Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король - Вероника Десмонд

этаж, я неожиданно встретила девушку в изящном длинном халате, исписанном цветами сакуры. Киллиан, кажется, упоминал ее имя… Ляосинь?

Ляосинь сразу заметила отметины у меня на шее и как-то странно улыбнулась. Как будто… понятливо? Мне стало не по себе.

— Здравствуйте. Вы ведь Ляосинь, верно? — спросила я, пытаясь избавиться от неловкости.

На лице у девушки почему-то мелькнуло замешательство, но она лишь сказала:

— Завтрак?

— Чуть позже, пожалуйста.

— Плохо говорить на Элеа*, — ломано произнесла она, продолжая улыбаться. — Завтрак?

А, вот в чем дело… Я отрицательно махнула головой.

— Я подожду господина Аспида.

— Аспида? Ждать демона?

Почему она называет его так?

— Да, — я кивнула.

— Демон добр с вами, — неожиданно сказала Ляосинь. Голос ее был печален и задумчив. — Демон обычно… — она будто пыталась вспомнить подходящее слово: — грубый.

— Не понимаю…

Я нахмурилась. В груди что-то болезненно кольнуло от неожиданной догадки. У Ляосинь были красивые темные волосы, переливающиеся на солнце сапфиром, удивительные миндалевидные карие глаза и мягкая улыбка.

— Это, — я вздрогнула от внезапного прикосновения. Ляосинь дотронулась пальцем до следов на моей шее, которые Киллиан оставил своими поцелуями. — Обычно много. Очень много. Демон грубый, — она грустно улыбнулась. — Но всем нравиться. Я скучать.

Сердце забилось, словно бешеное. Злость вместе с тревогой болезненно сконцентрировались в середине живота.

Конечно же я знала, что Киллиан вовсе не невинен. О кронпринце Себастьяне Кайдзене ходило немало слухов, и многие из них говорили, что у мужчины уйма любовниц. Фессалия Хэмилтон была тому примером. Но одно дело знать о слухах, и совсем другое видеть воочию его… Кто Ляосинь ему? Я сглотнула.

Я ревновала. Боже мой, я ревновала! Для меня все, что происходит в этих странных отношениях, — это впервые, и не удивительно, что я столкнулась с этим мерзким чувством. Здравый смысл просил успокоиться, задвинуть гадкую ревность подальше, в конце концов, я ничего не знала о его личной жизни после встречи со мной, но неожиданно возникшие вопросы все не давали покоя.

К примеру, как давно он с ней?..

От начавшейся истерии меня спас холодный голос, обратившийся к Ляосинь:

— Оставь нас.

Несколько минут мы молчали. В небольшом камине-печке потрескивал огонь, и от него летели искры; в окне серебрилась река, ее волны чувственно облизывали каменистый берег, заснеженный лес эхом повторял пение сверчков. Я по-детски предпочла смотреть куда угодно, но никак не на мага, который изящно уселся за обеденный стол, в знакомом жесте перекинув ногу на ногу.

— Ты поела? — прозвучал спокойный вопрос.

— Нет. Ждала вас.

— Ляосинь, — негромко позвал маг девушку, а когда та появилась в гостиной совмещенной с обеденной зоной, холодно велел: — Принеси, пожалуйста, два завтрака. Я буду сладкий кофе, а Ария — зеленый чай.

Внутри что-то на миг потеплело: меня знают, мои предпочтения помнят. Это неожиданно приятно.

— Как прикажете, господин, — девушка низко поклонилась, ее прекрасные иссиня-черные волосы волной рассыпались по плечам. Я невольно нахмурилась.

И сразу прилетает вопрос от Киллиана:

— Ты чем-то расстроена?

— Нет, — я отрицательно помотала головой, наконец, взглянув на мужчину.

