Кома - Маргарита Малинина

без Игоря. И что вся эта мишура, которую я полжизни считала ценной, как то: деньги, недвижимость, карьерный рост, принцы, делающие мне предложение руки и сердца, статус, роскошь — это все и на фиг не нужно, когда нет твоего единственного, твоей второй половинки. А вторая жизнь, продемонстрировав, как мне дорог Игорь (ведь я в итоге выбрала ее, плохую, только потому, что в ней он был жив), показала, как нужно действовать, чтобы не допустить того, что случилось в жизни первой. Спасать! Я ведь всю вторую жизнь только и делала, что спасала. То я ему названивала и караулила возле дома, пытаясь спасти наши отношения, то я сталкивалась с преступниками, убивала, воровала, убегала, чтобы спасти в итоге его жизнь.

Так чем были мои две жизни? Обычным сном, включающим и кошмары, и приключения, или… предвестником беды?

Я вскочила на ноги.

Игорь! Встреча!

Я подбежала к окну и выглянула. Он как раз садился в фургон.

Только бы успеть! Только бы успеть! Я не могу потерять его снова! Ведь в этот раз все будет по-настоящему.

Я рванула на себя раму, да так, что стекло затрещало и сломались два ногтя. Впрочем, о них я думала в последнюю очередь.

— Игорь! — выкрикнула я в распахнутое окно.

Он не слышал! Утро, шум, третий этаж. Он уже завел мотор.

Слезы начали душить, я понимала, что не успею, но тут глаза наткнулись на горшок, стоящий на подоконнике. Мгновением позже он уже летел из окна и приземлился аккурат на крышу автомобиля.

Игорь вышел из машины и посмотрел сперва на горшок, затем наверх.

— Не уезжай на встречу! — взмолилась я.

Он от возмущения стукнул себя руками по бедрам и, задирая голову, прокричал:

— Ты готова на все, лишь бы у меня ничего не получилось и, соответственно, оставалось больше времени на тебя и твои капризы! Надо же, мне показалось, что ты изменилась! Как я мог так ошибиться! Люди не меняются!

Он махнул рукой и скинул горшок с крыши. Я поняла, что он уедет. Что же делать?

Я высунулась из окна уже по пояс.

— Игорь, называй меня эгоисткой, ненавидь меня, презирай и никогда больше со мной не разговаривай! Все что угодно, только не поезжай на эту встречу!

— Я не понял, что не так с этой встречей?

— Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось!

Я свешивалась из окна третьего этажа городской клинической больницы в нелепой ситцевой ночнушке в пол бабушкиного фасона и кричала при всех, что люблю его, что всегда была капризной эгоисткой, стервой, не ценила своего счастья, использовала его, а он этого не заслуживал и все терпел. Мне было плевать, что возле окон собрался весь народ, что только присутствовал в больнице, включая персонал, и все, затаив дыхание, наблюдали бесплатный спектакль, обнажая гнилые ухмылочки. Я кричала и кричала, вспоминала даже какие-то случаи из жизни, где была не права, и цитировала Священное Писание, а Игорь стоял и внимательно слушал. Наконец, когда я стала истерически рыдать и уже не могла вымолвить ни одного приличного слова, он поднялся ко мне.

— С чего ты взяла, что со мной что-нибудь случится? — дав мне выплакаться и попить воды, спросил озадаченно.

— Просто поверь мне… Правда один раз я уже пыталась тебе объяснить, но ты не поверил. Пойми, я видела, как ты умер. Я была на твоих похоронах. Ты ехал на эту встречу, жутко опаздывал и разбился.

Он помолчал, затем выдал:

— Здорово же тебя током стукнуло. Ты что, ясновидящей стала?

— Возможно.

Игорь повздыхал несколько раз, походил туда-сюда, сел на мою кровать, затем поднялся и изрек:

— Ну хорошо. Я позвоню, скажу, что не смогу сегодня, и попытаюсь перенести на другой день, хотя такие люди этого не любят, и мне могут отказать.

— Все будет хорошо, поверь мне. Скажи, что твою девушку с другого света вытащили. Он поймет, он же человек.

— Ладно, тогда я договорюсь о новой встрече и выеду заблаговременно, чтобы ехать медленно и соблюдать все правила. Пойдет?

— Нет, — улыбаясь, покачала я головой.

— Нет?

— Нет. Не ты поедешь, а мы поедем! Вместе!

Тут уже заулыбался Радин. Подошел и обнял меня.

— Ты серьезно хочешь со мной поехать к продюсеру?

— Да. Для тебя это так важно, а я никогда не участвовала в твоей музыкальной жизни, за что мне сейчас очень стыдно. Я только критиковала и никогда в тебя не верила. Ты простишь меня?

— Я всегда тебя прощаю. Не могу не простить.

— Но теперь-то я верю в тебя и знаю, что у тебя все получится.

— Нет.

— Нет?

— Не у меня все получится. У нас все получится!

2010–2012