Льдинка - Мария Печурина

— Здравствуй, Марианна, — произносит вампир. — Думаю, ты соскучилась по мне.

Я молча отступаю назад. Я лишь оттягиваю момент. «Может мне удастся проскочить мимо него?» Меня подташнивает. Неподходящий момент. «Что делать?»

— Вижу, ты рада меня снова видеть. Мы так и не пообщались в прошлый раз как полагается. Думаю, сейчас мы это исправим.

От его слов меня трясет. Все ужасы тех дней всплывают в моей голове. «Это он. Это все он».

— Ну что же ты? Не рада? — Он приближается ко мне. — Прости, но нам нужно уединиться, ты же не против?

Он движется ко мне. Еще один шаг. Я дематериализуюсь за его спиной и бросаюсь к двери. Сердце бешено стучит в груди. Я успеваю сделать шаг, прежде чем вампир сбивает меня с ног и наваливается мне на спину.

— Ну, куда же ты, красавица? — шепчет он мне на ухо. Я бью его в лицо затылком. Он чертыхается и ослабляет хватку. Мне достаточно этого момента, чтобы вырваться.

— Маркус! — визжу я, что есть сил, прежде, чем получить удар по лицу. Неприятным теплом кровь бежит у меня из носа и из губы. Я лежу на полу. Тонкая боль чувствуется в моем бедре. Наркотики! Снова!

— Сучка, — шипит Рик, хватая меня за волосы и поднимая. Я еле переставляю ноги. Все такое легкое и незначительное. Боль разливается по телу. Я всхлипываю. Мой кошмар вернулся. Откуда-то издалека доносятся крики. Почему-то я уже вижу мелькающий пол. Меня куда-то несут.

— Рик, что ты делаешь? — слышу я голос Зода.

Все так резко кружится, разноцветное море. Звуки выстрела. Визг шин и ужасный грохот металла. Меня кидают в машину. Она набирает скорость. Я считаю. Проходит пять минут… десять… пятнадцать… Мы все дальше и дальше. «Маркус».

***

Сознание возвращается быстро и резко. Я раскрываю глаза и упираюсь взглядом в белый потолок. Тело ватное, но я кое-как переворачиваюсь на бок и осматриваю помещение.

Вся комната выполнена в серых тонах, которые в первый же миг вызывают отторжение. Ни единой яркой детали. Сплошная серость. Я даже на секунду задумываюсь, а не повредилось ли мое зрение.

Два кресла и кофейный столик около окон во всю стену, две двери напротив кровати — вот и все, что я отмечаю в этой мертвой комнате. Ухватиться взглядом здесь не за что. Я смотрю за окно, отмечая, что чернеющий зимний лес колышется под сильным ветром.

Сил подняться нет. Я прекрасно знаю это состояние, и отпустит оно меня только спустя несколько часов. За это время может произойти что угодно, поэтому мои мысли становятся такими же мрачными, как и окружение.

Ну ничего, зато я могу оценить масштабы своей тупости. Нужно было рассказать Маркусу. Я просила его отпустить меня домой, но почему-то не подумала о том, что он может взять охрану, ничего об этом не сказав мне. Вот почему он так легко согласился с моей просьбой. Это и стало ошибкой — скорей всего король привел охрану на территорию, а Рик уже передал своим ублюдкам. Вот только неясно, почему я все еще жива. Ведь в первый раз они не церемонились, избивая меня и пытая, а после и вовсе решив меня сжечь. Что же теперь? Рик мог расправиться со мной еще в подвале. Уж времени ему бы на это хватило.

Я перебираю в памяти все события, отмечая, что из особняка, по-видимому, я сбежала так легко тоже не спроста. Значит ли это, что в окружении Маркуса много крыс?

Маркус… У меня сердце сжимается, когда я думаю о нем. Жив ли? Что сделали с ним мои мучители? Очень надеюсь, что ни он, ни его воины не пострадали.

Лучик солнца выглядывает из-за туч и освещает комнату. Мне хочется верить, что это хороший знак.

Преодолевая заторможенность и вялость, мне все-таки удается сесть. Судя по свету за окном сейчас уже день, значит в отключке я пробыла всю ночь. За такое количество времени меня могли увезти далеко от города. Черт! «Чего же от меня хотят?»

Я прикидываю, как можно отсюда выбраться. Шансы сведены к нулю, потому что, осмотрев еще раз комнату, я вижу в углу камеру наблюдения. За мной следят и уверена, что тут мне не удастся пройти незамеченной и пару шагов. Я не удивлюсь, если запись они снова пошлют Маркусу.

За дверью слышатся шаги. Все замирает на несколько секунд, а потом в комнату входит… Сначала я думаю, что это нелогично. Его заставили прийти сюда, но по его улыбке на губах, я понимаю, что он и есть мой настоящий кошмар.

— Надеюсь, сегодня ты будешь более разговорчива, детка, — произносит Док, направляя пульт на камеру. «Он ее отключил. Это нехороший знак».

— Ублюдок, — шиплю я, подтягивая ноги к груди.

— Мне нравится твое упрямство. Оно у тебя в крови.

Я смотрю на него. «Почему? Зачем он это делает?»

— Зачем? — угадав мои мысли, спрашивает он. — Я тебе расскажу.

Док приближается ко мне. Я пытаюсь отползти от него в угол кровати, но он дергает меня за ногу. Оказавшись на спине, я готовлюсь к боли, но Адам нависает надо мной, давя своей темной аурой. Он хватает меня за подбородок и вынуждает смотреть себе в глаза.

— Ты принадлежишь мне, красавица, — шепчет он и окидывает меня жаждущим взглядом. Его рука перемешается на мою шею, вниз по ключице, между грудей.

— Почему? — жалобно пищу я. Он поджимает губы, на щеках играют желваки. Я не понимаю его злости и, честно сказать, даже не хочу понять. Он псих, свихнувшийся ублюдок. Другого объяснения у меня нет. Док отстраняется, встает с кровати и начинает расхаживать по комнате.

— Видишь ли, я соврал королю. Когда я встретил тебя впервые, я сразу понял, что ты будущая вампирша и моя пара.

— Нет, — выдыхаю я, мотая головой.

— А потом ты решила от меня скрыться, — продолжает он, не обращая на меня внимания. — И я очень зол на тебя за это, но еще больше за то, что именно король обратил тебя.

— На меня напали, — шепчу я. — Он спас меня.

— Напали, — хмыкает Док. — Напали, потому что я приказал. — Лицо Адама мгновенно искажается злобой. — Король порушил все мои планы!

— Приказал? — опешивши спрашиваю я.

Док расплывается в улыбке, от которой у меня начинают поджилки трястись.

— А что тебя удивляет? — Он подходит к кровати. — Тебя бы ранили, привели ко мне. Я бы обратил тебя и заботился после. Ты посчитала бы меня своим героем. И жили бы мы