Самый эльфийский поцелуй (СИ) - Серганова Татьяна

— Вы говорите так, словно я запрещаю вам присутствовать, — вдруг заявил Эшфорт.

— А вы не запрещаете? — на всякий случай уточнила я, сбитая с толку.

Я ведь же приготовилась к новому витку рассуждений, а тут… не по плану.

— Нет. Но раньше вас не интересовали подобные мелочи.

— Неправда. Зелья и травы меня интересовали всегда.

— Но не физическая работа.

Я фыркнула.

— Какая физическая работа, не смешите. Ремонт будут делать другие, мебель таскать тоже. От меня требуется совсем немного.

— Всё равно удивительное рвение для уважаемой алари.

— Интересно, а как, по-вашему, собираются травки? Сами в корзину запрыгивают?

— Обычно вы их покупали, — заметил Эшфорт, склонив голову на бок и внимательно меня рассматривая.

«Эм… Поймал».

— Но раньше собирала сама, — возразила я.

— Раньше и деревья были меньше.

— Ох, давайте не будем снова заводить разговор о прошлом. У вас всё? Или хотите еще что-то сообщить?

— Зачем вы заходили к Нэнне?

«Узнал-таки!»

— Поговорить.

— Я же запретил.

— Всё вышло совершенно случайно. Я возвращалась к себе, когда наткнулась на свою бывшую служанку. Мы немного поговорили и всё.

— И о чём же вы разговаривали? — продолжал допытываться Эшфорт.

— Ничего серьёзного. Я лишь отказалась от её услуг, пообещав хорошие рекомендации и отличное выходное пособие.

— Подкупаете, — тут же заявил мужчина.

Я уже не смогла сдержать обреченного стона.

— А вы можете перестать видеть в моих словах злой умысел?

— Нет, — спокойно отозвался Синеглазка.

— Почему?

— Потому что алари Орэйо всегда и во всем ищет выгоду.

— Прежняя — да, но не я.

Тёмные брови приподнялись.

— Не вы?

— Новая я, — поспешно поправилась я, мысленно ругая себя за длинный язык. В сотый раз, наверное. — Ни раз уже говорила об этом, а вы всё забываете.

— Просто не верю в новую Катриэль Орэйо.

— Что ж, у вас будет время, чтобы убедиться в этом. Во сколько начнётся уборка?

— Она уже началась.

— Что? Без меня? — выдохнула я, готовая хоть сейчас броситься на защиту тайн Катриэль, которые теперь стали моими.

— Успокойтесь. Сейчас профессор Куинс устраняет последствия магического дыма, проводит очистку от последствий, проверяя помещения на безопасность. Основная работа начнётся завтра в десять утра.

— Отлично. Я буду.

— А оценки и зачеты?

— Передайте ректору, что я всё выставлю в ближайшие дни.

— Хорошо. Не смею вас больше задерживать, — произнёс декан и ушел.

Пожав плечами, я закрыла за собой дверь и улыбнулась.

«А жизнь-то налаживается!»

Глава двадцатая

Вторая ночь и новая порция снов.

Правда в этот раз они не имели никакого отношения к прошлому Катриэль. Скорее, их можно было охарактеризовать как результат бреда настоящего.

Я бродила по пустынным коридорам академии, которые были заполнены непроглядным черным дымом и периодически на кого-то натыкалась.

Ерунда полнейшая, потому что ответов получить не удалось, а страха натерпелась. Это как прогуливаться с зомби. Они не кричат, не нападают, а жуть берет.

Проснулась я задолго до рассвета. Некоторое время лежала, обнимая подушку и раздумывая, как бы провести этот день, чтобы не умереть раньше времени и не выдать себя.

Ситуация сложная, но я справлюсь.

Прожила как-то два дня, выдержу и третий.

А дальше всё по списку: душ, завтрак, переодевание.

С последним пунктом вышли небольшие затруднения. Для участия в ремонте и уборке кабинетов мне требовалась старая одежда. Ну, то есть та, которую не жалко испачкать или испортить.

У Катриэль такого не было.

А идти в кружевах, бархате и камнях было как-то глупо.

— Люля, может там есть что поскромнее, — изучая темно-синее бархатное платье с узорчатой вышивкой, которая очень сильно напоминала узор инея на окне.

