать. Я рычу на него, вновь порываясь встать, но старинный друг успокаивает меня, ошеломляя новостью.

— Ты жив благодаря Айнее. Она оплакивала тебя, не жаля отпускать. Просила тебя немедленно разбудить… Мы даже было подумали, что ей нездоровится, потому что она истошно кричала. А после, Ренар, когда мы ей сказали, что шансов на спасение нет. Она попросила перелить свою кровь тебе. Понимаешь, о чем я, Ренар? Тебе перелили человеческую кровь, и ты ожил. Как ты можешь это объяснить?

Никак не могу.

— Позови мне ее.

Хочу видеть. Хочу касаться. Безумно соскучился.

— Она отдыхает, сильно вымотана была после переливания крови. Но… Ты же понимаешь, что то, что произошло с тобой… Это невозможно.

— Тарик, начиная со знакомства с ней, все, что происходит в нашей галактике невозможно. Я долго думал о всех событиях, у меня есть некие… Некие мысли по этому поводу, но я в них еще не до конца убедился. Одно могу сказать, что Айнея — не обычная землянка. И дело не в моих к ней чувствах… Здесь что-то большее. Я пытаюсь понять.

Тарик понятливо кивает, больше не задавая вопросов. Он знает, что как только я что-то пойму, то он первым узнает.

Все, что сейчас происходит на Эрионе — это абсурд. Но война будет жестокой. Поэтому нам важно сохранить силы для следующей битвы. Уверен, что рано или поздно отец узнает о том, что я остался жив.

И моя месть не за горами.

Чтобы спасти Эрион и землян я должен занять его место, которое по праву наследства перейдет мне после его смерти. Я не так жесток, чтобы убивать собственного отца, хоть и он этот принцип нарушил, применив адратус в мою сторону.