С. С. Хантер - Рожденная в полночь

— У меня и в мыслях не было вас подначивать, — выпалила Холидей. — Вы просто дурак и всегда были дураком.

Кайли закусила губу, чтобы не рассмеяться. Эта парочка распалилась так, что того гляди их нужно будет совать в холодильник. Такие сценки бывают разве что в романтических комедиях.

— А может, все дело в ледяном приеме, который вы мне, черт знает почему, оказали? Не знай я вас лучше, я бы решил, что у вас проблемы с вампирами.

«Так, значит, он вампир». Кайли не без гордости похвалила себя за открытие.

— Не обманывайте себя! — Холидей распрямила плечи. — Проблемы у меня не с вампирами, а с людьми, которые считают, что значок дает им право наводить страх на окружающих. С того самого момента, как вы вошли в мой лагерь, вы ведете себя так, будто все мы тут обязаны в струнку перед вами стоять. А теперь вы еще пытаетесь обвинить моих ребят в том, что…

Остин снова прокашлялся, на этот раз еще громче.

— По-моему, нам следует вернуться к мисс Гейлен.

«О нет». Кайли очень захотелось узнать, в чем «Федеральное исследование уродов» хочет их обвинить. Тем не менее любопытство быстренько отошло на второй план, как только все взгляды вновь устремились на нее.

— Нет, я не считаю себя трудным подростком.

— Вы состояли в какой-нибудь группировке? — спросил Бернет.

— Нет, — ответила Кайли и подумала, уж не Кровных ли Братьев он имеет в виду. — И никогда не попадала в серьезные неприятности.

— Вот как? Разве не вас забрали в участок из-за наркотиков?

Кайли внезапно поняла, почему Холидей невзлюбила темноволосого мистера Долговязого Красавчика. Он умел дать человеку почувствовать себя ничтожеством. Может быть, ссора Холидей с вампиром придала Кайли храбрости. А может, после всего, что с ней случилось сегодня, ей начисто расхотелось быть приятной. А может, опять-таки причиной была опухоль, но так или иначе Кайли сделала то, на что в нормальном состоянии ни за что бы не решилась. Высоко подняв голову, она заговорила, и слова, одно безжалостнее другого, сами стали срываться у нее с языка.

— Вообще-то, если вы смогли наложить лапы на тот рапорт, то должны были, по крайней мере, прочитать его. Я уверена: в нем утверждается, что я не сижу на наркотиках и не пью.

Бернет недобро сощурился. Но Кайли предпочла сосредоточиться на довольной улыбке Холидей.

— Вы закончили? — спросила воспитательница.

— Еще несколько вопросов.

Бернет не сводил с Кайли пронзительного взгляда.

— Как вам понравился наш лагерь, мисс Гейлен?

— Здесь здорово.

Сердце затрепыхалось в груди Кайли, когда она вспомнила, что нельзя лгать.

— Во всяком случае, все, кого я встречала здесь, любят его.

— А вы нет?

«Только не ври».

— Мне бы хотелось домой.

— Почему это?

— Тут все для меня… слишком внове.

— Что внове?

— Хотя бы то, что существуют люди вроде вас.

Это была чистая правда. Но Кайли не думала, что эти слова прозвучат так… пренебрежительно.

— Вроде меня? Вампиры? — спросил он, уязвленный.

— В том числе. И вообще люди со сверхъестественными способностями, — добавила Кайли.

— А кем же вы считаете себя? — самодовольно спросил Бернет.

— Не знаю точно, — искренне ответила Кайли. — Но надеюсь, я не такая, как вы. Я — это просто я.

«Пусть даже у меня рак мозга». Мысль об опухоли она задвинула на задний план, чтобы обдумать позже.

Взгляд Бернета стал жестче, и храбрости у Кайли поуменьшилось. Бернет покачал головой и насупился.

— Почему вы так закрыты?

— Я не закрыта. Просто глаза отказываются верить всему.

Тут ей пришло в голову, что Бернет говорит не о ее способности воспринять что-то, а скорее о своей неспособности прочесть ее мысли.

— Она тут ни при чем, — снова вмешалась Холидей. — Такова особенность ее дара. Она общается с призраками.

Кайли кивнула. Оба в черном вытаращили глаза.

— Общается с призраками? — переспросил Остин.

Кайли подметила у него на лице что-то, похожее на страх.

— Как вы? — спросил Бернет у Холидей.

— Прочитали мой файл?

— Моя работа состоит в том, чтобы знать, с кем имеешь дело.

— Забавно, что вы не предложили свой файл мне. И вы рассчитываете, чтобы я работала…

— Я пришлю его вам. Если он действительно вас интересует, — парировал Бернет, сарказм в его голосе так и звенел.

— Подумайте хорошенько, прежде чем беспокоиться, — сказала Холидей. — Но что касается Кайли, то да, она общается с призраками, как и я.

— И вы тоже? — Остина передернуло. — Терпеть не могу призраков.

— Она фея? — спросил Бернет, в упор глядя на Кайли, и снова задвигал бровями, словно предпринял еще одну попытку ее прочесть.

— Мы еще точно не знаем.

— Родители зарегистрированы как обычные люди? — произнес Бернет скорее утвердительно.

— Да, — ответила Холидей.

— Они могли смошенничать.

— Что? — удивилась Кайли.

— Они никогда не отправили бы ее сюда, будь они нелегалами, — сказала Холидей Бернету, и вопрос Кайли повис в воздухе.

У нее зажужжал телефон, но она сделала вид, что не слышит. Ей не хотелось пропускать ни одного слова из этого разговора.

— Или, может быть, именно поэтому она и здесь.

Неприятный взгляд Бернета снова обратился на Кайли.

— Вас отправили сюда намеренно, мисс Гейлен?

— Нет, и мои родители ничего плохого не делали, — стояла на своем Кайли.

— Если у вас со слухом все в порядке, то вы сами слышите, что она говорит правду, — поддержала ее Холидей.

Бернет кивнул:

— Да. Похоже, она ничего не знает. Но я хочу, чтобы меня постоянно держали в курсе того, что с ней происходит.

Лицо у Холидей посуровело.

— Не понимаю, зачем.

— И я тоже, — выпалила Кайли.

Ей очень не понравилось, что ее обсуждают так, будто ее здесь вовсе и нет. Бернет пропустил мимо ушей ее слова и ответил одной Холидей.

— Вы будете подчиняться моим указаниям, мисс Брэндон, или, полагаю, мой босс найдет более понятливую воспитательницу.

Впервые Холидей пошла на попятный, и Кайли поняла, что воспитательница дорожит своей работой больше, чем гордостью.

— Мне просто любопытно, почему вы так заинтересовались этой девушкой.

— Помимо контроля над данным проектом, в мои обязанности входит следить за всеми аномалиями. Мисс Гейлен соответствует статусу аномалии.

— Я аномалия? — недоверчиво переспросила Кайли.

— Ладно, я буду держать вас в курсе, — сказала Холидей.

На губах у Бернета заиграла самодовольная ухмылка, которая означала, что он победил.