Элизабет Нотон - Обольщение

– Да что б меня!

Деметрий схватил себя за волосы и потянул, пока не заболела кожа головы.

Пляж, вещи. Ему надо спуститься к ящикам и броситься в океан раз пятнадцать, чтобы отморозить зад.

На том и порешив, Деметрий вернулся к развалинам и потопал так громко, чтобы Изадора его услышала. Он взял вещи, вошел в помещение и бросил их на пол ее комнаты, не глядя на принцессу.

– Деметрий, – изумилась она. Раздалось шуршание ткани. – Когда ты сюда пришел? Я думала… думала, что ты на пляже.

Ага, серьезно, надо было оставаться на том проклятом пляже.

– Наконец вы проснулись.

Снова зашуршала одежда, как будто Изадора вертелась, затем послышался удар, и она вскрикнула.

Деметрий поднял глаза и заметил, что она поджала губы от боли, обхватив ногу ниже колена. А увидев наложенную шину, тихо выругался.

– Вижу, что вы, как всегда, воплощение грации. – Он приблизился и встал на колени у ее ног.

«Сосредоточься, дыши, сдерживай себя. Можно относиться к этому как к работе. Ты просто должен забыть об увиденной ранее картине».

– Она, возможно, уже исцелилась. – Аргонавт быстро развязал узлы на шине. Краем глаза заметил знак оры на внутренней стороне бедра принцессы, и его кровь снова закипела. Ската. – Может, прикроетесь?

Изадора покраснела и натянула одеяло на бедра и колени. Вспоминает ли, что делала совсем недавно? Деметрий резко покачал головой. Сосредоточься, демон побери! И развязал последний узел.

Заговорила принцесса только через несколько мгновений:

– Который час?

– После полудня.

– Почему ты меня не разбудил?

– Вам нужно было выспаться. – Хотя, задним числом, стоило ее разбудить. Хренов Аид, неужели она каждое утро просыпается, сгорая от желания? Если так, то его поимели, и совсем не тем способом, каким сейчас хотелось. Деметрий вытащил палку и прижал пальцы к ее голени сильнее, чем надо. – Болит?

– Хм, нет. С ней все… хорошо.

Деметрий отпустил ногу и приказал себе не видеть слишком много за словом «хорошо». Он ощупал ее голень и, ничего дурного не почувствовав, пожал плечами: – Значит, посмотрим, сможете ли вы встать, так как это необходимо в любом случае. День не резиновый.

Аргонавт с радостью отодвинулся от Изадоры и поднялся на ноги. Инстинктивно протянул руку и ей.

Принцесса обхватила пальцами его ладонь ‒ теми же, которыми совсем недавно касалась и сжимала свою голую грудь. По его руке прокатился электрический разряд, и кожа снова нагрелась.

Деметрий быстро ее отпустил.

– Попробуйте походить.

Изадора дотронулась до каменной кладки и осторожно ступила на больную ногу. Медленно принцесса прошлась вдоль стены.

– Как ощущения?

Дойдя до угла, Иза повернулась и поковыляла назад.

– Ладно, что бы ты там ни наложил на ногу, это сработало, во всяком случае, пока.

– Ну, я ведьмак наполовину, принцесса. Возможно, вам «повезет» и вы снова сломаете ногу.

На лице принцессы промелькнула обида. Изадора отвела глаза и сложила руки под грудью.

– А это все что такое?

Нет, он не станет чувствовать себя виноватым.

– Припасы.

– Откуда?

– Ящики, что попали на берег после кораблекрушения.

Он отодвинул одеяла и бросил Изе коробочку, которую та поймала обеими руками.

– Я нашел лишь немного высококалорийной пищи и предметы гигиены. Лучше, чем ничего.

Изадора посмотрела на коробочку, перевернула и прочитала слово «Крест» сбоку.

– Зубная паста? Ты нашел зубную пасту? – Принцесса открыла коробочку, намазала мятной пастой все зубы и застонала, будто только что съела вкуснейший десерт или испытала потрясающий оргазм.

Деметрий представил, как принцесса откинула голову назад от удовольствия, и его член опять встал по стойке смирно.

Проклятье, надо снова думать о чем-то другом.

Деметрий отвернулся и указал на деревья:

– Там течет ручей, а нам нужна вода. Я принес сюда пластиковые ведра.

– А как же чудища?

Деметрий схватил ведра и пошел к началу развалин.

– Днем мы в безопасности, твари на этом острове выползают по ночам.

Изадора пыталась поспеть за аргонавтом, но он не замедлил хода. Чем дальше он от нее отойдет прямо сейчас ‒ тем лучше.

– То есть как по ночам? – спросила она ему вслед. – Та гарпия вылетела на солнце, как и вепрь.

– Я не утверждал, что они – вампиры, которые не способны выходить на солнце. Они спят днем, а охотятся по ночам. Мне нужно смотаться вниз на пляж и забрать то, что нам понадобится.

Изадора следовала за ним.

– Я пойду с тобой.

Нет уж, ему надо остаться одному.

– Я отведу вас к реке и помогу наполнить ведра. Вы сможете отнести их обратно самостоятельно. А в это время я вернусь на пляж и заберу остаток припасов.

Принцесса не стала спорить, впервые за утро она его не растревожила. Но пять минут медленной ходьбы, пока она осторожно обходила камни, ветки и все, обо что можно споткнуться, и аргонавт понял, что таким образом они только через час дойдут до ручья.

– Да демон же побери! – Он повернулся и подхватил принцессу на руки, о чем сразу же пожалел, так как обжигающий жар охватил кожу во всех местах, где их тела соприкасались. Деметрий стиснул зубы.

– Ты в порядке? – спросила Изадора.

– Да просто офигительно!

– По тебе не скажешь.

Деметрий покраснел. Он едва мог смотреть не на принцессу, а на дорогу перед собой.

– Будет лучше, когда вернусь на пляж.

«И отойду от тебя и твоего тела подальше. Ну хватит думать о ее горячем маленьком теле!»

После недолгого молчания Изадора спросила:

– Э… так откуда ты знаешь, что те ящики с судна, потерпевшего кораблекрушение?

Наконец-то разговор, не связанный с сексом.

– Много ли вам известно о Пандоре?

– Понятно, что немного. До вчерашнего дня я считала, что этот остров – миф.

– Пандора существует в мире людей, но никто так ее и не нашел.

– Тебе не кажется, что это довольно удобно?

Даже морщинка у нее на лбу его возбуждала. Деметрий глубоко вздохнул, чтобы не смотреть прямо на принцессу.

– Представьте, что бы незнающий человек подумал, если бы случайно попал сюда?

– Я понимаю, к чему ты клонишь.

– Первые хранители оставили здесь чудищ, а потом закрыли остров.

– Чем? И кто это сделал?

Деметрий нахмурился:

– А вы всегда задаете тысячу вопросов?

– Всегда. Как будущей правительнице нашего мира мне очень интересно, почему никто не позаботился мне об этом рассказать. Помимо кратких уроков истории в школе, все остальное для меня ‒ новость.