В плену обстоятельств - Мира Форст

не обманывало. В клетке, что стояла напротив моей, меня так же пристально разглядывал… Азгус. Я помнил, что этим именем его называла Малена. Тот самый богатырь, в которого Фастрад выпустил смертельный болт.

– Выжил значит, – неожиданно обрадовался я. – Малена будет счастлива от такой новости.

– С ней все в порядке? – спросил богатырь.

– В порядке, – улыбнулся я, вспоминая свою красавицу. – Сейчас она находится в моем замке на Тафросе. Пока меня нет, мама и брат позаботятся о ней.

– Ты сделал ее своей шлюхой? – потемнел лицом Азгус.

– Малена, моя невеста. В отношении нее у меня самые серьезные намерения, – успокоил я богатыря. – Как тебе удалось выбраться тогда? И как попал сюда?

– Скоро эти разойдутся, – кивнул Азгус на галдящий народ, – как станет потише, расскажу.

В самом деле, вести разговор в таком шуме было сложно. Я кивнул и занялся тем же, чем и мои товарищи - изучением клетки. Ее пространство позволяло стоять в полный рост и делать девять шагов по длине и пять по ширине. В одном из углов вырыта отхожая яма, прикрытая крышкой. Рядом с дверью, к железному пруту решетки прикручены две миски. На полу куцее одеяло. Никаких умывальников, стульев и матрасов.

Оглядел те клетки, в которых уже до нашего появления находились люди. Казалось, они совсем не обращают внимания на гудящую толпу. Привыкли, – решил я. Некоторые из них спали, некоторые изучали нас. Все одинаково выглядели слегка изможденно, но не слишком грязно. Видимо, возможность мыться все-таки есть.

Наконец, зрители стали разбредаться по своим делам. Самыми последними ушли те, кто окружал клетку Виила. Его калечность и платформа на колесиках вызывали у любопытных наибольший интерес.

– Веклос, у тебя появилась поклонница, – засмеялся Клаус, когда все зеваки разошлись.

Лишь одна фигурка застыла неподалеку от той клетки, где бесновался злющий Веклос. Его постоянная агрессия требовала выхода. Сейчас это выливалось в том, что он безостановочно бил ногой по решетке.

– Виил, скажи ей, чтобы проваливала, – зарычал парень.

Виил обратился к девушке, и та что-то ответила ему.

– Она говорит, что ты ей нравишься, – перевел Виил ее слова.

– А она мне нет! – еще сильнее рассердился Веклос.

Безногий князь передал ответ. Иви, вместо того, чтобы обидеться, послала объекту своей симпатии воздушный поцелуй и ушла, довольно улыбаясь.

– Что ты ей наболтал? – взбеленился Веклос. – Ты точно передал девчонке мои слова?

– Я сказал, что тебе она тоже очень нравится, – невозмутимо ответил Виил.

Вокруг засмеялись. Я тоже не сдержался. Виил орал, а мы смеялись громче и громче, до тех пор, пока охрана не начала стучать железными палками по клеткам.

Наступала ночь. Казалось, что звезды прямо над твоей головой, так ярко они светили и такими большими они выглядели на Адоре.

– Азгус, – позвал я, растянувшись на голом полу.

– Не сплю, – ответил богатырь.

– Расскажешь, как попал сюда?

– Можно сказать случайно. Когда вы подстрелили меня, я упал в воду, но сознание не потерял. Я ведь хорошо плаваю, даже под водой, поэтому вы и не увидели меня. Каким-то чудом мне удалось доплыть до другого берега, а там уж потерял сознание. Очнулся в незнакомой телеге. Оказалось, меня подобрали старик-целитель со своим сыном. Старик-то и выходил меня. Я был настолько слаб, что даже не спросил, куда они держат путь. А они направлялись в Касо. Там-то и объявились адорцы. Моего спасителя убили. Я сам видел. Сына его среди убитых и пленных не приметил, надеюсь ему удалось сбежать. Ну а я, был еще настолько слаб, что не смог оказать достойного сопротивления, так что попал к варварам в плен.

– Что они делают с пленными?

– Слабых используют в качестве рабов. Такие живут при хозяевах. А сильных помещают в клетки и отправляют на арену.

– Арену? – переспросил Клаус.

Все мои товарищи прислушивались к нашему разговору.

– Да. Бои между варварами и рабами.

– Ты уже участвовал в таких боях? – заинтересовался Фастрад.

– Это ведь ты меня подстрелил? – беззлобно спросил его Азгус.

– Прости, но прежде ты сам ранил меня, – не смутился Фастрад.

– Ладно уж, теперь мы все в одной лодке, – ответил Азгус. – И да, я уже участвовал в боях. Дикари проводят их каждую неделю.

– Эй вы! – послышался недовольный оклик в одной из клеток, – дайте поспать. У вас впереди полно времени, чтобы наговориться.

– Полно времени! – возмутился Веклос. – Я не собираюсь сидеть тут на потеху этим обезьянам! Мы сбежим при первой возможности.

– Ничего у вас не выйдет, – ответил ему тот же голос. – Многие пробовали, да никто не добежал.

– И почему? – уже спокойнее уточнил Веклос.

– Тут бежать можно только через поля, на которых ветряки и идолы. А эти поля просматриваются как на ладони, спрятаться там невозможно. До десяти не успеваешь сосчитать, как охрана и патрули вылавливают беглецов.

Все замолчали, переваривая услышанное. И через какое-то время с разных сторон начало раздаваться сонное сопение.

– Азгус, – тихо позвал я. – Откуда у Малены такие шрамы на спине?

– Она не рассказала тебе?

– Сказала только, что это дело рук ее мужа.

– У князя Риорка Грожбурского, мужа Малены, были весьма специфичные запросы в интимной стороне брака. Полагаю, он применял к своей жене жестокое насилие. Всего Малена не открывала, но ей не всегда удавалось скрыть жуткие синяки. Да и слуги из замка болтали, что слышат крики из спальни господ.

– Слышат? – сжал я кулаки. – И никто из них не пришел на помощь? Они просто молча слушали, как Малена кричит от боли?

– Слуги Риорка прохладно приняли Малену с первого дня ее появления в замке Грожбурских. Не знаю с чем это связано. Сама Малена считает, что из-за ее возраста. Она вошла госпожой в дом Риорка, когда ей едва исполнилось восемнадцать лет. Совсем неопытная девчонка. Слуги и не видели в ней хозяйку. А она ничего не могла с ними поделать, ведь они были людьми ее мужа. Правда, когда Риорк погиб, она их всех уволила. И замок сдала в аренду уже с новой прислугой.

Я представил мою Малену восемнадцатилетней влюбленной девчонкой, девчонкой, которая еще совсем не знает жизни и верит своему мужу, мужу… садисту.