Екатерина Цыганок - Резонанс Душ

— Ты мстишь мне? — Тихо, почти шепотом произнес он.

— Как и зачем?

— После того признания на заседании ты ничего мне не сделала и не сказала. А должна была.

— Что именно я должна была Вам сказать или сделать?

— Да хотя бы для начала узнать, зачем я это сделал, чем руководствовался. А уж затем оторвать мне голову. Но ты, как оказалось, придумала более изощренный способ: месть.

— Мне нет смысла Вам мстить, тем более это не я Вам мщу. Это внутри вас говорит ваша совесть. — Вы мне еще нужны. Кто-то же должен меня лечить. А кто, как не вы справитесь с этим.

Он слабо улыбнулся и поцеловал меня в лоб:

— Да уж, теперь я точно от тебя никуда не денусь, раз ты не позволяешь мне умереть. Вот сейчас попробуй встать, только осторожно, и держи костыли — постарайся не наступать на ногу, а то рана откроется. Садись в кресло, я подвезу тебя к капсуле. В этот раз ты будешь закреплена только со спины, иначе все пойдет насмарку.

Я села в кресло, и создатель повез меня к капсуле. После того, как я была закреплена и поднята на нужный уровень, мне надели маску и прикрепили пару датчиков. И только потом «кровать» стала наполняться жидкостью. Хоть я и имела относительную свободу действий, но все равно мне было неудобно и непривычно без скоб и обручей на конечностях. Тем более в этот раз, так как была повреждена вся передняя сторона тела, я лежала горизонтально, раскинув руки в стороны и видеть, что происходит в лаборатории, я не могла.

Лишь огромный потолок возвышался надо мной, лампы которого горели очень ярко. Я невольно засмотрелась на него и не услышала, как доктор с кем-то разговаривал. Голос его собеседника был мне знаком: генерал Конрод. Что привело генерала в столь поздний час сюда. Проблемы с ногой или проблемы иного характера? Голову повернуть и посмотреть я не могла, но услышать постараться можно.

— …да я хотел бы как можно скорее поменять ногу, а то эта совсем проржавела. Как скоро это произойдет? — Вежливым тоном говорил он.

— Прошу прощения, она бы была готова и сегодня, чтобы Вы могли спокойно ехать по своим делам, но вернулась Кира с задания, поэтому я работал по большей части сегодня с ней.

— Ничего страшного, доктор. Как она?

— Уже в полном порядке, ей осталось только отдохнуть хорошенько.

— Она вернулась одна? — Тихим и серьезным голосом спросил он.

Доктор ничего ему не ответил, видимо, тут ответов не требовалось.

— Генерал, могу я рассчитывать на Вашу поддержку в Совете при одном деле? — Начал было он.

— Смотря, какое оно, это дело… — С любопытством произнес тот.

— Я думаю, Вы успели заметить, что уже с девятым отрядом Кира уходила на задание и приходила одна, — генерал не стал отвечать или перебивать доктора. — Так вот дело вот в чем, я бы осмелился просить Совет поставить ее в одиночные задания. Я знаю, некоторые сомневаются, что она вернется и не предаст нас, но до этого она же возвращалась. Тем более ходят слухи среди солдат о том, что она проклятая, и боевой дух у них падает, когда ее назначают к ним. Эмм, что скажете?

— Я скажу, что в Совете десять человек, а не я один. Поэтому как будут результаты, я дам Вам знать. А насчет ноги все-таки поторопитесь, она меня действительно беспокоит мне крайне неприятно находиться с Президентом на одной территории. Доброй ночи, Гордон. И я ощутила, как он окинул меня взглядом, хотя я не успела понять какой, он был мимолетным.

— Да, конечно. Доброй ночи, генерал. — Сказал, уже скрывшемуся из виду мужчине он.

Скоба, закрепленная на моем позвоночнике, позволявшая мне находиться горизонтально очень грела, и я подумала, что эта та же батарейка, какая и была закреплена у Инструктора, когда в свое время я отправила его в нокаут. От этой мысли я улыбнулась, но из-за маски никто, кроме меня не мог видеть и знать, что я делаю. Тепло от скобы и свет от ламп на потолке успокаивали, и я стала медленно погружаться в глубокий сон.

Спустя два дня я была в парке на той же лавочке, на которой сидела все время, наблюдая за людьми, и ждала вестей от доктора поводу моего перевода на одиночку. Но все было тихо: создатель, как и члены Совета молчали.

И вдруг, прервав мои мысли, прямо перед моим лицом возник букет цветов: лилии, свежие, кое-где с капельками воды на стеблях. Я подняла голову — передо мной стоял Эдриен с самодовольной ухмылкой. Заметив, что я никак не реагирую на цветы, улыбка сползла с его лица, и он вопросительно уставился на меня. Это уже был не первый знак внимания, оказанный им, до этого дарил мне шоколадные конфеты, их-то я взяла, так как люблю сладкое (Макс приучил). Потом говорил многозначительные комплименты в мою сторону. Один раз устроил салют, когда я уставшая возвращалась с задания, но, увидев меня одну-единственную из отряда и в паршивом настроении, да еще с серьезными повреждениями, он прекратил. Но теперь снова взялся за свое.

— Я думал, всем девушкам нравятся лилии. Их, кстати, чтобы ты знала, сейчас очень трудно достать. — Сказал парень, усаживаясь рядом, и уже было замахнулся выкинуть букет в урну, стоявшую неподалеку, как его остановила.

— Не губи. Хорошие цветы. — Я забрала букет и провела медленно пальцем по одному цветку, потом по второму, по третьему, по каждому из них, — Еще живые. Спасибо.

— И что это значит? Ты дашь мне шанс? — Оживился он вдруг, и в разноцветных глазах блеснул опасный огонек. Но сразу погас, когда я покачала отрицательно головой.

— Пойми, у меня другая цель, я не создана для этого.

— Ты ведь даже не пробовала. — Сказал парень лукаво и подмигнул, улыбаясь. Затем встал и направился в сторону главного здания спокойным шагом. Это еще не все.

Вечером, ухаживая за цветами, ко мне постучали и передали сообщение: меня вдруг срочно вызвали к генералу Йозефу.

Он стоял возле окна, покуривая одну из своих любимых сигар. Как только я вошла к нему в кабинет, он развернулся ко мне:

— Ну что ж, ты добилась своего, — без прелюдий начал он, — большинство членов Совета проголосовали за то, чтобы ты выполняла задания отдельно от остальных солдат. Поэтому вот твое следующее задание: на северо-западе находятся остатки от некогда великого города Шио, его разрушили хорренды, которые теперь там и обитают. Это поселение очень свирепое, поэтому ты будешь должна переговорить с ними, а лучше всего с главарем о перемирии, хотя бы до окончания войны.

— Из меня плохой дипломат, тем более с хоррендами общаться не стоит. Лучше сразу убить.

— Развивай дипломатию. Они нам нужны как союзники. Это стратегически важно, ты поняла? И ЭТО твое задание.

— Дайте подумать, я должна буду с ними разговаривать, даже в то время, как они будут ломать меня или выдергивать конечности?