— Нету, всё просмотрела, — буркнула домовушка, на секунду выглянув из гардеробной. — Говорю же вам, нечего ручки пачкать и лезть туда. И без вас справятся.

— Нисколько не сомневаюсь, что справятся, но присутствовать я должна.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Зачем?

Голос Люли из гардеробной казался приглушенным и едва слышным.

— Надо.

Не могла же я сказать, что собираюсь не только наводить порядок, но и искать алмазы, которые могут отправить меня в тюрьму.

— Жалко, такие вещи хорошие, — вынося из гардеробной очередное творение портных, вздохнула она.

На этот раз это был изумрудный наряд с россыпью мелких драгоценных камней на лифе, с полупрозрачными рукавами и высоким воротом.

— А эта гадость такая вредная. Мне до сих пор не удалось полностью отстирать ваш вчерашний костюм. Как вам это платье?

— Не то, — мрачно ответила я. — Неужели больше ничего нет?

— Из ваших старых нарядов — нет.

«А новые брать меня жаба душила. И пусть они были намного дешевле и не такие яркие, шикарные, но удобные! Одни штаны я так долго искала.

Штаны! Ну точно же! Как я могла про них забыть!»

— Люля, вчера все вещи привезли из магазинов? — быстро спросила я.

— Все. Я привела порядок, отгладила и разложила по полкам, — поправляя воротник на зеленом платье, кивнула она.

— А штаны там были?

Лицо домовушки пошло пятнами, а губы скривились.

— Непотребство-то это! Как же, были. Я в самый дальний угол положила. Пошутила над вами модистка, такую гадость всучить.

— Это была не модистка. И они мне нужны. Неси сюда!

— Их?

Она схватилась за сердце, глядя на меня со священным ужасом.

— Их, — подтвердила я. — И рубашка нужна. Ну или туника.

Но Люля не спешила исполнять моё распоряжение.

— Это же штаны!

— Знаю.

— Вам же нельзя их носить.

— Мне всё можно, — уверенно произнесла я.

— Но это неприлично!

— Зато удобно. Люля, давай уже, а то я опоздаю.

Домовушка нехотя подчинилась и с непередаваемой миной на лице принесла мне брюки.

Обычные такие штаны, темно-синего, почти черного цвета, широкие, на завязочках, которые не давали им свалиться с бедер.

Я тут же померила их и принялась изучать себя в зеркале.

Попу они мне обтянули очень даже хорошо.

Всё-таки у Катриэль фигура отличная.

— Срам, — мрачно констатировала Люля, наблюдая за мной. — Может, вы вчера дымом надышались?

Обижаться я на неё не собиралась. Мир и нравы такие. Но это не значит, что я собиралась точно следовать этим правилам.

— Штаны я купила до дыма, — произнесла в ответ и снова покрутилась. — Сюда нужна туника.

Попа хоть и красивая, но прикрыть её придется. Нечего доводить преподавателей и студентов до нервного срыва.

— Говорили уже. Какая туника нужна.

— Темно-синяя или черная. Что-то темное, чтобы было не так жалко испачкать, — пояснила я.

— Всё жалко.

Продолжая ворчать, домовушка принесла мне на выбор аж три туники. Первая черная с вышивкой-звёздами по воротнику. Вторая ярко-синяя, почти васильковая с узкими манжетами и пышными рукавами. А третья, на которой я и остановила свой выбор, была тёмно-фиолетовая с металлическим блеском.

Подпоясав её широким ремнем, я велела Люле собрать волосы в косы и заколоть на макушке, чем вызвала у неё еще один приступ ужаса.

— Волосы? Собрать?!

На этот раз она побледнела.

— Волосы, волосы, — тяжело вздохнув, кивнула я и села перед зеркалом на низкий пуфик.

— Но как же…

— Собрать и под косынку спрятать.

— Косынку? Но у вас нет косынки!

Я с надеждой взглянула на её отражение в зеркале, ловя взгляд.

— А у тебя нету? Хоть какой-нибудь. А то жалко будет волосы испортить сажей. Если с одежды она так тяжело смывается, то что будет с волосами? И стану я брюнеткой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Люля поджала губы, но кивнула.

— Хорошо.

Через десять минут я, довольно улыбаясь, вновь изучала себя в зеркале.