Баронесса из другого мира - Надежда Игоревна Соколова

поверхность камня, дождался, пока я положу свою, и начал нараспев читать что-то на незнакомом мне языке.

Я слушала молча. Здесь, в этом патриархальном мире, от женщины требовалось только произнести: «Согласна» в нужный момент. И скажи «спасибо», что тебя вообще спросили. Могли бы и как имущество от мужа к отцу передать.

«Наследница! — очередной укоризненный возглас. — Женщин спрашивают. Всегда!»

«Что странно, — саркастически заметила я. — Могли бы обойтись и желанием мужчины».

Дом, раздраженный моими словами, качнулся. Весь. Вместе со всеми живущими существами. Народ перепугался. Все, кроме меня и Дерека. Последний только скосил на меня глаза, справедливо полагая, что причина именно во мне, и продолжил читать клятву.

Когда пришло мое время, я равнодушно сообщила пространству:

— Согласна.

За стенами дома прогремел гром — боги одобрили наш брак. Впрочем, никакого другого результата и быть не могло. Мы с Дереком, как супруги, устраивали все стороны.

Теперь, по этикету, мы должны были пройти в обеденный зал. Ну а там уже был накрыт праздничный стол. И сидеть мы должны были во главе стола вдвоем, как молодожены и равные друг другу люди.

А уже потом, после празднования, гости разойдутся, и мы с Дереком останемся наедине. Подарки здесь не вручались. Но отдариться мог любой желающий.

Так что я ждала, когда народ встанет со своих мест, и мы отправимся к столу.

Но, как обычно, все пошло не по плану.

Глава 43

Едва за стеной прогремел гром, Дерек повернулся ко мне лицом, притянул меня к себе и впился своими губами в мои.

Довольно вероломно впился, надо сказать. Меньше всего я ожидала от него чего-то подобного. Не ожидала, да, а потому растерялась. Стояла, ничего не делала и позволяла себя целовать.

Губы Дерека при всех изучали мои губы, его язык старательно играл с моим.

А я… Я как будто пробуждалась ото сна. С меня спадали апатия и безразличие, которые окутывали мою душу плотным одеялом. Больше ничто не мешало мне дышать полной грудью.

И когда мы с Дереком оторвались друг от друга, я снова чувствовала себя живой и активной.

А еще — готовой прибить этого умника. Ведь на нас со всех сторон смотрели, не отрываясь, десятки глаз!

Я ощутила, как щеки и шею заливает румянец. Ну гад же этот Дерек! Самый настоящий гад. Вот спрашивается, зачем ему понадобилось целовать меня при всех? Что ему это дало? Моральное удовлетворение? Уверенность в собственных силах?

Я посмотрела на довольного жизнью Дерека и страстно захотела убивать.

Увы, не сейчас. Не при императоре, его министрах и других наследниках. Придется потерпеть. Совсем немного, совсем чуть-чуть потерпеть.

Но ничего, я все же возьму реванш, пусть и не теперь.

Народ между тем удостоверился, что пока не ожидается никаких других развлечений и потянулся на выход, в коридор, а оттуда — в обеденный зал. Там уже был приготовлен стол для набивания животов.

Я дождалась, пока последний из гостей перешагнет порог зала, повернулась к Дереку и проникновенным тоном произнесла:

— Убью.

— Конечно, милая, — буквально расцвел в улыбке этот наглец. — Я даже сопротивляться не буду, обещаю. У нас с тобой будет очень бурная первая ночь.

Что? При чем тут первая ночь⁈ Я вообще о другом!

Лицо и шею снова затопила краска. Вот же гад!

— Дом, перенеси нас в обеденный зал, — между тем произнес Дерек.

И этот предатель, дом который, послушался. Точно спелись!

Мы вдвоем успели и на места свои сесть, и стол осмотреть. Я мысленно и план убийства драгоценного муженька составила.

И только потом в зале появились все многочисленные гости. Долго же они шли от алтарного зала.

Праздничный завтрак прошел относительно быстро. Гости поели, попили, поздравили нас с Дереком на словах, в том числе и с помощью тостов, и, к моему облегчению, ушли по домам порталами. На все про все — часа полтора, не дольше.

И вот мы с Дереком остались в полном одиночестве. Пока ещё за свадебным столом. Но это точно ненадолго.

— Пора, жена, — насмешливо сообщил мне Дерек.

— Что именно пора? — уточнила я, не сходя со своего места. — Убивать тебя, муж?

Смешок дома я проигнорировала. Равнодушие в моей душе резко сменилось жаждой деятельности.

— Отдавать супружеский долг, — не повелся на мою подначку Дерек.

Посмотрел на решимость в моих глазах и голосом коварного соблазнителя поинтересовался:

— А знаешь, почему наследники обычно мужчины? Им инициацию проходить проще.

И замолчал, ожидая моей реакции.

Доходило до меня долго — секунд пять-семь. А когда дошло, я прищурилась:

— Лжешь. Нет, не так. Врешь и не краснеешь. Не могут постельные игры быть связаны с силой наследницы. Ну врешь же.

— А ты проверь, — и эта широкая нахальная ухмылка, которую так и хочется стереть кулаком.

Колебалась я недолго, кивнула, но при этом уточнила:

— Что за скованность у меня была последние дни? Откуда она?

Дерек, уже готовый перемещаться в спальню, мученически вздохнул, но ответил:

— Там, в ресторации, ты выбросила вовне слишком много магии, истощила свой запас. И твой организм подобным образом закрылся от всего мира, накапливая вновь и магию, и силу. Все? Теперь довольна? Мы можем заняться делом?

Довольна я не была, но снова кивнула. Да, займемся. «Делом». Врет Дерек или нет, но мне действительно надо было сбросить излишки энергии. И лучше было сделать это через постель, чем через ругань или мою истерику.

Так что мы переместились в спальню, которая теперь должна была стать общей, и там разделись. А потом и нырнули в постель.

Дерек оказался умелым любовником, что и неудивительно. И мы «провели инициацию» легко и безболезненно.

Глава 44

Следующий месяц, морозный и снежный, мы с Дереком почти не вылезали из постели. И не только развлекались, но и просто грелись. Погода за окном не радовала. И я старалась никуда не выходить, даже на пару минут. По сравнению с тем, что было в начале зимы, сейчас стало намного холодней. И я не представляла себе, как те же аристократы при нынешней температуре решились бы развлекаться в ледяном городе. Да и на катке покатайся минут десять, и сляжешь как минимум с ОРВИ.

И хотя дом достаточно сильно прогревался, я не могла оторваться от горячих супов и буквально обжигающих чаев, особенно с травами и медом. Грелась, грелась, грелась, в