Карен Монинг - Любовная горячка

– Когда?

– Я не знаю. Это они решат.

– Мне нужны ответы. Дэни, я многое видела. Твой совет знает, что творится в этом городе?

Ее яркие глаза сверкнули, и она раздраженно дернула головой.

Я сердито взглянула на нее.

– Ну так скажи своим, чтобы поторопились. С каждым днем положение становится все хуже. – Я захлопнула тетрадь, затем снова открыла ее. – «Я – Нуль, – написала я. – И я знаю о Гроссмейстере и "Синсар…"»

Тетрадь была выдернута из моей руки, а страница вырвана и разорвана в клочья прежде, чем я успела моргнуть. Дэни сделала это так быстро и незаметно, что ручка, которую я держала, все еще двигалась в воздухе, пытаясь написать в том месте, где только что был лист бумаги, недостающую букву «Д».

Ни один нормальный человек не может бегать с такой скоростью. Дэни перемещалась с нечеловеческой быстротой. Я посмотрела на ее дерзкое, задиристое лицо.

– Кто ты такая?

– Я такая же, как ты. Скрытые таланты просыпаются, когда в них возникает потребность, – сказала она, наблюдая за мной. – У тебя свои таланты, у меня свои. И с каждым днем мы узнаем все больше о том, кем мы были, кто мы есть и кем со временем станем.

– Ты позволила мне догнать тебя, – отметила я.

Она могла бы сбежать от меня в мгновение ока. Кого я пытаюсь обмануть? Этот ребенок мог бы перескочить через невысокое здание.

– Ну и что?

– Почему?

Дэни пожала плечами.

– Я не собиралась этого делать, но мне стало интересно. Ровена послала целую группу нам подобных на поиски тебя и того места, где ты остановилась. Честно говоря, я первой тебя заметила. Она говорила о тебе так, словно ты очень сильная. – Дэни презрительно изогнула бровь. – Что-то я этого не заметила.

– Кто такая Ровена? – У меня было подозрение на этот счет, и оно мне не нравилось.

– Старая женщина. Седые волосы. Выглядит хрупкой, но таковой не является.

Как я и подозревала, это была старушка, которая встретилась мне в мой первый вечер в Дублине. Ее возмутило мое поведение при виде самого первого в моей жизни Фейри. Позже она стояла и смотрела, как В'лейн чуть не изнасиловал меня в музее, а затем шла за мной, утверждая, что меня удочерили.

– Отведи меня к ней, – потребовала я.

Я ненавидела эту женщину за то, что она разрушила мой мир, сунувшись ко мне со своей правдой. Но правда была необходима мне. Старуха назвала меня «О'Коннор», упомянув кого-то по имени Патрона. Знает ли она, откуда я родом? Я с трудом заставляла себя не додумывать эту мысль, поскольку продолжение пугало меня и одновременно притягивало. Я чувствовала себя так, словно предаю своих родителей, предаю ту Мак, которой я была на протяжении последних двадцати двух лет. Вдруг Ровена знает моих родственников, живущих в Ирландии? Кузину, дядю, а может… может быть, даже сестру?

– Ровена сама назначит встречу, – сказала Дэни. Когда я нахмурилась и открыла рот, чтобы запротестовать, она отступила на шаг и вскинула руки. – Эй, не злись на меня. Я просто вестник. И она оторвет мне уши за то, что я вообще с тобой заговорила. – Внезапно Дэни сверкнула улыбкой. – Но ей придется смириться. Она думает, что я просто малявка. А на моем счету сорок семь убийств.

Убийств? Она имела в виду Фейри? Да как эта малышка вообще могла с ними справиться?

Дэни повернулась и помчалась прочь с такой скоростью, словно за спиной у нее были крылья. Я прекрасно понимала, что у меня нет ни малейшего шанса догнать ее. Почему же я не способна развивать такую сверхчеловеческую скорость? Ведь была уже масса ситуаций, в которых такая скорость могла бы мне очень пригодиться.

– Мак, – крикнула Дэни, обернувшись через плечо, – еще одно. Если ты скажешь об этом Ровене, я совру, что ничего тебе не говорила, но тебе нужно это знать. Среди таких, как мы, не бывает мужчин. И никогда не было. Кем бы ни был твой работодатель, он не один из нас.

Домой я отправилась через Темпл Бар Дистрикт, слушая музыку, льющуюся из открытых окон, и громкие голоса посетителей из дверей пабов. Когда я впервые шла по этой части города, вслед мне неслись присвистывания и восхищенные возгласы, а я наслаждалась ими. Я из тех девушек, которые привыкли одеваться, тщательно подбирая одежду и аксессуары, так, чтобы привлечь к себе внимание. А сегодня, в висящих мешком тряпках, обутая в спортивные тапочки, без макияжа и прически, я шагала по наполненным вечерним весельем улицам, и никто не замечал меня, ни один взгляд на мне не останавливался. Теперь это меня только радовало. Единственной компанией, которая меня сейчас интересовала, была компания моих собственных мыслей, заполонивших мою голову и буквально толкавшихся в мозгу, требуя, чтобы я обратила на них внимание.

До сих пор только Бэрронс являлся для меня источником информации о том, кто я такая и что вокруг меня происходит. Но только что мне сообщили, что есть и другой источник, на сей раз вполне многочисленный. Другие ши-видящие боролись с Фейри и убивали их – ершистые четырнадцатилетние девчушки, способные обогнать даже Супермена.

До сегодняшнего дня, даже не зная ее имени, я считала Ровену просто сварливой старушкой, которой известно, что подобные мне люди существуют, и которая прожила достаточно долго, чтобы кое-что узнать о талантах ши-видящих. Я и представить себе не могла, что она входит в сообщество ши-видящих, в действующую сеть с собственным советом и собственными правилами, в которой матери учат своих детей с самого рождения тому, кто они такие и как себя вести в нужной ситуации. Древний союз, о котором говорил мне Бэрронс на заброшенном кладбище, существовал до сих пор!

Я злилась из-за того, что старуха не пригласила меня в это сообщество еще тогда, в первую же ночь, когда я встретила Фейри и чуть не выдала себя – и выдала бы, кстати, если бы не ее вмешательство.

Но нет, она не взяла меня под крылышко в те времена, когда мне отчаянно хотелось получить хоть какую-то помощь, и не научила меня выживать. Ровена просто прогнала меня и посоветовала отправиться умирать куда-нибудь в другое место.

Именно это я бы и сделала – умерла, – если бы моя дорожка не пересеклась с дорогой Иерихона Бэрронса.

Неуправляемая, без малейшего понятия о том, кем я являюсь, я стала бы легкой добычей для одного из Невидимых, в существование которых я тогда отказывалась верить. Вполне возможно, от меня осталась бы выпитая Тенями досуха шкурка, поскольку я запросто могла забрести в заброшенный район. Или же над моей красотой потрудился бы Серый Человек, сотворив кое-что похуже остриженных волос, невзрачной одежды и беспринципности, которая до сих пор прекрасно помогала мне выжить. Меня могла сожрать Многоротая Тварь, я могла привлечь внимание Гроссмейстера и закончить свою жизнь, служа его личным детектором Объектов Силы, а не детектором Бэрронса, и в итоге он убил бы меня, как уже поступил с Алиной.