Путь к дракону - Маргарита Ардо
Я обернулась. Среди феноменов Дари не было, куда-то запропастилась. От резко нахлынувшего одиночества мне захотелось домой, к Марике, к маме, на нашу простую, уютную кухоньку, в которой никто в рот не заглядывает — в окна смотрят только алые и малиновые цветы гроздьями и солнце на просвет. Если не считать Марику, цветы и море — мои лучшие друзья!
И вдруг меня обступила группа старшекурсников.
— Это она! Та, что завалила нашего монстра боевика и трибуну впридачу! Ты же?
К старшекурсникам присоединились другие любопытные, и после громкого вопроса вся столовая уставилась на меня. Мне стало не по себе от такого внимания.
— Ну я.
— Как тебя зовут?
— Тара Элон.
И вдруг парни заорали на всю столовую:
— Виват! Виват Таре Элон! Виват девушке с орфом!
Вместе с криками раздались аплодисменты, которые разнесло эхо под высокими гофрированными потолками, белыми с голубым, похожими на бесконечные корешки книг. Половники и чаши в руках невидимых тонтту зависли в воздухе. А мне захотелось втянуть голову в плечи и спрятаться — к такому я была не готова.
Где-то должен быть подвох, всегда бывает. Внутри от волнения всё задрожало, словно я маленькая девочка, готовая расплакаться. Я сжала кулаки. И вдруг в голове прозвучал голос Линдена: «Спокойно. Расправь плечи и улыбайся, просто иди к своему столу. Всё хорошо. Ты это заслужила».
Ухватившись за его голос, как за спасательную соломинку, я сделала так, как он сказал. Студенты что-то говорили, поздравляли, я кивала и продвигалась сквозь толпу. К косым взглядам я привыкла, а вот к восторженным — нет. К счастью, орф рядом со мной не располагал зевак к рукопожатиям и объятиям.
Круглолицая девушка в синей мантии улыбалась.
— Наконец, кто-то показал Энгелу, что он не царь и бог!
— И за все наши шишки получил! — добавил рыхлый парень с двумя макушками, торчащими на голове.
— Тебя уже взяли в команду выступать за нашу академию на Больших Играх? — спросил гибкий широкоплечий брюнет с хитрыми глазами.
— Нет.
— Возьмут, не сомневайся!
Кхм, чтобы я там всё разнесла? Да пожалуйста! Особенно если это будет в столице Аландара.
Я ещё раз улыбнулась в промежуток между лицами, как будто мне всё равно, и уткнулась в свою тарелку. Куда же запропастилась Дари?
Студенты прибывали на обед, и со всех сторон продолжало слышаться: «Это она? Её зовут Тара Элон!» А вот феномены отсели от меня подальше.
Под прожекторами взглядов кусок в горло не лез. Я завернула в салфетку булку и поспешила ретироваться.
«Чего ты боишься?» — спросил Линден, когда я оказалась, наконец, на дорожке у моря. Подальше от всех.
— Я не привыкла к такому вниманию.
«Почему? Ты же очень красивая девушка, на тебя наверняка должны были засматриваться в твоём родном городе!»
— Дело не в красоте.
«А в чём?»
Я остановилась между раскидистой липой и кустами можжевельника. Вдохнула безлюдья, тишина хорошо пахла.
«Только не говори, что опять аландарцы виноваты!»
Пришлось признаться:
— У меня дерьмовый характер.
Он рассмеялся. Я насупилась.
«Хочешь секрет? — веселился Линден так, что даже орф начал фыркать. — У восьмидесяти процентов красавиц в мире характер дрянь, а звёзды совершенно невыносимы. Но это им не мешает купаться в лучах славы!»
Я сделала пару шагов вдоль моря и обернулась.
— Я не всегда была красивой. В школе меня обзывали… сардиной пучеглазой. — Я перевела дыхание, глядя поверх мерцающей головы собаки. — Я… была очень худая, хоть и крепкая, как мальчишка… Одевалась плохо, мы и до войны жили бедно… А потом стали совсем нищие. Вот.
«Но сейчас ты невероятная красавица!» — сказал он с придыханием.
— Мне не очень в это верится.
«Зря».
— Знаешь, когда появился дар, люди и вовсе стали от меня шарахаться. Даже парни.
«Идиоты. Чего ждать от обывателей? Уверен, что ты всегда выделялась из остальных, а они такое не прощают».
— Не прощают, — вздохнула я. — Я пыталась стать своей, показать, что я, не хуже других. А потом научилась огрызаться, драться. И догонять. Не все мальчишки решались меня дразнить к старшим классам. И наши красавицы школьные тоже заткнулись. Одной, которая высмеивала мою причёску и старую школьную форму, я покрасила косу краской для забора. Зелёной.
«Смелое решение, — хмыкнул Линден. — Тебя из школы не отчислили?»
— Не успели. Война началась. Всем стало не до меня.
«А когда у тебя дар открылся?»
— Тебе не кажется, что ты слишком любопытный?
«Просто я хочу знать о тебе всё!»
— Зачем? — Я посмотрела испытующе на громадного добермана.
«Интересно!»
До следующей лекции было ещё полчаса. Я глянула на орфа, от почему-то довольного смущения показала ему язык и бросилась бежать по тропе вдоль моря. Оно плескалось о высокий берег, спокойное, щедрое, просторное. Ужасно захотелось окунуться, даже пусть вода будет холодной! Мне бы хлебнуть той свободы, которой так не хватало!
Решение созрело мгновенно. На бегу я стянула куртку, отметив клочок, где не было острых камней, а море синело глубиной. Сбросила ботинки и носки, и прямо в штанах и рубашке нырнула с разбегу в манящие воды.
Мгновение — обожгло кожу холодом. А потом стало тепло, течением облепило тело одеждой. Я стала тяжелее, но разве это проблема?
Море! Как я люблю тебя! Как я скучала!
Мне стало хорошо. Я могу надолго задерживать дыхание, так что не выныривая, я прорезала руками толщу волн, пронизанную сверху солнечными лучами, и поплыла, наслаждаясь. Имею же я право на пару минуток блаженства? И пусть всё, к чертям, подождёт!
А глубина темнела, манила, шумела в ушах загадочным шёпотом. Море ласкало кожу и распутывало волосы подводными ветрами. Крупные медузы, белесые, прозрачные, поднялись из синей темени мне навстречу. И я с изумлением обнаружила, что это были не совсем медузы — просвечиваемые солнцем, как целлулоидные рыбки, девушки, похожие на привидения в длинных, каких-то резных «платьях», закружили вокруг меня, переливаясь неоновыми оттенками и заглядывая в глаза. Я смотрела на них, зачарованная, не чувствуя ни страха, ни враждебности, поддерживая себя на одном месте движениями рук и ног.
А подводные девушки, казалось, рисовали рядом со мной замысловатый танец, выпуская из ладоней цветы-медузы. Те устремлялись к солнечной поверхности и исчезали. Это было так красиво, волшебно!
Но вдруг в морскую гладь сверху ворвался кто-то крупный и тёмный, нырнул с силой, как снаряд. Прозрачные девушки, будто стайка бабочек, испуганно бросились врассыпную, а я увидела приближающегося ко мне Линдена. Не из плазмы! Лицо его
