Полуночная невеста (СИ) - Алфеева Лина

— Хочу закрыть глаза, а потом открыть и обнаружить, что все это дурной сон.

— Это кошмар, Худышка. Наш личный кошмар на двоих. Видят пресветлые духи, я всеми силами старался этого избежать. Я сделал все, чтобы родители согласились тебя заменить…

— Ты не хотел, чтобы я была твоим сосудом? — Рейн поджал губы и кивнул. — Но почему?

Глупый вопрос. Я же из Низины! Ничего не смыслю в магии и…

— Вот поэтому, Худышка. — Рейн замер, согревая мои губы своим дыханием. — Чувствуешь? Что-то волшебное…

И я кивнула, потому что понимала, что он хотел сказать. В присутствии Рейна я ощущала пьянящую слабость и необъяснимое притяжение, порождающее странные, пугающие желания. Хотелось запустить пальцы в его волосы, прижаться к груди и...

Рейн наклонился еще ниже, мазнул своими губами по моим и замер, словно прислушиваясь к рваному ритму биения своего сердца.

— Это все фальшивка, Лаори. Ты не в моем вкусе. Окажись ты рядом год назад, я бы даже на тебя не посмотрел. А теперь я вижу твой образ, стоит мне закрыть глаза, слышу во сне твой голос. — Он произносил слова с горечью, зло, глаза Рейна потемнели, утратив свою изумрудную зелень. — Хорошо, не неделя, а два месяца. Ты пробудешь здесь до Новогодья, я пройду инициацию, а потом ты уберешься из моей жизни.

Да, именно это и говорил мне лорд Игельтейр. Я должна буду помочь Рейну, а потом буду свободна, словно ветер. Одна услуга, один контракт.

— Хорошо, Рейн. Только у меня есть свои условия. — Белобрысые брови удивленно поползли вверх. — Я понимаю, что никогда не стану равной, а твои друзья никогда не примут меня в свой круг. Да и не нужно мне это, но я требую от тебя уважения. Ты сам знаешь, что я здесь не по своей воле, но я не позволю тебе отыгрываться на мне за выбор отца. Если хочешь плюнуть ему в лицо, ты знаешь, где его найти. Плевать в себя я не позволю.

И снова в комнате стало так тихо, что я слышала, как кровь стучала в висках.

— Условия? Ты ставишь мне условия, Лаори? — обманчиво мягко поинтересовался Рейн. — Никаких условий, Худышка. Ты будешь вести себя, как невеста, достойная мага рода Игельтейр, и следовать моим инструкциям. Только так мы сможем выпутаться из сложившейся ситуации с минимальным ущербом.

— Минимальным ущербом? — прошипела я, но Рейн даже не заметил моего возмущения.

Этот гад белобрысый стыдился меня! Отец навязал ему общество нищенки из Низины, и эта связь унижала благородного лорда. Вот поэтому он и не хотел впускать меня в академию! Надеялся, что я поброжу вокруг неприкаянным привидением, а потом вся в слезах и соплях отправлюсь домой.

Не на ту нарвался!

Я смотрела на парня, и хотя в груди до сих пор ёкало от одной его вида, но в внутри уже зарождалось и другое чувство: тяжелое, злое, давящее, подобно камню, что вешает утопленник себе на шею. Оно мешало дышать, но давало трезво мыслить, помогало собрать до кучи мозги, что превращались в кисель вблизи Рейна Игельтейр.

Несправедливость сжигала изнутри. Он же знал, что я всего лишь пешка, которую его отец насильно поставил на шахматную доску. Я рассчитывала на помощь, а получила...

— Из комнаты сегодня не выходишь. Пригоню к тебе кого-нибудь с подносом. А завтра… Завтра сам свожу в столовую. Потом у меня занятия, так что посидишь тут. После обеда погуляем по академии, — Рейн с сосредоточенным видом поскреб переносицу.

— Выгуляешь? — едко уточнила я, но кто бы заметил сарказм!

— Если станешь сидеть безвылазно в башне, решат, что я с тобой что-то сделал, — Рожу белобрысого так перекосило, словно ему за шиворот сунули дохлую жабу. — Так что нам придется бывать на виду. Но в академии ты будешь общаться только со мной, станешь послушной и беспроблемной. Все ясно, Лаори? Никакой самодеятельности. Никаких несогласованных поступков. Никаких внезапных всплесков женского любопытства.

