Эйприлинн Пайк - Предначертание

«Как ему удается быть твердым и в то же время ласковым?» — восхищенно подумала Лорел.

— Это еще почему? — нахмурилась Юки.

Она толкнула руками воздух, и под ногами Джеймисона образовалась широкая расщелина, в которую едва не свалились увлеченные борьбой Тамани и Клеа.

Прежде чем ноги Джеймисона провалились даже на дюйм, стебли травы с тихим свистом сплелись в сверхпрочный мост над свежей ямой. Голос старого фея даже не дрогнул:

— Не бывает единственного предназначения, особенно если не выбрал его добровольно. Кто ты, Юки?

Юки покосилась на Клеа, но та снова подбиралась к Тамани.

— Юки…

Кинжал Клеа коснулся горла Тамани, прерывая его на полуслове.

— Ты должен был умереть в тот самый миг, когда попался на глаза моей Зимней, — прошипела Клеа.

— Я думал, у нас с ней есть шанс. — Тамани наконец оттолкнул клинок и поднял копье.

— Неудачный выбор. Тебе повезло. — Кинжал Клеа снова и снова врезался в копье, и Лорел осенило: бывшая охотница за троллями не пытается убить Тамани — она хочет обойти его и напасть на Джеймисона. Внезапно, словно пробудившись от сна, телохранители отвернулись от Дэвида и Лорел и бросились на помощь своей повелительнице.

— Дэвид, останови их! — воскликнула Лорел.

— Я же не могу их ранить.

— Думаю, они не знают, — шепнула она. В телохранителях было что-то странное, но она не могла понять, что именно.

Дэвид шагнул им навстречу, угрожающе занося меч. Свита замешкалась. Лорел вновь прислушалась к разговору Джеймисона и Юки.

— Не делай вид, что беспокоишься обо мне, деспот, — фыркнула Юки, поднимая руку над головой и описывая ею круг в воздухе. — Ты притворялся, что заботишься о Клеа, и я знаю, чем это кончилось. — Она ткнула пальцем в его сторону, и прямо на Джеймисона полетело что-то темное и бесформенное.

— Знаешь? — Джеймисон рассеянно отмахнулся, словно отгонял муху, и сотня острых, как иглы, щепок, не причинив ему вреда, осыпалась у ног — Интересно, что же сказала тебе Каллиста.

— Заткнись, старик! — завопила Клеа.

Тамани взревел: она ударила его по щеке тыльной стороной ладони, и утренняя рана снова открылась. Он с силой опустил копье на сломанное запястье Клеа, и та взвизгнула от боли.

— Она больше не Каллиста, — ровным голосом сказала Юки, даже не обернувшись на крики и буравя взглядом Джеймисона.

Пока Дэвид как мог задерживал телохранителей, Лорел задумалась, не подобраться ли к Юки со спины. Она взглянула на Джеймисона; старый фей чуть заметно покачал головой.

— Для меня она всегда останется Каллистой. И знаешь, почему?

Юки медлила, но Джеймисон не ждал ответа:

— Потому что Каллиста была благородной, полной надежд и мечтаний, и самое главное — чрезвычайно одаренной. И я хочу помнить ее такой — а не тем существом, в которое она превратилась.

— Вы сами создали это существо. А это существо создало меня. — Дерево у дороги — к счастью, не то, за которым пряталась Челси — с оглушительным треском сложилось вдвое и неестественно быстро начало падать на Джеймисона.

— Спасибо, милая, — вздохнул Джеймисон. Дерево пролетело над его головой. — Я давно хотел присесть. — Толстый ствол упал на разбитую дорогу и подкатился к ногам Джеймисона. Старый фей, кряхтя, уселся на него. — Признаюсь, Лорел и Розлин удалось приготовить всего каплю зелья. Я в сознании, но лишь частично.

С перекошенным от злости лицом Юки широко раскинула руки и резко свела их вместе. Лорел пришлось схватиться за дерево, чтобы устоять против смерча, который пронесся между двумя Зимними, с корнем выдирая растения.

Тамани и Клеа ветром швырнуло на землю; Тамани снова выронил копье, и теперь они боролись врукопашную. Впрочем, трудно было сказать, дерутся они или пытаются удержаться друг за друга в урагане. Дэвид остался на ногах; листья и щепки от него отскакивали. Бестолковые телохранители Клеа разбежались в разные стороны. Ему пришлось несколько раз взмахнуть мечом, чтобы согнать их вместе.

Смерч утих так же внезапно, как и начался, не задев Зимних фей. С приглушенным воплем Юки взмахнула руками, и из земли вновь с треском выскочили корни, окружая Джеймисона. Старик остановил их одним суровым взглядом.

— Я хотел, чтобы Каллиста осталась — чтобы ее пылкий ум служил благу Авалона.

— Благу Авалона? Вы бы сделали из нее безвольную марионетку!

— Вместо этого она сделала марионеткой тебя.

Некоторое время Юки ловила ртом воздух, не в силах говорить.

— Я не марионетка! — Ее голос чуть заметно дрогнул.

— Разве? — спросил Джеймисон. — Тогда прекрати это. Прекрати бессмысленную борьбу. Подойди к Тамани и скажи, что любишь его. В конце концов, разве не это твое истинное желание?

Тамани удивленно поднял голову, и Клеа, улучив момент, заломила ему раненую руку за спину. Вскрикнув от боли, он ударил ее ногами, и они растянулись на земле.

У Юки в глазах стояли слезы; подбородок дрожал.

— Настоящий герой жертвует собой ради других.

— Настоящий герой знает, что любовь сильнее ненависти. — Она покачала головой. — Я люблю Клеа — она моя мать.

— Неправда, ты ее боишься, — возразил Джеймисон. — И она тебе не мать.

— Она создала меня.

— Этого мало. Мать Лорел не родила ее — но она ее любит.

Лорел невольно испытала гордость за родителей.

— Разве Клеа тебя любит? — еле слышно спросил Джеймисон.

— Юки! — в отчаянии крикнула Клеа.

Тамани закрыл ей рот ладонью — и тут же поморщился от укуса.

— Конечно, — дрожащим голосом ответила Юки.

— Если ты прямо сейчас все бросишь и перестанешь помогать Клеа, она по-прежнему будет любить тебя?

Вместо ответа Юки выбросила руки вперед, словно толкала невидимую преграду, и земля вздыбилась, надвигаясь на Джеймисона.

Джеймисон устало, но грозно взглянул на черную волну и слабым движением руки утихомирил ее.

Горестный вопль Юки пронзил сумеречный воздух. По земле пошла рябь, и волна медленно поднялась снова.

Затем поползла быстрее.

И наконец накатила, как океанский прибой, врезаясь в дерево, на котором сидел Джеймисон. Лорел в ужасе ахнула.

Волна разделилась, огибая бревно, и прокатилась дальше. Джеймисон остался на обломке бревна, тяжело дыша.

— Я подвел Каллисту, но не так, как она думает.

— А как? — спросила Юки. — Ты солгал ей, втерся к ней в доверие и обещал защитить. Но ты этого не сделал. Ты предал ее и проголосовал за ее изгнание.

Клеа подняла голову и застыла, прекратив дергаться в стальной хватке Тамани.

Лорел затаила дыхание, ожидая ответа.