Однажды я стала женой проклятого герцога: Змеиный Король - Вероника Десмонд

— Чтобы убедиться, что я в порядке? Что я в безопасности?

— Да.

Я умолкла, а затем спросила, заранее боясь ответа:

— Но почему?

— Ты нужна мне. Больше, чем ты думаешь. Больше, чем ты можешь себе представить.

Он первый разорвал растущее между нами напряжение и отстранился.

— Идем, — Киллиан протянул мне руку. — Я покажу тебе источники.

* * *

Примечание:

Саундтрек: Ursine Vulpine, Annaca — Wicked Game

Глава 20 — Онсэн

Мужчина нахмурился, заметив мое мрачное настроение, которое я едва ли могла скрыть. Обуревающие меня волнения умудрились каким-то немыслимым образом перекрыть безграничную радость флера. А Киллиан все смотрел и смотрел, словно что-то решал для себя, не особо долго ломая голову. Если он принял решение, то оно окончательное. У него вообще все намного проще, чем у меня.

Только вот о чем он думал, так и осталось для меня загадкой, лишь взгляд, который долго сверлил мой стал легче. Мягче.

— Ты спрашивала, где мы? — Киллиан отстранился, потянул меня за руку на себя. — Мы в небольшой провинции Синча в Железных Холмах. Здесь водятся на редкость полезные онсэны. Тебя что-то беспокоит?

Руки мужчины безмятежно погладили плечи. Я растерянно огляделась вокруг, заметив массивные бамбуковые двери и, борясь с сильным головокружением, смущенно призналась:

— Да, беспокоит.

Но я не собиралась об этом говорить — не тогда, когда мои мозги едва-едва работали.

Киллиан ждал продолжения, его ладони перешли на мою спину, погладили между лопаток, словно пытаясь нащупать крылья, которых у меня не было.

— Так… тихо. Мы здесь одни?

— Кроме Ляосинь в доме никого нет, но она нас не потревожит. Ты забыла, что такая настоящая тишина, да? — Маг прижал меня ближе, положил свой подбородок на мою голову. Я не видела, что его руки пытаются сделать с моей спиной, но они явно что-то делали. — Прислушайся, Ария. Слышишь?

Я напряглась, глубоко вдыхая тяжелый аромат мужчины. Вероятно, голова могла кружится и из-за него — из-за Киллиана.

— Шум воды? — удивилась я, не зная, куда деть свои ладони, в итоге завела их за Киллиана и сцепила, крепко обняв. Мужчина на секунду замер, а потом поцеловал мои волосы.

— Синча расположена на водопадах. Они здесь повсюду. Почему у тебя такие мудреные завязки на платье?

Я остолбенела.

— Что?

Киллиан нежно провел ладонями по моим плечам, а платье вдруг тяжелой волной упало на пол. Оставшись лишь в одной сорочке, я дернулась, но маг перехватил мои руки и вернул их за свою спину.

— Не прячься, — шептал он не хуже демона-искусителя. Впрочем, им он и являлся. — Я хочу показать тебе источник, он согреет… И я согрею… Ты ведь не против, звездочка?

Я? Что-то внутри меня недовольно копошилось, язвило, дергалось, однако сейчас, в эту самую минуту, мне хотелось лишь одного — прижаться к Киллиану поближе и вдыхать, вдыхать, вдыхать его запах…

Не заметив моего сопротивления, мужчина наклонился к моему красному уху и прошептал:

— Ты лучше всех обнимаешься.

Киллиан аккуратно потянул меня за собой, мы прошли во внутренний двор, состоящий из деревянного пола и одного большого источника. Я ахнула от удивления. Так вот что такое онсэн! На улице стало еще холоднее под вечер, а от воды исходил приятный теплый пар. Внизу бурлила темная изумрудная река, шелестели ветви заснеженных елей, а чуть поодаль гремели водопады, завораживающие своей красотой.

— Нравится? — тихо спросил маг, обнимая со спины.

— Да, — выдохнула я завороженно. — Очень.

А потом испуганно вскрикнула, когда Киллиан без разрешения вновь взял меня на руки и осторожно опустил в горячую воду, которая оказалась просто кипящей и обжигающей для моей замерзшей кожи! Сознание опять куда-то поплыло, мной сразу заруководили инстинкты. Вцепившись в деревянный бортик, я уже хотела выползти обратно, но мне не позволили.

— Грейся, Ария, — негромко приказал Киллиан. — Как минимум час.

— Мне горячо! — выдохнула я возмущенно, кожа раскраснелась, а волосы растрепались. Изо рта при каждом выдохе выходил пар — все же зима на улице, а мне жарко. Безумно жарко!

— Опустись ниже, иначе онсэн не поможет.

— Нет!

Светло-серые глаза мага потемнели, заставив уличные бумажные фонарики на миг погаснуть. Я стояла у самого края — на носках, пытаясь как можно меньше соприкасаться с источником. Вода была примерно по талию, кожа горела, словно я плавала в самой настоящем жерле вулкана, а маг… а Киллиан выпрямился во весь рост и начал медленно расстегивать черную рубашку… одна пуговица, за другой, не спуская с меня темного взгляда, обжигающего не хуже онсэна.

По внутреннему двору прошелся зимний ветер, и рубашка распахнулась, приоткрывая красивую бледную кожу, литые сильные мышцы, рельефный пресс и небольшую белую дорожку волос, которая опускалась в… брюки. Я ненароком облизнулась, со спокойствием отметив возбужденное состояние Киллиана.

Ветер любезно принес его запах: дерево, мыло, снег… Закрыла глаза не в силах бороться с флером. Хочу коснуться. Хочу поцеловать.

И шепот, болезненный, хриплый… мой или его — разгадать трудно:

— Обними меня.

Мое разгоряченное лицо берут в холодные ладони, целуют лоб, щеки, ресницы…

— Открой глаза, Ария, — хрипит Киллиан.

Я слушаюсь. А в ответ болезненный стон и нежное прикосновение к моим губам, выбивающее из груди весь воздух. Меня аккуратно, но настойчиво толкают назад, подальше в воду, а когда ноги уже не достают до дна, спускаются ледяными ладонями по телу, берут за бедра, больно впиваясь пальцами, тут же извиняются за несдержанность, целуя уголки губ, и предлагают держаться за него.

В воде каждое движение дается в сто крат легче, я обнимаю мужчину ногами, уже задыхаясь от его настойчивых поцелуев, и с досадой замечаю: брюки не сняли.

Его рука скользнула по спине, по шее, задев шейные косточки, распустила волосы. И все прекратилось.

— Согрелась? — спокойно спросили меня.

Я тяжело дышала, пытаясь понять смысл его слов. А когда, наконец, поняла, вспыхнула разом и отстранилась, наперевшись спиной на каменное ложе на самом краю. Дом стоял на возвышении, а внизу текла бурная река с острыми камнями. Упадешь — так насмерть. Все как с этим мужчиной.

На лице Киллиана ни капли раскаянья или смятения, ничего, что отдаленно бы напоминало несдержанность, которую он проявлял какие-то жалкие секунды назад. Только синее пламя, хотя то лишь лазурный свет, исходящий от воды, а на губах улыбка — понимающая, знающая…

Внутри опять что-то больно забилось, но не настолько сильно, чтобы я смогла бороться с наваждением. Хочу быть обнятой и пригретой, хочу перестать ощущать это непонятное чувство смятения. Не побоялась потянуться сама вслед за Киллианом, а