Юлия Колесникова - Солнце бессонных

— А ты меня отвезти не хочешь? — засмеялся Калеб и я, наконец, заметила, что одет он по-другому, чем вчера. На нем были джинсы, полинявшие и потертые и простая футболка, местами в краске и жирных пятнах, очень похожих на растворитель. Зато как на нем все это сидело, словно лучшая одежда, пошитая на заказ. Только он мог выглядеть в этом так идеально.

— Еще чего, хватит с тебя и простого «рада была видеть», — надменно в его стиле приподняв брови, сказала я.

— Кажется, мы вчера заключили мир, — напомнил он мне, лукаво прищурившись.

— Да, только в пакт не входило соглашение о развозе по домам, — съехидничала я, стараясь не замечать его руку, свисающую с моего подголовника.

Он схватил меня за прядь волос и дернул со словами:

— Злюка.

У него определенно было хорошее настроение, которое передавалось мне. Хотелось прижаться к нему и поцеловать. Глупо, как глупо!

— Мне пора ехать, — нехотя напомнила я ему.

— Да я знаю, просто хотел пожелать удачи.

Он еще раз дернул меня за волосы, словно хотел приблизить мое лицо, но не стал этого делать.

Не дожидаясь, что я скажу, Калеб выскочил наружу и застыл там под согревающими кожу лучами.

Я забыла о дыхании, увидев его. Был ли он для меня красив раньше, я не знала, но теперь, видя его, я понимала, кому поклонялись египтяне. Поистине бог солнца, прекрасное существо не человек, но и не бог, с непревзойденной красой. Он не мог не видеть моего восхищенного взгляда. Но все продолжалось лишь короткий миг, и он, будто бы одетый в эту сияющую чистотой и перламутром кожу, исчез средь деревьев.

И как я могла, увидев это, быть спокойной?

Я осторожно вырулила на дорогу, остро ощущая его запах, оставленный им будто в спешке, и вдыхая этот аромат, я чувствовала себя вором. Он не был предназначен для меня, какое право я имела даже мечтать.

Что и говорить, я, конечно же, опоздала и не светилась от счастья. Мои мысли были заняты другим, когда веселые и румяные от свежего воздуха Бет и Ева сели в мою машину.

— На целых двадцать минут, — сетовала Бет, прихорашиваясь в зеркало заднего вида, — на тебя совершено не похоже.

Я отметила молчаливый интерес Евы, выраженный во внимательном взгляде, но лишь пожала плечами. Что мне им сказать? Простите, я поражена, потому что видела Калеба, прекрасного и сияющего?

Еще минут пять прошло в молчании, совершенно мне не свойственном. Обычно, проводя время вместе, больше всех говорили мы с Бет, Ева молчала, редко высказываясь. Иногда на меня находило, и я могла не говорить, тогда будто бы по команде, меня заменяла Ева. Теперь же повисло молчание, сдобренное моей хмуростью.

Бет игриво потянула меня за волосы, почти как Калеб ранее, и каким же жест показался мне знакомым и родным.

— Ставлю пенни на то, что узнаю твои мысли.

Я слабо улыбнулась:

— Не думаю, что они того стоят.

— Ты странная сегодня, впрочем, как и последние несколько дней, — призадумалась Бет. Я усмехнулась, подумав, что Бет еще не настолько хорошо меня знает, чтобы судить, какая я обычно.

— Выглядишь так, словно плохо спала, — не сдавалась она, видя отсутствие реакции с моей стороны.

Я кивнула головой не желая вдаваться в подробности, но ее такое объяснение не устраивало:

— Чем же ты занималось или просто так не спалось?

— Полночи разговаривала с Калебом, — зевнула я, думая, что Бет и Еве можно сказать правду не боясь потом огласки. Только подруги решили, что я пошутила.

— Ха-ха, очень смешно, если не хочешь рассказывать так не надо, я же понимаю, у тебя сейчас и так не легкий период, — Бет с серьезным лицом полуобернулась ко мне. Теперь пришла моя очередь засмеяться. Ева и Бет с удивлением взирали на меня.

— Вообще-то без шуток, — от общения с ними я начинала забывать об инциденте на дороге. — Родители в Лондоне и оставили Калеба присматривать за мной. У меня теперь есть прекрасный вышколенный пес — охранник.

Оказывается, информация была действительно шокирующей. Девочки с вытянувшимися лицами переглядывались между собой, будто спрашивая друг у друга, может ли такое быть правдой.

— И о чем вы говорили? — поинтересовалась Бет, и тут же добавила, заметив мой настороженный взгляд, — просто я знаю, ты недолюбливаешь Калеба, поэтому, странно представить вас мирно беседующими.

Я понимающе покачала головой, стараясь скрыть правдивые эмоции на своем лице. В зеркальце заднего вида мелькнули зеленые глаза Евы, словно говоря, что не очень верят россказням, о моей якобы неприязни к Калебу. Я густо покраснела и Бет приняла это за подтверждение ее догадке о наших ссорах.

— И много крови было?

Что ей сказать? Крови много, и практически вся она вытекла из моего сердца.

— Никакой крови и никаких побоев, мы заключили некоторое подобие мира, — отмахнулась я, стараясь не показывать как для меня самой это важно.

— Тогда хорошо, — облегченно вздохнула Ева, и мне даже пришлось оставить дорогу без внимания на несколько секунд, чтобы посмотреть на нее. Она ответила улыбкой. Неужели Ева знает что-то такое, чего не знаю я?

— Конечно, хорошо, — поддержала ее Бет, как и раньше воспринимая все по своему, — ваши семьи дружат, так зачем враждовать вам? Не понимаю причину твоего отношения к нему. Калеб, безусловно, не понимает слова «нет», и ему всегда нужно то, чего он не может получить…

— Одним словом, эгоист, — вставила я, под расстроенным взглядом Евы. Бет развела руками:

— Ну что могу сказать, он действительно эгоист и плохо поступает с девушками, с которыми встречается, но зато друг он хороший. Вряд ли у тебя найдется такой друг, к которому ты можешь позвонить ночью и попросить приехать. А я всегда знаю, что могу положиться на него.

Я понимающе наклонила голову. А что еще остается Калебу ночью, как не помогать друзьям? В то же время я была склонна согласиться с Бет, Калеб был сложной, интересной личностью, и узнав об этом, я не обрадовалась. Будь он тупым, зацикленном на себе, мне было бы легче о нем забыть. Ведь рано или поздно мне придется забыть его и жить дальше. У меня впереди оставались почти полгода времени до и после рождения малыша, а потом начнется другая жизнь, которую я, возможно, продолжу обучением не тут. И что тогда делать, если я влюблюсь в Калеба? Есть два варианта: остаться здесь, стать второй Оливье, и так же как она ревниво отслеживать с кем он встречается и тихо ненавидеть их обоих, или же, уехать куда-нибудь, учиться, завести друзей и познакомиться с кем-то не столь красивым, зато живым и доступным. Второй вариант мне нравился намного больше.

— Просто мы не сходимся характерами, чтобы быть друзьями. — Наигранно равнодушно отозвалась я, стараясь не замечать слишком понимающую улыбку Евы, которая начинала меня раздражать. О чем она думает? Неужели так заметно, что я не совсем уж равнодушна к Калебу? — Но так как наши семьи дружат, остается как-то мириться с тем фактом — нам нужно общаться. В любом случае нравиться он мне или нет, слишком много времени приходиться проводить рядом, все-таки мы в одной компании.