Мэри Дэвидсон - Бессмертная и недооцененная

— А что же самое плохое, милая?

— Всем нравится Лаура, вот в чем дело.

— Ты тоже всем нравишься. Еще до твоей смерти ты обладала этаким обаянием.

— Да, но у Лауры его гораздо больше. Из-за нее я выгляжу как Саддам Хуссейн. Я имею ввиду, что никто не может противостоять ее обаянию.

— Я уверена, что это не…

— Лаура нравится Анти!

— Ого.

— Она и мой отец продолжают портить мне жизнь… это была самая длинная вечеринка в честь будущего ребенка. И у меня неприятности в клубе. И Лаура, она… она милая, но это не ты. И кроме того, я могла бы заняться сексом с Ником, я ему на самом деле нравлюсь, но я люблю Синклера и услала его прочь, а Синклеру нет до этого дела и… и… О, Боже!

— Эммм, — Джессика явно пыталась подобрать слова.

— О, Боже! Я ЛЮБЛЮ Синклера! Я люблю его! Его! Этого… этого заносчивого, трусливого, великолепного, потрясающего…трусливого…

— Ну, конечно же, ты его любишь.

— Вот видишь, а об этом мне стоило бы узнать пораньше, — и я заплакала еще сильней.

Джессика гладила меня по спине.

— Ну, хватит, Бетси, в глубине души, ты давно знала, что любишь его. Будто бы кто-нибудь смог переехать в твой дом, если бы этого действительно не хотела, и ты бы приняла все это просто от какого-то парня. Или спала бы просто с каким-то парнем.

— Но он такой придурок.

— Милая, иногда с тобой тоже бывает нелегко, — она ухмыльнулась и показала на свои черные глаза, — и я говорю это не только потому, что потеряла твой DVD с четвертым сезоном Симпсонов.

— Джесс… Мне очень жаль… я себя отвратительно чувствую… — я показала на свою наготу, шкаф, красные глаза.

— Я знаю, Бетси, — она наклонилась и поцеловала меня прямо в висок, — мне просто надо было подуться, ты знаешь, отойти от событий последних дней. Сразу после случившегося я знала, что ты сожалеешь.

— Да, так и было, так и было! Я чувствовала себя мертвым дерьмом собачьим. Это была поистине худшая неделя.

— Честно говоря, единственная причина, по которой я решила тебя простить, потому что мне до смерти хочется встретиться с дочерью дьявола.

— О, Боже, да она такая скучная, — я села и вытерла мои сухие (да, больше я не плачу как нормальный человек) глаза, — то есть, она очень милая. Не пойми меня неправильно она настоящая душка. Она тебе понравится, но…

— Но она не Королева вампиров.

— В последние дни не очень-то по-королевски я себя вела.

— Это не правда. Ты читала Книгу, что узнать больше о себе, об угрозе миру — твоей сестре. Ты выследила ее и была готова биться, пока не узнала какая она милая. И ты помогаешь Джорджу.

— Ты слушала-таки детскую рацию!

— Шутишь? Она была включена двадцать четыре часа в сутки. Я боялась заснуть, не хотела ничего упустить.

— Все так запутано.

— Даже больше обычного, — согласилась она.

— Что мне делать?

— Ну, милая, послать Ника подальше было хорошим началом. Это на самом деле очень много значит, если подумать.

— О, я знаю, — горячо подтвердила я. Даже если она бы сказала, что мне надо переспать с посыльным, я бы и то согласилась с ней. Я была так счастлива, что она снова со мной разговаривает. — Ээээ… когда ты говоришь, что это много значит…

Она округлила глаза, а затем как обычно мне все объяснила.

— Ты отделалась от Ника, потому что ты не хотела причинить ему боль или воспользоваться им. И это именно ты… такая, какой была всегда. Многое изменилось, но только не это.

— Ты абсолютно права.

— Ага, я небо желтое, Ант просто не понятая женщина, а Девид Ивинс (знаменитый дизайнер обуви) просто любитель.

— Ну, не будь противной.

— Ну я собираюсь извлечь из всего этого максимум пользы. А Синклер не любит твою сестру.

— Еще нет, — мрачно сказала я, — но дай ему время.

— Слушай, я уверена, она интересует его…

— Подожди, пока ты не увидишь ее, просто подожди.

— Как будто на него и так не кидаются киски из всех проезжающих мимо машин.

— Ну и картинку ты описала.

— Ох, я просто говорю, что этот мужчина может найти себе любую, но он хочет тебя.

— Нет, он…

— Чтобы ты не сделала с ним, прочитав книгу, — думаю, что пока она рассуждала об этом, она и сама не замечала, что трогает свои шрамы, — не изменит его чувств. Я говорю тебе, и говорила тебе раньше, этот парень сходит по тебе с ума с самого начала. Он так холодно с тобой обращается, потому что ты задела его чувства. Если бы ты была ему безразлична, то он бы просто трахался с тобой без лишних разговоров, ты так не думаешь?

— Я тоже так думала, — признала я, — но он не был счастлив, когда я занялась с ним сексом, а взял и обиделся. Я не смогла понять, почему он повел себя так странно, а теперь уде слишком поздно. Я так долго отталкивала его, что он сдался.

— Так долго? Да ты стала вампиром всего шесть месяцев назад, Бетс. Для него это ничто, как бейсбольный сезон. Как я уже сказала, конечно, он интересуется твоей сестрой. Но ведь она дочь дьявола! А он король вампиров. Поэтому, понятное дело, он хочет, ну ты понимаешь, разобраться во всем. Он поступает как обычно в такой ситуации, ну, как Синклер.

— Но они просто созданы друг для друга. Он просто неземной любовник, а ей суждено покорить мир.

— Да, она бы была ему подходящей парой, — признала Джессика.

— Любой бы подошел и был бы лучше меня.

— Ладно, хватит уже. Эта Книга еще ни разу не ошиблась …

— В Книге было сказано, что мы просто будем править вместе, там не было сказано, что мы будем жить долго и счастливо. Великое множество королей и королев правили вместе, при этом ненавидя друг друга, — я изучала историю Европы. С точки зрения истории брак Дианы и Чарлза дал трещину задолго до ее смерти. — Если бы ты только слышала как отвратительно он себя вел, нет, не просто отвратительно, а так как будто ему вообще на меня совершенно наплевать.

— Я слышала. Как раз хотела сказать тебя, что я в это время спустилась в низ, чтобы оставить чек для Кети…

— Женщины, что прибирает наверху?

— Нет, той, что занимается растениями.

— Джесс, ты не должна платить кому-то, чтобы он просто поливал растения. В этом доме живут пять человек, в самом-то деле! Я уверена, мы сможем это как-то решить и без…

— Как бы то ни было, но я вроде как подслушала вашу задушевную беседу с Ником. А потом подслушала тебя и Синклера. Он говорил очень холодно, — добавила она, взглянув на меня с сочувствием, — я уверена, что еще не все потеряно. Но тебе придется потрудиться.

Я старалась окончательно не расклеиться, от того привычного чувства комфорта, что от нее исходило.