Самый эльфийский поцелуй (СИ) - Серганова Татьяна

Глава девятнадцатая

Я просидела у постели Тамиллы до самого обеда.

Даже под действием сонного зелья и слоновой дозы успокоительных трав, девушка отказывалась отпускать мою руку.

Конечным итогом стала затекшая спина, онемевшая рука и сводящий от голода желудок.

— Может хватит изображать из себя мученицу?

В палате было тихо, поэтому шипение Дейры, застывшей в дверном проеме, показалось очень громким.

Тамилла завозилась, вздохнула, но не проснулась.

Мне жаль было девушку, но терпеть очередную порцию слез было выше моих сил.

Я осторожно высвободила руку из её захвата и медленно поднялась, распрямляя затекшую спину.

— Хочешь поговорить — давай выйдем. Не стоит будить Тамиллу, она только успокоилась.

Губы Мальвины скривились, а глаза вспыхнули от нескрываемой ненависти, но спорить она не стала. Чуть посторонилась, пропуская меня вперед.

Я бросила последний взгляд в сторону спящей девушки и ушла, прикрыв за собой дверь.

— Можешь начинать, — милостиво разрешила я, разминая онемевшие пальцы.

— Я знаю, чего ты добиваешься! — выпалила русалка.

— Неужели? — усмехнулась в ответ.

«Интересно-то как. Я сама не знала, чего добивалась, сидя здесь несколько часов, а эта Мальвина уверена, что всё поняла».

— Ты его не получишь!

«Его.

Так и знала, что между нами встал мужчина.

Только из-за любви одна женщина может так сильно ненавидеть другую».

Дейра не произнесла имени, но перед глазами тут же возник образ Эшфорта. Таким, каким я видела его этим утром: с бешеным блеском в глазах и растрепанными волосами.

Мысль о том, что у него роман с этой русалкой, вызвал странную ноющую боль в груди, за которую я тут же мысленно отругала себя.

— Совершенно не понимаю, о чем ты.

Но Дейра не собиралась успокаиваться.

Подавшись вперед, русалка схватила меня за руку, впиваясь ногтями в ткань пиджака, и чуть пододвинулась, глядя прямо в глаза.

— Я уже предупреждала тебя однажды, но готова повторить еще раз — ОН мой! И только мой! Не знаю, что было между вами в прошлом, но всё закончилось! ОН любит меня!

«А что было между мной и Эшфортом в прошлом? Интересно-то как. Может, причина взаимной ненависти в разбитых сердцах?»

— Если ОН, как ты говоришь, любит тебя, то зачем эти угрозы? — усмехнулась я и отцепила её пальцы от своей руки. — Расслабься, Дейра, никто не охотится за твоим добром.

Но успокаиваться девушка не спешила.

— Ты уже однажды чуть не сломала его. Решила добить? Когда он наконец начал новую жизнь?

— С тобой? — вырвалось у меня. — Не так ли?

— А если так.

Мальвина вздернула подбородок, продолжая прожигать меня ненавидящим взглядом.

Они отлично смотрелись бы вместе.

Высокий, мускулистый и плечистый Эшфорт с черными волосами и пронзительно-синими глазами и хрупкая Мальвина с голубыми волосами.

От этой мысли стало еще противнее.

— Совет да любовь, — огрызнулась я. — А теперь, если ты закончила угрожать, то я, пожалуй, пойду.

— Я еще не начинала угрожать, Орэйо! Поверь мне, я могу превратить твою жизнь в кошмар!

Это уже начало бесить.

— Да неужели?

Теперь пришла моя очередь наступать, что я и сделала, шагнув вперед с кривой улыбкой на губах.

— Так что же ты не превращаешь? Вот только не надо мне говорить, что из-за жалости. Мы оба знаем, что будь у тебя способ, ты давно бы выгнала меня из академии. Но ты не можешь. Единственное, на что ты способна, Дейра, это подкарауливать меня в углу и угрожать.

— Ты, — попыталась возразить Мальвина, но я не позволила.

— Я не закончила.

Еще один шаг вперед. Теперь нас разделял лишь десяток сантиметров.

— Мой тебе совет: завязывай. Этими угрозами ты ничего не добьешься. Так что не стоит тратить своё и моё время.

