Темная любовь - Эль Джаспер

— Мы разбиваемся на группы не менее чем по шесть человек. Прочесываем город. Ходим по улицам. — Он смотрит на парней и наклоняет голову. — Джеп, мы знаем друг друга с детства. Он знает каждый уголок в городе.

— Да, — отвечает Джеп. Он высокий, долговязый, лет двадцати. Волосы у него длиннее, собраны в конский хвост. Шрам пересекает лоб, бровь и исчезает. Похоже, он способен серьезно надрать кому-то задницу. — Сейчас у нас шесть групп. После окончания работы к нам присоединятся еще несколько человек.

— Некоторые еще учатся в школе, — говорит Райн. — Они не пропускают ни дня.

Я киваю.

— У вас тут довольно маленькое организованное чокнутое общество, — говорю я. — Я впечатлена.

— У нас все в порядке, да, — соглашается Райн. — Готовы?

Я киваю. Еще несколько человек говорят «да» и «да». Большинство встают, переминаются с ноги на ногу и оглядываются по сторонам, как я подозреваю, ожидая указаний.

— Думаю, нам следует разделиться, — говорит мне Ной. В его глазах я вижу сомнение, он так не хочет расставаться. Но у нас нет выбора. В том, чтобы мы с Ноем были вместе, нет смысла.

Я киваю.

— Да, мы должны немного распределить силы.

— Ной, ты можешь побегать с Джепом и его командой, — говорит Райн. Он улыбается мне. — Конечно, будет правильно, если ты побегаешь со мной, девочка. На случай, если впадешь в кому.

Я прищуриваюсь.

— Конечно.

Мы разбиваемся на шесть групп. Адреналин, который стремительно набирает обороты и бурлит в крови парней из Несса, просто ощутим. Я почти вижу, как он витает в воздухе. Все буквально дрожит от их готовности, от их голода. Они как живые существа. Это совершенно невероятно.

Моя группа формируется, и, кроме меня и Райна, меня знакомят еще с четырьмя людьми. У меня плохо получается составлять группы имен одновременно, поэтому я задвигаю это беспокойство на задворки сознания; последнее, на чем мне нужно сосредоточиться, — это на том, чтобы запоминать тридцать имен.

Отныне они для меня мальчики из Несса. Все, кроме Райна.

— Мы поедем в центр города, — объявляет Райн остальным. — Всем остальным рассредоточиться и следовать нашими обычными маршрутами. Через несколько часов мы проскользнем в «Истгейт», посмотрим, что там происходит.

Многие голоса с разной степенью акцента соглашаются, и группы расходятся. Снаружи небо окрасилось в темные оттенки серого и фиолетового. Фонарные столбы в конце Крачанс-драйв горят, освещая улицу за ними. Я вдыхаю, и меня захлестывает ощущение чистого зла. Это не похоже на Эдинбург, но все равно зло. В этом тоже есть что-то неотложное. Есть что-то еще, чего я не могу понять. Я уверена, что это связано с тем фактом, что все это крутится вокруг Кэррин и Эли, которые являются причиной всего этого.

И от этого мне становится дурно.

Я закрываю глаза, снова вдыхаю и медленно выдыхаю. Я должна это сделать. Я должна все исправить. Кто бы ни руководил убийствами, их нужно остановить. Если Эли замешан в этом и его нельзя спасти…

От этой мысли по моему телу пробегает дрожь. На мгновение меня охватывает паника. За моими закрытыми веками мелькает лицо Эли, и он — прежний Элигий. Мой Эли. Сексуальный. Любящий. Благородный.

Затем, как в тумане, его лицо меняется, и он становится тем Эли из «Hush 51», тем же самым, с ненавистным блеском в лазурных глазах, которые я так люблю.

— Эй, — говорит Райн. Он стоит рядом со мной, на добрых шесть дюймов выше и кажется намного старше своих девятнадцати или двадцати лет. Эти проницательные зеленые глаза изучают меня секунду. Изучают так, словно знают меня больше, чем несколько дней. — С тобой все будет в порядке?

Я оглядываюсь по сторонам, поднимаю глаза к темнеющему небу и наблюдаю, как парни из Несса расходятся и отправляются в путь. Если толпа людей одержима идеей сохранить свои улицы и невинных людей в безопасности, то я могу сделать все, на что я способна.

Я решаю отложить свои желания в сторону.

Прежний Эли не ожидал ничего меньшего.

Мой взгляд возвращается к Райну, и я ободряюще киваю ему.

— Так и будет. Когда все это закончится, и убийства прекратятся, и этот город снова будет в безопасности, тогда да, со мной все будет в порядке.

Уголок его рта приподнимается, и в глазах появляется улыбка.

— Волшебство. Тогда пойдем, ладно? — Он наклоняет голову в сторону улицы.

Я отодвигаю тяжесть на сердце в сторону и заполняю пустоту чистой решимостью. Мы начинаем спускаться по дорожке, четверо других парней из Несса следуют за нами.

Мы охотимся на вампиров.

У меня такое чувство, что кровопролитие будет с обеих сторон.

ЧАСТЬ 6: СОБЛАЗНИТЕЛЬНЫЙ ВРАГ

Если мои расчеты верны, когда эта малышка разгонится до восьмидесяти восьми миль в час, вы увидите кое-что серьезное.

— Доктор Эммет Браун, «Назад в будущее», 1985

Да, Райли. Я не так уж хорошо ее знаю, но что я знаю точно, так это то, что она ни на кого особо не обижается. Включая меня, Майлза и, скорее всего, ее парня-кровососа. Как человек со способностями, я чувствую в ней силу, которая не похожа ни на что из того, что я видел раньше. Майлз сказал, что у нее извращенная ДНК. Я, черт возьми, могу в это поверить. Да, чего бы я только не отдал, чтобы удержать ее.

— Райн Маклауд

Мы бродим взад-вперед по улицам Инвернесса до десяти вечера. Райну несколько раз звонили на мобильный, но ничего. Мы в сотый раз идем по Хай-стрит, и я бросаю взгляд на центр города. Более новые здания соседствуют со старыми; одни с коническими башенками, другие с высокими шпилями. Все фасады плоские, над дверями красочные вывески магазинов. И неизменные двойные арки McDonald's, мерцающие золотисто-желтым в тени.

— В это время года у нас на улицах в основном только местные жители, — говорит Райн, когда мы идем рядом со мной. Нас трое на одной стороне улицы, трое на другой. Я киваю и бросаю взгляд на посетителей. Движение пешеходов определенно замедлилось на ночь, и большинство заведений закрыто. — В основном это студенты университетов, — говорит Райн и засовывает руки в карманы своей коричневой кожаной куртки. На нем темно-синяя спортивная форма, которая резко выделяется на фоне бледной кожи. — Что-нибудь есть?

Я настраиваю слух на более низкую частоту и улавливаю лишь отдельные звуки пульса животных, икоту младенца и так много сердцебиений, что у меня в ушах возникает низкий гул. Я качаю головой и смотрю на него.

— Ничего необычного.

Мы бродим по улицам