Шарлин Харрис - Месть мертвеца

Не имеет никакого значения, что случится с телом, после того как душа ушла, тело — всего лишь шлак. Но почему-то из-за такого множества трупов меня пробирала холодная дрожь.

— Там, где были найдены захоронения, ничего не осталось? — шепотом спросил Толливер, сознавая, что нас могут подслушать.

— Нет, — так же шепотом ответила я.

Ни душ, ни призраков. А между первым и вторым большая разница. Я время от времени видела души, которые медлят возле недавно погибших людей. И только однажды видела призрака.

Тут вошли Пелл Клавин и Макс Стюарт. Оба агента Бюро расследований выглядели очень усталыми. Интересно, приехали ли другие агенты, чтобы им помочь? Эти двое подтащили кресла так, чтобы быть напротив нас, и устало сели. Между нами лежала карта.

— Что вы можете сообщить такого, чего мы еще не знали бы? — задал вопрос Стюарт.

Меня раздражало, что он даже не пытается соблюдать обычную вежливость, но потом я подумала о целой ночи размышлений над биографиями убитых мальчиков и простила двух агентов. На их месте я тоже не была бы склонна проявлять бессмысленную вежливость.

— Вероятно, ничего, — ответила я. — Я только нахожу тела. Это у меня хорошо получается, но я не детектив.

— Мы не можем и дальше находить все новые трупы.

— Думаю, больше трупов нет. На том участке наверняка не осталось мертвых.

— Откуда вы знаете, что кто-нибудь не похоронен в другом месте?

— Я этого не знаю. Но даты истечения срока действия не существует.

Оба подались вперед — им не терпелось получить объяснения.

— Даты смертей имеют широкий разброс, — пояснила я. — Он убивал много лет, по меньшей мере шесть. И мальчик Макгроу погиб всего три месяца назад. Если только убийца не орудовал очень долгое время, высоки шансы на то, что все его жертвы похоронены вместе. Может, у него и есть более раннее место, где он закапывал жертвы. И он наверняка отыщет новое. Но я думаю, что там, где вы искали, находятся все жертвы нескольких минувших лет. — Я пожала плечами. То было просто моим личным мнением.

Стюарт и Клавин переглянулись.

— И все найденные жертвы были убиты в одном и том же месте, — продолжила я. — Поэтому мне кажется, что если это его любимое место для убийств, то все тела были спрятаны там.

— Да, мы думаем, что все они погибли в старом сарае на том участке. — У Стюарта был довольный вид.

Хорошо, что мы не открыли осевшие двери, находясь там. Я не хотела знать, как выглядит сарай внутри. Из тех моментов, что я разделила с мертвыми, я четко представляла, каково там.

— Есть… есть ли другое место, которое вы хотели бы, чтобы я проверила?

Я очень боялась, что они ответят: «Да», но Макс Стюарт покачал головой:

— Мы не знаем, как вы делаете то, что делаете. Если бы мы не видели результатов, то никогда не поверили бы вам. Но мы видели все тела и слышали, как вы их нашли, и никакие расследования не помогли найти связь между вами и хоть одним местным. Поэтому нам приходится верить, что вы действительно обладаете некими сверхъестественными способностями. Мы не знаем, насколько они велики, какие у них пределы. Можете вы рассказать что-нибудь еще про тех мальчиков?

Наверняка ему было неописуемо трудно такое сказать. Я начала было автоматически возражать, но потом передумала. Надо объяснить им все как можно точнее.

— Я вижу момент смерти, — начала я. — Вижу тела в могиле. Подождите!

Я закрыла глаза, вцепившись здоровой рукой в подлокотник кресла и прижав к себе больную. Одежду бросили в могилу…

— Большинство из них имели кресты, правильно? — спросила я.

Клавин молча уставился на меня. Стюарт оглянулся на доску с фотографиями, как будто эти сведения были напечатаны прямо над именами мальчиков.

— Но это религиозное общество, и это могло быть совпадением.

Я снова посмотрела на тела, заглядывая в глубины своей памяти. О, вот.

— Сломанные кости, — сказала я. — У некоторых из них были сломаны кости.

— Не во время пыток? — спросил меня Толливер.

— Да, некоторые переломы были свежими, полученными во время пыток. Но в прошлом по крайней мере четверо из них имели переломы. — Я пожала плечами.

— Значит, над всеми этими мальчиками издевались раньше? Это то, что связывает все убийства? — Агент Стюарт подался вперед, как будто мог вытащить ответ из моей головы. — То, что между мальчиками было общего? Именно потому их и выбрали?

— Не знаю. Я вижу это лишь вспышками: тело, эмоции, ситуацию. Однажды я увидела кота мертвого парня, а может, я просто уловила мысли умирающего. Я не вижу того, кто послужил причиной смерти.

— Просто расскажите нам все, что знаете, — попросил Клавин.

Я подозрительно перевела взгляд с одного на другого. Они будут слушать, конечно, а потом посмотрят на меня долгим страдальческим взглядом, который скажет, что они не поверили ни единому моему слову. Другие следователи уже говорили мне такое: «О пожалуйста, любая, пусть даже незначительная деталь поможет…» А потом что-нибудь вроде: «И это все, что вы можете делать? Какой с того толк?»

— Мы обещаем, что отнесемся к вашим словам уважительно, — произнес Клавин, правильно истолковав мой взгляд. — Мы понимаем, что в прошлом у вас были проблемы с представителями правоохранительных органов.

Я подумала о чеке, который Твайла Коттон вложила в мою руку прошлой ночью, о сумме на этом чеке, с лихвой перекрывающей ту, что мы назначили за поиски ее внука. Я подумала о семьях, собравшихся в церкви, о горе и страхе. На фоне этого насмешки людей, которых я никогда больше не увижу, казались ничтожными.

Поэтому я сделала глубокий вдох, закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и снова заглянула в одну из могил. Я выбрала ближайшую к дороге. И показала ее на карте.

— Это Тайлер, — начала я. — Его пытали, сдирая кожу лоскутами. Потом изнасиловали. Его яйца зажали в тиски. Он был готов умереть и призывал смерть, потому что знал: никто ему не поможет. Причиной смерти явилось удушение. Когда-то в прошлом он сломал ногу.

Я услышала, как оба агента быстро втянули воздух, но не открыла глаза, чтобы на них посмотреть. Толливер взял меня за руку, и я стиснула его ладонь. Мысленно я подошла к следующей могиле.

— Хантер, — продолжала я. — Его хлестали бичом, насиловали, клеймили. Он до самого конца надеялся, что кто-нибудь придет на помощь. Прожил два дня. Умер от переохлаждения.

Хантер погиб в такую погоду, какая была сейчас, холодную и мокрую. Я полагала, его похитили в ноябре.

— Сломанных костей нет. У него был… сколиоз.

Я увидела изгиб позвоночника, сияющего подо мной.