Гордая. (Не)пара для волка - Кира Райт

рёв двигателя. Я прижималась к мужу со спины, цепляясь за его одежду. Ветер бил в лицо и развевал мои волосы. За платьем уже особо не следила, всё равно на меня никто не смотрит. Зато ощущение адреналина и полнейшего счастья захватывало, пьянило, оглушало. Хотелось кричать от этого чувства абсолютной свободы, сравнимого разве что с полётом. Вот бы растянуть эти мгновения на вечность!

Скорость была такой, что всё вокруг смазывалось в одно большое пятно. Но главное я видела и так – часть шеи и подбородок Эмира. Остальное же словно и не существовало больше.

И когда он остановился на какой-то возвышенности над городом, стало тяжело дышать от открывшегося невероятного вида, от того, что мы всё ещё сидим так плотно друг к другу, от звука его тяжёлого дыхания… Если закрыть глаза, можно было бы представить, что мы парочка влюблённых, которые решили найти романтическое место для тайного свидания. Но вместо этого я соскочила с байка и подбежала к самому краю каменистого склона. Снизу был обрыв, а вдали – шум города.

Все остальные проблемы, мысли, сомнения отошли на второй план, и от переизбытка эмоций, я закричала, выплёскивая излишки бурлящих эмоций. А вместе с тем и всё то тяжёлое, чем не с кем было поделиться, что тянуло куда-то вниз, в темноту, которой я сопротивлялась ежедневно.

Стало вдруг легко. Спокойно внутри. И я осознала себя стоящей на краю обрыва босиком, в тонком платье, которое пытались сорвать порывы ветра. Обернувшись, увидела странный взгляд Эмира, и протянула ему руку.

Он её не принял, но подошёл ближе.

– Хочешь тоже? – предложила ему свой сработавший способ.

– Что тоже?

– Закричи, Эмир. Давай.

– Зачем? – нахмурился он.

– Увидишь. Кричи. Тут никто не услышит.

– Ты услышишь.

– Ты зануда, – улыбнулась я. – Попробуй же. Ну?

Он не ответил, просто продолжил безразлично смотреть вниз.

– Вспомни, что тебя тревожит, что не даёт тебе жить дальше… – начала тихо. – Выплесни наружу. Вот увидишь, это поможет.

– Что бы ты понимала, – отмахнулся он.

Я покачала головой, но подначивать его не прекратила:

– Давай, Эмир! Один раз. И я отстану. Ну же! Вспомни Даяну…

Он резко отвернулся, сжимая кулаки, но я заметила выступившие когти и сделала шаг назад как раз в тот момент, когда из его горла вырвался крик, переходящий в рёв раненого зверя. Я зажала руками уши от громкости и от боли, которую чувствовала каждой клеточкой своего тела, споткнулась и упала на каменистую землю. Но не заметила царапин, потому что он не замолкал ещё несколько минут, пока голос не сорвался.

Стало тихо. На мгновение показалось, что я оглохла, но потом вернулся шум ветра, города, чириканье птиц. Эмир уже тоже сидел на земле ко мне спиной, глядя вдаль. Его спина была прямой, а руки стали вполне человеческими. Я осторожно приблизилась, усаживаясь рядом.

– Ну как?

Он перевёл на меня задумчивый взгляд:

– Ты часто так делаешь?

– Нет, – покачала головой. – Первый раз.

Мы помолчали.

– Спасибо.

Я подняла голову, не уверенная, что расслышала верно, ведь он снова не смотрел на меня. Но по его изменившемуся выражению лица стало ясно, что всё же это сказал. В ответ я лишь улыбнулась снова.

Если моё спонтанное предложение ему действительно помогло, то это чудесно. Всё это время так хотелось растормошить его, вернуть ему себя того, каким я видела его во прежде. И если получилось сделать это хотя бы частично – уже удача.

И хотя уезжать отсюда не хотелось, спустя пару часов всё же вскочила на ноги. Муж перевоспитывается вроде, можно его и покормить.

– Поехали обратно?

Эмир молча поднялся и подошёл к байку. Подумал. А потом кивнул мне вперёд. Правда?! Пока не передумал, быстро забралась за руль, а он сел сзади, одной рукой обхватывая мою талию, а второй держась за сиденье. Класс!

Почувствовала, как он утыкается носом в мои волосы, но не позволила себе обрадоваться, помня, что именно он чувствует. Вместо этого завела двигатель.

– Только попробуй нас угробить, и я тебя выпорю, – хрипло сообщил он мне на ухо, но я только спустя несколько минут поняла, что это было не столько угрозой, сколько попыткой… пошутить? Да у нас тут прогресс намечается!

Глава 16 Хьюстон, у нас проблема

Прогресс был настолько очевидным, что весьма и весьма удивлял. Эмир не ругал, если делала что-то не так, не грубил, только смотрел хмуро. Сам загнал байк в гараж, ссадив меня во дворе и бросив, что так рисковать он не готов. Но это скорее из вредности сказал, чем на самом деле. Да, водила я не блестяще, но вполне себе нормально. И он это прекрасно видел.

В качестве пряника в процессе успешного вроде бы перевоспитания решила вернуться к своему хобби, то есть приготовить что-то. И в этот раз муж не хамил, молча сел за стол, поел и даже помыл за собой посуду. Пусть тоже молча и без «спасибо», но это ведь ого-го какой шаг. Вот может же, когда хочет.

Хотя всё равно я ощутила лёгкое разочарование, когда схлынула эйфория. Мне показалось там, у оврага, что он наконец-то поверил мне и перестанет всё время дуться. А вышло, что только теперь не кричит. Но и замечать не начал. Эх.

Чтобы не нервировать лишний раз мужа, тихонько слонялась по дому, стараясь не попадаться ему на глаза. На месте не сиделось, так хотелось обсудить с ним наше небольшое путешествие, поговорить о чём-то. Хоть и понимала, что друзьями мы не стали. Да и повод такой. Для него может и вовсе ничего не значит.

Зато для меня такое прям приключение получилось. Приятное. Радостное. Необычное. Я такого никогда не испытывала. Лучше, наверное, было бы только если мы бы там… поцеловались. А что? Мечтать – не вредно. Ничего плохого в этом нет. Но представив Эмира, очарованного мною и с любовью в глазах, сама невольно улыбнулась. Как-то не вяжется с его образом. Если бы несколько лет назад сама не видела его таким, в жизни бы не поверила, что он на это способен.

За своими думами не сразу ощутила чужое присутствие в доме. Ну как чужое? Как раз-таки наоборот… Тут же бросилась к двери, надеясь не впустить братца, но тот уже стоял на пороге, откуда я его и вытолкала на улицу. И сама за ним вышла, закрывая дверь.

– Ты чего тут забыл?

– Отец послал, – принюхался ко мне Атаман, а я поморщилась. – Смотрю, ты не торопишься с