Крепостная актриса для князя - Варвара Астахова

его не слышала до этого. Попыталась выглянуть из-за стола и увидела лишь спину говорящего, но мне этого было достаточно. Сводный брат Дарьи. У них оказывается любовь. Я поспешила вновь укрыться в своем убежище.

— Не смей, сколько раз тебе повторять, что ты сюда таскаешься, ни Дмитрий, ни его и не наши родители не позволят этому случиться. Не быть нам вместе. Здесь я навсегда останусь, забудь обо мне. Тебе получше жену подберут. Мы с матушкой не такого уж знатного роду, как Вы с батюшкой. Им еще их брак не простили, чтоб они на позор семье детей переженили.

— Мне жизни без тебя нет. Родители уедут, и я вернусь за тобой, сбежим. Я денег накопил хватит нам, а там смотришь и родители простят, слышишь. Если нужно я убью за тебя!

— Тише, Коля, нас могут услышать. Откуда там только нож этот взялся

— Не знаю!

Так вот значит чей это нож.

— Ты ради него ту девушку убила? — спросил Николай.

— Да не хотела я ее убивать, кровь девственницы мне нужна была. Опоила я ее, но видимо перестаралась. очнуться она там должна была без памяти и все. Ну полечила бы порезы, через неделю как новенькая была бы. Но вот нож, я сама видела, как его в той комнате под замком оставили.

Глава 37

— Видела и видела. Мало ли кто здесь шастает! Хватит об этом, поцелуй лучше меня!

— А вдруг это ты ее! — вскрикнула Дарья.

— С ума сошла, я скорее поверю, что это ты, ты с детства обожала издеваться над теми, кто слабее. Вон и служанку свою извела.

— Да, вот только ножичек то твой и рукоятка у него подписана твоим именем и убийство произошло, когда ты здесь был.

— Даша, не пугай меня, я все равно без тебя не уеду. Ну ты же не любишь его, — продолжал уговаривать ее Николай, — Бежим вместе, мы не крепостные уедем, хочешь заграницу. Я узнавал, доберемся до ближайшего порта, на корабль и куда глаза глядят. Денег хватит. Обвенчаемся, жить будем в согласии. А что тебя ждет здесь?

— Уважение, почет княжеской жены, гораздо больший капитал и спокойствие. Я не хочу бегать.

— Смирилась значит, — зло проговорил Дмитрий, — Ну ничего, посмотрим кого ты еще выберешь. А то Дмитрий твой на актрисульке этой женится и останешься ты ни с чем. Он вон как на нее смотрел, когда в коридоре встретил.

— Замолчи! — звук пощечины прокатился по кухне.

И быстрые шаги зазвучали по направлению к выходу, а следом и гулкие стук мужских сапог.

Ноги мои затекли, но я не спешила покидать укрытие. Меня все еще могли обнаружить. Убедившись, что никого нет, я попыталась встать, но получилось у меня это не сразу, ноги затекли от долгого пребывания в одном положении.

Кое-как поднявшись я поторопилась покинуть кухню и даже забыла о хлебе и зачем, я вообще приходила туда. Ведь теперь и Дмитрию грозила опасность. Если это Дарья убила Марию, то теперь она не перед чем не остановится. с головой видимо у нее не все ладно. А если Николай, то он в отместку может его убить. Что же мне делать и доказательств никаких. Значит и говорить об этом пока никому нельзя. Так-то они и на меня могут напасть. Но самый главный вопрос откуда у них вновь появился нож.

Я отчего-то была уверена, что это точно кто-то из них. Третьего не дано.

В комнате было прохладно и нестерпимо хотелось есть. Но я, пересилив себя разожгла печь и набросив шаль уселась в кресло. Заниматься ничем не хотелось. Завтра начнутся занятия, и я совершенно не знала, как обезопасить себя хотя бы на обратной дороге по заснеженному ночному саду.

Из угла выкатился домовой.

— Ну что ты внученька опять грустишь?

— Грущу, — улыбнулась я ему.

— И голодаешь, так нельзя, — пожурил он меня.

— Знаю, дедушка, но сил ни на что нет. Прося в горе вся. А я и выходить из комнаты не хочу. Вот так заперлась бы и сидела тут часами. не видеть бы никого.

— А ну прекращай, рано запирать еще себя. Ты вон в полном соку. Я смотри что тебе принес, — и он протянул мне яблоко и ломоть хлеба, а в другой руке словно по волшебству появился кувшин с молоком.

— Ох, дедушка, а ты как же? — спросила я, забирая у него дары.

— Не переживай, я уже отужинал. Там суета такая, никто и не обратил внимания. Князья по комнатам заперлись, даже ужинают в спальнях. А мне потом крошки эти убирай, ух, неблагодарные, — он погрозил кулаком в воздух.

Я, вновь устроившись на прежнем месте с удовольствием отпила молока и впилась зубами в свежую хлебную корочку. На душе сразу стало теплее. Старик, молча усевшись за стол подпер голову рукой и ласково смотрел на меня.

— Хорошая ты девка Аня, тебе бы царевной родиться или княжной, вот бы хозяйка справная была. Но ничего, может еще все наладится и одумается князь-то наш. Все будет хорошо. А ты переживай меньше. Прося пока в горе своем я за тобой присмотрю.

— Дедушка, а ты знаешь, кто Марию?

— Я ж с тобой здесь был, откуда мне знать. Но врагов она много себе нажила, на язык не сдержана была. Князя вздумала обвить вокруг пальца, и с отцом, и с сыном шашни крутила. Только вот никому не нужна была по-настоящему. Кто ж знает, кто ж знает. Но жаль ее, молода, своенравна. Только вот крепостной чтобы жить остаться тише воды ниже травы нужно было быть. Ужо сколько ее Прося учила, а все без толку. Вот и закончила она не хорошо.

— Дедушка, а правда, что ребеночка она под сердцем носила? — спросила я.

— Правда, от старшего князя понесла. Только выдать за ребенка Дмитрия хотела. Свои интриги плела. Но даже если бы он и согласился с ней. Отобрали бы дитя, а ее в деревню назад сослали. Да что уж теперь об этом. А ты и