Кома - Маргарита Малинина

что тут может… появиться вопрос, когда вдруг она вернется. Но, поверьте, это не будет никогда. Потому что прошло десять лет. Дом перейти в собственность района, а оттуда — в собственность Йохана. А теперь в вас.

— В вашу, — машинально поправила я и оглядела просторное помещение с тяжким вздохом. Не хватало еще, чтобы дух пропавшей при загадочных обстоятельствах старушки мешал мне спокойно тут обитать, наведываясь по ночам стонами, скрипами или вовсе белым прозрачным облаком. В то же время я всегда смогу уехать в свою квартиру…

— Ну как?

— По рукам!

— Что?

— Значит, да.

— Хорошо. Вот ключи. Вот документы. Вот телефон людей, с которыми заключали сделку, если что.

В бумажке значились русские имена.

— Отлично! — обрадовалась я и попросила отвезти меня домой. Я пока не готова здесь жить.

Суббота, 29 сентября, жизнь № 2

Весь день я занималась тем, что составляла список вещей, которые мне нужно увезти с собой в Зрячее, и собирала их в чемодан. Сегодня я, конечно, уехать не могла: не та жизнь. Но завтра попробую побыть там денек-другой (надеюсь, что чемодан перейдет в другую жизнь вместе со мной). Авось ничего, и призраки в придачу к замку мне не достались. А даже если и достались — продам его ко всем чертям, вот и все. Все равно выгода.

Опять ты про выгоду думаешь, осекла я сама себя. Неужели можно считать, что какие-то стены дороже того, что меня использовали, да еще и радоваться этому?!

Испугавшись своих мыслей, я охнула, присела, затем вскочила и побежала на кухню за водой. Я решительно меняюсь! И мне это не совсем нравится. Раньше я бы смеялась над этими монашескими мыслями, выскажи их кто-нибудь другой. Но теперь этим другим человеком была я.

Вечером, когда я уже собиралась принять душ и лечь спать, раздался звонок. Оказалось, что на сотовый мне звонил оперативник, который получил номер телефона из моего заявления. Говорил он тихо и будто чего-то опасаясь.

— Ксения Михайловна?

— Да, я.

— Вас беспокоит оперуполномоченный капитан Сержаков. Помните, вы писали заявление о нападении…

— Да-да, конечно! — обрадовалась я. Боже, неужели они зачесались-таки? Зря, стало быть, люди грешат на родную милицию. То есть полицию.

— Не хочу вас расстраивать, но ваше заявление вчера отправилось в урну.

— Что-о?

— Увы, нынешнее начальство отделения коррумпировано. Им поступил звонок, и дело ваше прикрыли мгновенно. Но я хочу вам помочь.

— Отчего же? — уже суровее спросила я.

— Вы зря насторожились. Нас тут осталась пара ребят, которые не хотят мириться с нынешним положением вещей. Но мы пока ничего не можем доказать, понимаете? Банда, с которой вы связались, не так уж велика. Центральное отделение сотрет их в порошок. Вместе с нашими начальниками. Они полетят, а мне дадут майора.

— Хороший план, — кивнула я. — И как вы собираетесь мне помочь?

— Уже помог. Я раздобыл доказательства.

— Мне приехать в отделение?

— Нет, что вы! Пока будем держать это в тайне. Вы не могли бы подъехать к моему дому через полчаса? — Он назвал адрес. — Дом находится во дворе. Я выйду из подъезда, поговорим на детской площадке. Знаете, мне тоже есть что терять, поэтому я позвонил вам так поздно. Не хочу, чтобы нас видели.

— Конечно, я понимаю. Одеваюсь.

Ничего, похожего на предчувствие, у меня не было. Только легкое недоумение — ну и камикадзе мне попался! Капитан, грезящий стать майором и сместить местное начальство. Восстановить справедливость! Неужели такие еще остались? Да, к тому же он сказал «нас несколько», как-то так. Значит, действительно порядочные менты есть на свете, что бы ни утверждали люди, СМИ, литературные произведения…

Я позвонила в службу такси, назвала адрес и в назначенное время уже выходила из машины на слабо освещенную дорогу. Названная улица находилась на окраине города, потому здесь было безлюдно и очень грязно. Дома старые, четырехэтажные, давно не крашеные. Вот дом тридцать один, значит, тридцать один «а» должен находиться где-то за ним. Я, конечно, могла на такси въехать во двор, но Сержаков ясно предупредил, что не хочет, чтобы нас видели, а въезжающая машина яркого желтого цвета в столь поздний час могла привлечь любопытных старушек, выглядывающих из окна, или тех же собачников. С такими мыслями за дом под номером тридцать один заворачивала я одна. Каково же было мое удивление, когда вместо ожидаемых собачников и детской площадки кругом нарисовались гаражи. Ну ладно, подумалось мне, сначала идут гаражи, а за ними уже будет нужный дом. И пошла прямо.

Только когда я услышала позади торопливые шаги и, как показалось, не одного человека, начала реально бояться. Звонок неизвестного мента ближе к ночи с предложением передачи важных документов сейчас показался мне смешным и выдуманным за каких-нибудь двадцать секунд поводом выманить меня из дома в темное, безлюдное место. Тем хуже переваривалась мысль, что я на это так легко попалась. Но было уже поздно рассуждать…

Не оборачиваясь, я резко побежала вперед. Сзади шаги тоже заметно убыстрились. Вот это уже было реальным доказательством того, что шагали именно за мной. Когда впереди среди сумрака замаячил тупик, я метнулась в один из рядов гаражей. Человек бежал за мной, потихоньку догоняя.

Человек? Их же было как минимум два!

Решение данной задачки открылось через полминуты: второй, что был, очевидно, похитрее первого, обогнул этот ряд с другой стороны и выбежал мне навстречу. Поскольку стена уже кончалась, когда он показался, я не успела среагировать, и влетела прямо в него. В темноте невозможно было разглядеть лица. Но это был явно мужчина, одетый во все черное или темно-серое. Разумеется, он меня схватил, а подбежавший сзади залепил мне приготовленным пластырем рот, чтобы не орала. Тогда я начала брыкаться, но нападавшие и на это дали свой ответ: взяли откуда-то веревку (в темноте, да еще и в таком испуганно-негодующем состоянии не разглядишь — то ли достали из-за пазухи, то ли так и бежали с ней наготове) и связали меня по рукам и ногам. Затем один взялся за плечи, а другой за ноги, так меня и несли до машины, которая была брошена здесь неподалеку, сразу за гаражами. Я, конечно, сопротивлялась как могла, возможно ввиду этого, а может, просто по случайности, меня приложили головой о дверцу, когда запихивали в автомобиль. Оба похитителя устроились впереди, когда определили меня на пол между передним и задним сидениями, но, как только я предприняла аккуратную попытку достать связанными ногами до ручки двери, чтобы незаметно вывалиться, сосед водителя тут же просунул