Юлия Колесникова - Солнце бессонных

— Просто мы не сходимся характерами, чтобы быть друзьями. — Наигранно равнодушно отозвалась я, стараясь не замечать слишком понимающую улыбку Евы, которая начинала меня раздражать. О чем она думает? Неужели так заметно, что я не совсем уж равнодушна к Калебу? — Но так как наши семьи дружат, остается как-то мириться с тем фактом — нам нужно общаться. В любом случае нравиться он мне или нет, слишком много времени приходиться проводить рядом, все-таки мы в одной компании.

— Наконец-то, что-то разумное, — вставила Бет, — я бы хотела, чтобы мои близкие друзья не грызлись между собой как кошка с собакой.

Скорее как вампир с человеком, подумала я.

— Знаешь, ты его недооцениваешь, — добавила с заднего сиденья Ева. Будто бы мне мало, что Бет не умолкая, трещит о его достоинствах. Я устало потерла глаза. Они просто добивали меня этими разговорами.

— Возможно, если не учитывать его поразительной способности так часто менять девушек, Калеб когда-нибудь влюбиться, и я не сомневаюсь, станет самым преданным в мире, — Ева говорила так воодушевленно, что даже Бет скептически скривилась. К счастью они обе не видели моего выражения лица. Калеб? И влюбиться? Будет самым преданным? Скорее ад замерзнет.

— Я же думаю, — не согласилась с ней Бет, — когда-нибудь он встретит девушку, которая не станет падать от счастья каждый раз, когда он улыбается. И именно она привлечет его внимание холодностью, и сам того не заметив, просто заинтересовавшись, он влюбиться. Ведь он даже не успевает хорошо узнать девушку. И я просто мечтаю о том моменте, чтобы посмотреть на потерявшего от любви голову Калеба.

Ева тяжело вздохнула, прежде чем выразить не удовольствие, я же слушала с интересом их спор. Сами того не подозревая, они описывали свое отношение к Калебу. Со слов Евы, я подтвердила свою догадку, что она является более близким другом Калебу, чем думают все остальные. А Бет, еще не до конца простила ему их расставание.

— Неужели ты хочешь видеть Калеба несчастным?

— Я хочу видеть Калеба более земным, что ли, — пожала плечами Бет, она, будто бы нехотя, обернулась назад, — не таким холодным и отчужденным. Надоело каждые две-три недели видеть заплаканные лица брошенных им девушек и его бесстрастное лицо. Ты только посмотри, что стало с Сеттервин. Какой злобной и мстительной она стала, страшно смотреть. А Оливье, — с каждой новой девушкой она становиться все более агрессивной.

— Может он просто открыл в них то, что они сами скрывали, — предположила я, стараясь, даже сама не понимая почему, оправдать его.

— Возможно, — согласилась Бет, но очевидно ей давно хотелось поговорить об этом, и она продолжила в том же направлении. — Но не знаю, хочу ли я знать их такими, какими они стали.

Мы выехали за город и, притормозив около еще трех машин, я дружно помахала рукой знакомым лицам, очевидно собравшимся ехать с нами.

К моему окну подбежал Теренс, и полностью игнорируя Бет, поздоровался со мной и Евой. Его лицо с карамельной кожей выглядело так же, как всегда, и все же что-то изменилось.

— Езжай за нами, дорога, к счастью, сегодня сухая, тебе не о чем переживать, из-за того что ты еще не привыкла к левостороннему движению. Мы ждали только вас, так что стартуем.

Я поблагодарила его, краем глаза следя за Бет. Она ничем не выразила удивление или обиду, сидела тихо, отвернувшись от окна в котором только что исчез Теренс.

— Что случилось, вы поссорились? — только мы двинулись с места, спросила я. Ева потянулась вперед, чтобы тоже взглянуть на Бет, но та лишь тряхнув головой вновь отвернулась. Вместо нее сказала Ева:

— По сути дела они и не встречаются.

Бет никак не прокомментировала слова Евы, и я тоже промолчала. Слишком много было такого, чем я не хотела с ними делиться, так почему Бет обязана. Есть вещи, о которых не говорят. Честно говоря, я даже и не представляла, как им объяснить мою ситуацию относительно Калеба. Как можно объяснить то, что я чувствую, не выражаясь простыми заезженными словами.

Я вспомнила, каким красивым показался мне он в своей старой одежде испачканной красками и сердце мое вздрогнуло. В унисон ему зашевелился ребенок, будто бы чувствовал, что мне нужна поддержка. Это было странное и приятное чувство, которому поддаваться мне не хотелось, и все же я нежно погладила живот. Этот жест не ускользнул от Евы и Бет.

— Кто отец?

Глаза Бет были устремлены на меня, и я не смогла вовремя скрыть боль, промелькнувшую на моем лице. Это было впервые, за три недели нашего общения, когда кто-либо спросила меня такое. И, несомненно, я была готова, рассказать им часть правды, понимая, что чистая правда окажется для них страшной.

— Бывший друг.

Почти, правда.

— Вы встречались?

— Да, некоторое время.

Почти ложь.

— Он знает о ребенке?

— Конечно же.

Полнейшая ложь.

— А ты хотела бы жить с ним, воспитывать вашего ребенка?

— Нет. Слишком много произошло с тех пор.

Полнейшая правда.

Девочки понимающе замолкли. Видимо мои однообразные ответы не располагали к дальнейшему допросу.

— Как его зовут?

На миг повисла тишина. Мне она показалась звенящей. Я не заметила как сильно сжала руль, пока не почувствовала боль в пальцах.

— Логан.

Такое простое имя далось мне тяжело. Даже мысленно я не произносила его с того времени, когда мы виделись в последний раз. Хорошо, что Бет перестала спрашивать, так как я уже не была готова к дальнейшим вопросам.

Я нервным движением включила музыку, достаточно громко, чтобы тяжело было говорить, и сделала вид, что не вижу удивленных взглядов, которыми обменялись девочки. Я ничего им не могла объяснить. Так было легче и лучше для всех.

Я почти не знала о Лутоне до переезда в Англию и была приятно удивлена, когда мы наконец-то въехали в город. Наверное, таким я себе и представляла среднестатистический английский городок.

Сожженная ратуша в 1919 году и отстроенная заново в 1936, понравилась мне, так же как и часы на ней. Маленькие улочки, скверики и старые дома. Такого в Чикаго не увидишь. Налет древности, старости, традиций. Приятно попасть в подобное место.

Основные торговые площади в Лутоне сосредоточены вокруг The Mall Arndale. Мы оставили машины на парковке огромного торгового центра Молл, когда-то первого самого большого центра в Европе, по словам Евы, и направились побродить по нему в поисках разных вещей. Но я сомневалась, что смогу найти что-либо интересное. Как сравнивать такой маленький городок с Чикаго?

Мы договорились встретиться с остальными через час у машин, чтобы перекусить. Лутон имеет разнообразный выбор ресторанов — английский, итальянский, китайский, индийский, Карибского бассейна, тайский. Нет основной концентрации мест в городе, специально ориентированных на рестораны, но в некоторых районах есть ряд азиатских ресторанов. Также пабы и клубы в центре города. Ряд из них обслуживают студенческое население, однако есть еще целый подряд традиционных пабов в городе. Такой информацией, снабжала меня Ева, Бет же кривилась от сухого поучительного тона. Было тяжело сохранять серьезный вид, слушая Еву и не смеяться, видя гримасы Бет.