— Обойдусь без твоих советов, Орэйо! — процедила та, отступая.

— Вот и отлично. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Я развернулась и направилась к выходу.

— Он никогда тебя не простит, — бросила мне в спину Дейра.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мне на это ответить было нечем.

Завернув за угол, я тяжело вздохнула и внезапно краем глаза заметила какое-то смазанное движение.

Повернув голову, успела отследить дверь, которая закрылась с легким хлопком.

Интересно.

Кажется, я знала, кто скрывался за ней.

«Как удачно я оказалась в лазарете!»

Осмотревшись и убедившись, что никого нет, я быстро поспешила к нужной двери и рывком её открыла.

— Алари, — прошептала, побледнев девушка.

— Ну, здравствуй, Нэнна, — произнесла я, закрывая за собой дверь. — Поговорим?

Моя бывшая служанка попятилась и врезалась в тумбочку, едва не свалив графин с водой, который на ней стоял.

— Алари… я… то есть вы… здесь…

— Не бойся, убивать не буду.

Шутка вышла совершенно не смешной, потому что девица из бледной стала зеленой.

Еще немного и в обморок грохнется.

— Эй! — произнесла я, слегка повысив голос и добавив в него командные нотки. — Ну-ка сядь.

Надо отдать должное, Нэнна сразу же подчинилась.

Я быстро налила воды в стакан и чуть ли не насильно впихнула его ей в руки.

— Пей.

Девушка сделала глоток и беспомощно на меня уставилась.

Ну хоть цвет лица стал приближаться к нормальному. Не идеально, но на покойника служанка уже не походила.

Я села на стул и закинула ногу на ногу.

— Как самочувствие?

— Спасибо, алари, хорошо, — проблеяла та, продолжая сжимать стакан двумя руками и вжав голову в плечи, словно я собиралась её бить.

— Значит, конфеты ты не выкинула.

— Я… я не знала, алари, честное слово, не знала.

— Но вместо того, чтобы сказать мне правду, ты побежала в лазарет, — продолжила я, красноречиво на неё глянув.

Нэнна понуро кивнула.

— Ясно. Ну и? Как давно ты воруешь мои вещи?

— Неправда. Я не воровка, алари! — девушка вскинула голову и тут же снова сжалась, наткнувшись на мой взгляд.

— Правда? — криво усмехнулась я.

— Вы все равно все подарки выкидывали. Не пропадать же добру.

«Логично».

— А моя одежда? Украшения?

— Я не крала.

— Но мерила, надевала, крутилась перед зеркалом, пока меня не было.

Каждое мое слово было для неё словно удар. Нэнна вздрагивала и сильнее сжималась. Но я только начала.

— А, может, тебе надоело тайком наряжаться, и ты захотела после моей кончины забрать все себе?

— Я не подливала яд! Клянусь, алари, это не я! — вскрикнула Нэнна и вдруг бухнулась на колени.

— Эй-эй! Только этого не хватало! Встань сейчас же!

Девушка снова послушалась и застыла, опустив голову и разглядывая свои босые ноги.

— Допустим, я тебе верю и конфеты ты не травила, — продолжила я.

«Было бы крайне глупо добавлять яд в сладости, а потом самой же их и есть!»

— Ты знаешь, кто это был? Кто прислал конфеты?

— Там же была записка, — помявшись, ответила она.

— Но без подписи, — напомнила ей.

Меня не отпускало чувство, что Нэнна что-то знала либо догадывалась.

Осталось только выяснить, что именно.

— Кто, Нэнна? Говори же! — продолжала нажимать я, пристально изучая служанку.

— Я могу лишь предположить…

— Ну!

— Киной Мирэйо, — неуверенно произнесла девушка.

Я отстранилась, задержав дыхание.

«Киной.

Нет, в это было невозможно поверить! Я всё еще отказывалась считать его виновником всего происходящего. Его вполне могли подставить».

— Почему ты так думаешь?

— Только он приносил вам подарки неподписанными. У вас была договоренность.

«Да была… Но отсутствие подписки не делает парня виновным».

— Ты сказала об этом кому-нибудь?

— Нет, но дан Эшфорт и этот… Витторн, они приходят, спрашивают. Они знают, что я догадываюсь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Не говори им, — приказала я, поднимаясь.