Хлоя Нейл - Чикагские вампиры. Жестоко укушенная.

Дариус откинулся назад и, потушив, выкинул остаток сигареты в пепельницу.

— Как ты знаешь, проблемы в Чикаго обостряются. Оборотни. Бродяги. Атака на твой Дом.

Этан закинул одну ногу на другую.

— Как вы увидели, эти проблемы под контролем.

— Решение этих проблем предполагает устранение недостатков организационного и политического контроля среди Домов в Иллинойсе. Когда Селину убрали, ты стал самым старшим Мастером в Чикаго, Этан. Ты ответственен за сохранение стабильности на своей территории. Это твоя обязанность перед Советом.

И он бы так и делал, подумала я, если бы вы могли держать Селину в Англии, где ей и место.

— Что это значит? — спросил Этан.

— Это означает, что Дом Кадогана перейдет под управление Совета только в одном случае — если над Чикаго потерян контроль.

Не было нужды уточнять, что подразумевалось под «перейдет в управление», чтобы понять, что ГС угрожал захватить власть над Домом.

Комната погрузилась в тишину. Молчал и Этан. Единственным свидетельством того, что он услышал угрозу Дариуса, была предательская морщинка между бровей, говорившая о его сосредоточенности.

— Со всем подобающим уважением, Сир, нет нужды для поспешных действий, — проговорил Этан, выбрав безразличный тон и тщательно подобрав слова.

Я знала, что внутри него полыхали эмоции. Невозможно, чтобы Этан не кипел от негодования при мысли, что ГС собирался вмешаться и завладеть его Домом. Впечатляло, как он себя контролирует.

— Не совсем уверен, что так следует проявлять уважение, Этан. И я думаю, ты понимаешь, что переход одного из Домов в Америке под «управление Совета», это не тот шаг, на который легко пойти. Из-за этого всплывают неприятные воспоминания.

— Неприятные? — спросила я. Возможно, мне следовало молчать, будучи вампиром, занимающим самое низкое положение в комнате, но иногда любопытство берет вверх.

Дариус кивнул.

— Как ты понимаешь, времена Американской Революции были тяжелым периодом для Британских и Американских Домов. Тогда еще не был создан ГС — впереди были десятки лет — и Совет Красных сохранял власть. Французы в Совете поддерживали свободу колоний, а мы, англичане, нет.

Я кивнула, выражая понимание.

— И будучи бессмертными, некоторые из тех переселенцев все еще живы и живут в Американских Домах.

— Действительно так.

— Превосходная причина, — вставил Этан, — чтобы сменить тему.

— Мы продолжаем наше обсуждение, Этан. Я знаю, ты не одобряешь Совет и наши действия, но у нас неслучайно есть правила и методы.

Однако Селина может их игнорировать? про себя поинтересовалась я.

Раздался стук в приоткрывшуюся дверь. Опрятного вида мужчина был одет в подвернутые брюки и рубашку. На нем так же были подтяжки, слегка прикрытые волнистыми каштановыми волосами.

— Сир, соединение с Домами Нью-Йорка установлено, — в его голосе слышался Британский акцент и напыщенность. Должно быть, он часть свиты Дариуса.

Дариус поднял голову и бросил на него взгляд.

— Спасибо, Чарли. Буду через минуту.

Кивнув, Чарли исчез. Как только он это сделал, Дариус встал. Мы все сделали то же самое.

— Поговорим позже, — сказал он и кивнул мне. — Удачи в будущем обучении.

— Спасибо, Сир.

Дариус ушел, закрыв дверь, и в комнате воцарилась тишина. Упершись локтями в колени, Этан провел рукой по волосам.

— «Переход в управление», — повторил Люк. — Когда такое случалось в последний раз?

— Ни разу со времен финансового краха перед Второй Мировой, — ответил Малик. — Много-много лет.

— Он был несправедлив, — сказала я, посмотрев на них. — В этом виноват не Кадоган, а Адам Киин, ГС, Селина. Мы пожинаем плоды их безнравственных действий, а он еще и хочет поставить ГС во главе Дома?

Этан снова выпрямился.

— Вот и все. В Дом прибудет уполномоченное лицо, начнет расследование, каким образом в Доме ведутся дела, и получит власть, а ГС ее дает, одобрять принятые Домом решения, независимо от того, насколько они весомые. Распорядитель будет докладывать Совету о каждом решении, включая Дариуса и Селину.

Этан посмотрел на меня, и в его зеленых глазах стоял лед.

— И я не имею ни малейшего представления, поднял бы он этот вопрос, если бы наш Страж только что не просветил бы его, что Чикаго катится в ад.

Итак, Этан вел себя спокойно, невозмутимо и снисходительно только при Дариусе. К несчастью для него, наши отношения уже не на той стадии, чтобы пугаться едких фраз или угрожающего взгляда. Я ушла и встретилась лицом к лицу с опасностью ради него и ради Дома, и не собиралась пасовать, только потому, что ему не нравились последствия. Я посмотрела на него так же, как и он на меня.

В комнате повисла тишина, пока Этан, не сводя с меня глаз, не рявкнул:

— Прошу нас извинить.

Когда никто не шелохнулся, он окинул взглядом комнату.

— Вообще-то я не просил разрешения.

Этого было достаточно, чтобы заставить Малика и Люка поспешно покинуть комнату. Уходя, они оба сочувствующе посмотрели на меня.

Этан не отводил взгляда до тех пор, пока мы не остались одни, и за ними не закрылась дверь. В течение целой минуты он сидел спокойно, держа спину ровно.

В итоге он пошел к столу и сел за него, таким образом, оставляя между нами пространство и мебель.

Я знала его достаточно долго, что назвать это «типичное поведение Салливана». Это можно было добавить к застольной игре Этана, которая в каком-то месте распадалась на его повелительный изгиб брови и привычку обращаться к любому Послушнику Дома по должности, а не по имени.

— Страж, — в конце концов, произнес он, сцепляя руки на столе.

Я шагнула вперед, намереваясь заставить его поверить, что сильно сожалела о том, что нечаянно сказала Дариусу.

— Этан, мне так жаль. Ты разговаривал по телефону, и я даже не подумала посмотреть, был ли кто-то у меня за спиной.

Он понял руку.

— Ты сказала ему, где ты была. Не уверен, придушить ли тебя сейчас или передать в руки Совета и оставить это им.

Будь я на его месте, то тоже бы придушила себя. Поэтому я просто кивнула.

Когда Этан наконец посмотрел на меня, в его глазах читалось отчаяние.

— Уполномоченное лицо. В моем богом проклятом Доме. Доме, за которым я следил, руководил и который оберегал в случае необходимости. Знаешь, что самое обидное? Что меня заменит распорядитель, штатный специалист, который не может руководить вампирами даже с картой и компасом. Скажи мне, что я сделал не так, как мне исправить то, то я разрушил?

Мое сердце сжалось в сочувствии. Должно быть, тяжело услышать, что высший руководитель вампиров был не в восторге от твоей работы, да еще и подумывал прислать кого-то из-за океана, чтобы убедиться, что работа выполнена хорошо. Я бы тоже не пришла в восторг от этой идеи.