— А занятия? Мне же нужно посещать лекции. Я сегодня выбрала предметы…

Рейн сжал мои плечи и заглянул в глаза:

— Да зачем тебе эти лекции? У тебя всего два месяца в ВАДе. Зачем тратить время на ерунду? Лучше читай книги. Ты же любишь читать? Я могу достать для тебя что-то попроще из программы начинающих магов, стану личным наставником. Ты моя невеста, никто не удивится,  если я займусь твоим персональным обучением. Только ты и я.

Проникновенный шепот Рейна пробирал до дрожи, или причина крылась в его близости. Рейн смотрел на меня с такой нежностью, что голова шла кругом. И было так просто ему довериться, согласиться на все условия, если бы не одно но…

Это гад белобрысый бросил меня в парке! А Лукас предупредил, что если я не появлюсь на учебе, то через неделю меня исключат. И Рейн прекрасно это знал! Сиди тихо — и я стану твоим личным наставником.

Каков герой! Благодетель хрызов! Хочет добиться моего исключения, а потом его отец заявит, что я саботировала договор! Нет уж!

— Не пойдет. Эти месяцы я проведу, как полноправная адептка ВАДа.

— Ты? Адептка? — Зеленые глаза округлились, как у жабы. — Да в тебе магии нет ни капли!

— Теперь есть, — Я помахала перед его лицом рукой, на безымянном пальце которой поблескивало серебряное кольцо с крупным изумрудом. — Я заключила сделку с твоим отцом. С ним, а не с тобой! Если что-то не нравится, жалуйся ему. Уволить меня может только лорд Артар Игельтейр.

— Бросаешь мне вызов, Худышка? Ты, я, книги. Только так. Это мое последнее предложение. Соглашайся, или помощи не жди.

Вот теперь Рейн Игельтерй показал свое истинное лицо. Вон даже рожу перекосило.

Я проглотила сухой ком в горле и прошептала:

— Не желаешь мне помогать — твое право. А вот я тебе помогу. Ведь у меня нет выбора. Но не обижайся, если в процессе меня стошнит!

— Так значит тебя от меня тошнит? — голос Рейна сделался тихим, как шорох ползущей змеи.

Он и сам сейчас походил на змея, готовящегося к броску: глаза прищурены, губы поджаты, на шее обозначились узлы мышц, и на лбу ближе к виску пульсирует крошечная венка…

Когда пол ушел из-под ног, я сочла, что это у меня закружилась голова, и лишь когда рядом раздался грохот, осознала, что это дрожала сама башня. Я бросила взгляд в окно и увидела, как сыпятся откуда-то сверху куски черепицы. Снизу вопили соседи, у них тоже что-то падало.

Землетрясение в академии магии на холме? Невероятно!

— Рейн, что за темнохара ползучая у вас тут творится? Рейн!

Я ткнула парня в плечо, а когда он не шелохнулся, то медленно обошла его и заглянула в лицо.

Его глаза снова казались полупрозрачными безжизненными льдинками, а белки потемнели до угольно-черного.

— Рейн, если ты хотел меня напугать, тебе это удалось.

Башня дрожала и кряхтела, как старое дерево, наборный паркет под ногами вибрировал, точно лед, готовый вот-вот треснуть под напором реки.

— Да ответь же ты хоть что-нибудь! И этих магов еще обучают искусству самоконтроля. Жалкие позеры!

Испуганно всхлипнув, я сжала лицо Рейна в ладонях и согрела его губы своим дыханием:

— Прошу тебя… Рейн, прошу.

А потом все-таки поцеловала. Поначалу маг не отвечал, казалось, что я касалась каменной статуи, но потом вдруг его ладони сжали мою талию, крепко прижимая к себе, а поцелуй сделался горячим, жадным. И в тот же миг темнота обрушилась на меня подобно приливной волне, закружила, увлекая во мрак. Я тонула в нем, отчаянно била руками и ногами, страшась сделать хотя бы вздох. Но стоило мне приоткрыть рот, как я ощутила, как в меня вливается нечто тягучее, похожее на яблочный сироп. Я плескалась в нем, мухой угодившей в паутину. Пыталась вырваться, но пила и не могла остановиться…

Удар о пол был полнейшей неожиданностью. Блестящий наборный паркет встретился с моим лбом, подарив незабываемый фейерверк искр из глаз, и увы магия тут была ни при чем. А потом меня словно куклу перевернули на спину и ослепили какой-то дрянью.

— Айрин, как ты? Как ты себя чувствуешь?

— Ненавижу магию! — с чувством выдохнула я.

Да что там, зло поорала, вызвав тихий смех идиота, из-за которого и начались мои беды.