Боже мой. Сегодня он был облачен в такие же белые, как его волосы, белоснежный китель и брюки. Под лучами утреннего солнца его идеальная кожа светилась, будто тот был падшим ангелом. Или безумно притягательным дьяволом…

Киллиан тяжело вздохнул — я не слышала этого, но видела, как поднимались и опускались его плечи. Как напряглись мышцы, когда маг принялся снимать часы с запястья, молча и без комментариев. Я не привыкла, что Киллиан мог умалчивать о чем-то, не договаривать, не высказывать претензии сразу в лоб без стеснений. В голове что-то щелкнуло, и я одарила мужчину внимательным взглядом.

Что-то не так. И вроде все как всегда, но я подсознательно чувствовала — нет. В спокойном взгляде и молчании скрывалась настоящая буря. Возможно, мне просто показалось, но неожиданный факт того, что я начала понимать Киллиана, вводил меня в ступор. Как бы подступиться? И стоит ли?..

Конечно, стоит. Это же он. Может, в будущем Киллиан и станет ужасным чудовищем, но этот пугающий мужчина с властью, которую трудно представить, стал мне дорог. Я опускаю взгляд на стол, пораженная еще одним открытием за сегодняшнее утро. Он мне дорог. Очень дорог. И я, кажется, совсем чуточку, совсем немного в него…

— Все в порядке? — спросила я робко, вглядываясь в чужое лицо.

— Да, вполне. Ты хорошо спала?

А ответ сухой, усталый, хоть губы и улыбнулись мне мягко — так нежно, как мог делать только он.

В горле что-то сжалось от волнения, и я не удержалась от внезапного порыва встать, подойти ближе. Киллиан если и был удивлен, то вида не подавал, лишь со стулом отодвинулся подальше, видимо, тоже намереваясь встать.

Ну, — подбодрила я себя, заливаясь краской. — Давай же.

Задержав дыхание, я неловко уселась мужчине на колени и крепко его обняла, заодно имея возможность спрятать лицо за его спиной. Киллиан на секунду замер, а потом его руки легли мне на талию, сжали.

— Что с тобой?

— Не знаю, — совершенно честно ответила я, вдыхая поглубже его запах. Сегодня от него пахло дождем. — Просто чувствую, что вас надо обнять.

Черт возьми, могла ли я сказать что-то еще более глупое? Но слова обратно забрать не получиться, поэтому я глубоко вздохнула и напряглась в ожидании ответа. Ладони Киллиана начали мягко гладить мою спину.

— Просто чувствуешь? — усмехнулись мне, и я облегченно выдохнула, заметив знакомое поведение. Ну, наконец-то.

— Да.

— Весьма содержательно.

— Вы из-за меня?.. — мой голос стал тише.

— Что из-за тебя?

Черт возьми, почему так неловко?

— Расстроены.

— И да, и нет.

— Вы лучше сразу все скажите, — я откинулась назад, обретя смелость заглянуть в светло-серые внимательные глаза, положила ладони на сильную грудь. Ладони тут же взяли в плен, одарили каждую из них поцелуем, дотронувшись губами до внутренней стороны. — Главное, не молчите. Мне ужасно не по себе.

— С чего ты взяла, что я хочу тебе что-то сказать?

— А вы не хотите?

— Хочу, — сказал он прямо. — Но ты пока не готова к этому разговору.

— А вы попробуйте, — попросила я.

— Попробовать? — Киллиан усмехнулся, абсолютно спокойно смахнул прядь волос с моих глаз, игриво поддел подбородок, взглядом выбивая из моей груди весь воздух. — Может, мне мало тебя? — сердце успело сделать пару кульбитов, меня нежно поцеловали в губы. — Может, после твоей вчерашней речи, я вплотную подобрался к тому, чтобы запереть тебя в собственном доме. Хочешь остаться здесь? Тебе здесь понравилось?

Я чувствовала, как колотится сердце от его красивых признаний. Смогу ли я когда-нибудь также? Признаться? Забыть про все, про