Избранница последнего из темных (СИ) - Касс Вероника

Это что же? Не Дин его нашел, а сам король меня просто вытащил, никого не спросив? А вдруг я оказалась бы самой настоящей преступницей? Видимо, весь мой мыслительный процесс отразился у меня на лице, потому что король внимательно за мной наблюдал с появившейся на губах легкой улыбкой и приподнятыми бровями.

— Так, может, вы расскажете, чтобы я знал? Одно я, конечно, понял: вы человек, любящий постоянно попадать в какие-то неприятности.

— Неправда, — ахнула я, — я же не специально. Меня подставили.

— А вот это уже интереснее, — король улыбнулся, больше напоминая своим оскалом хищника, а по полу у нашего диванчика поплыла темная магия мужчины. Она, словно туман, расползлась по всей беседке и странным образом начала согревать мои ступни, которые я больше не могла разглядеть сквозь черную дымку. А король, казалось, не видел ни своей магии, ни того, как я ошарашенно ее рассматривала, и продолжал поедать меня взглядом. — Продолжайте, тена Катарина.

— Пока я была с вами… Сегодня днем, — уточнила, осознав, как двусмысленно прозвучала моя фраза. — Кто-то открывал портал в моей комнате. Светлый. Как я поняла, этот портал вел в покои тены Виолы, и этот кто-то навредил девушке, в чем обвинили меня.

— Кто? — Мужчина прищурился. Казалось, что он настолько внимательно на меня смотрел, что даже не моргал.

— Я не знаю кто, — с трудом сдержалась, чтобы не всхлипнуть, — Знаю лишь от бабушки, что тена Виола лежит в палате у лекаря.

— Кто обвинил вас, тена Катарина? Я спросил об этом.

— Ах. — Я сжала ладони в замок, понимая, что это мой единственный шанс настроить короля против тетки. Не то чтобы я этого желала, просто прекрасно осознавала, что у меня не было выбора. Либо я, либо она. — Тена Альтеро, — почти шепотом ответила, облизала губы и продолжила рассказ, ничуть его не приукрашивая: — Она появилась в моих покоях сразу же после того тена, что принес от вас книги, и пропустила ко мне седовласого тена с тростью. — Тен Николас.

— Да-да, тен Николас. Он магически осмотрел мою комнату, после чего в спальне нашел следы от трех порталов, двух светлых и одного темного.

— Мой с вашим и еще чей-то, — задумчиво сказал Кириан и протянул ладонь, подхватывая прядь моих волос. Естественно, прямых, я так и не накрутила их третий раз за день, не до того было.

Я сжалась и словно перестала дышать, а мужчина этого даже не заметил, он продолжил прожигать меня взглядом и просто крутил в пальцах мои волосы. Всего одна прядь, достаточно длинная, а потому ладонь Кириана была не настолько близко ко мне, но все же… Складывалось ощущение, что он и вовсе не видел того, что делал.

— Да. Мой, ваш и еще чей-то, — тихо ответила, — Тен Николас мне не поверил, хотя и внимательно выслушал.

— Он вас допрашивал? — Его пальцы замерли, а взгляд из задумчивого стал колким. Я кивнула, понимая, что еще чуть-чуть — и с ума сойду от поведения Кириана. — В той комнате? — Я опять кивнула. — И все равно не выпустил вас оттуда? — Кивнула еще раз и решила кое-что добавить.

— Он пустил ко мне бабулю после допроса. Ненадолго, но дал поговорить наедине. Если честно, то бабушка во всем обвиняет вашу тетю, — тихо сказала и тут же сделала виноватый вид. До трепетной лани мне, конечно, было далеко, но все же. — Я не знаю почему, но бабуля была так зла, возможно…

— У тена Николаса, — перебил меня король, — есть артефакт, показывающий, обманывают его или нет. Конечно же, его можно обойти, но только не в комнате с ограничителем магии. А значит, он прекрасно понял, что вы ему не врали, но все равно оставил вас там, — еще тише, почти зловеще добавил мужчина и опустил свой взгляд, натолкнувшись на собственную руку с моими волосами в пальцах.

Надо отдать должное королю, он почти не подал вида, что удивился, лишь ненадолго закашлялся, отпустил мои волосы и сразу же извинился.

— Идите спать, тена Катарина. — Кириан взмахнул ладонью и открыл портал.

— Спасибо, — кивнула ему и быстро поднялась. В этот момент клубящийся по полу туман словно вырос и начал скрывать не только мои ступни, но и половину пышных юбок, король же смотрел на мое лицо, сжав челюсти.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сама не знаю почему, но я не решилась повернуться к Кириану спиной, просто начала медленно пятиться. Шаг за шагом, не разрывая зрительного контакта с мужчиной, чей взгляд сейчас напоминал его же темную магию. Там не было зелени, лишь тьма. Я наконец-то сделала последний шаг и оказалась в своей комнате, но перед тем, как захлопнулся портал, сквозь перламутровую рябь я успела заметить, как черный туман в беседке увеличился и заполнил ее полностью. А я выронила бокал с водой, про который забыла напрочь.

— Черт! — выкрикнула, взмахнув рукой, и с ладони сорвалось белое облачко, которое окутало бокал у самого пола. Вода разлилась, но хрусталь остался целым.

Я быстро присела, подхватив бокал за тонкую ножку, и поставила его на стол.

«Дин!» — позвала духа, но он опять не ответил.

Я устала настолько, что сама не поняла, как меня окутало белой дымкой, и платье свалилось к ногам. Да, именно этого я и хотела — раздеться и упасть на кровать. Неужели моя же магия начала работать настолько безусловно?

Откинула покрывало с постели и заметила зеркало. Каждый шаг давался мне с трудом, потому что глаза слипались, а усталость была катастрофической. Взяла зеленую ткань и перед тем, как закрыть ею зеркало, взглянула на свое отражение, встав боком. Живот только-только намечался. Так странно: в том мире у меня в обычном состоянии живот был больше, а сейчас низ живота лишь слегка округлился. Я провела по нему ладонью, погладив, и, тяжело вздохнув, все же завесила зеркало зеленым полотном и отправилась в кровать.

Все завтра.

Укрылась одеялом с головой, надеясь на безмятежный сон, но ночью ко мне неожиданно явился незнакомец в балахоне.

— Вот и толку от того, что я зеркало завешивала, — со стоном произнесла и села на кровати.

— Не рада меня видеть? — усмехнулся мужчина, закинув ногу на ногу. Он опять сидел в широком кресле у зеркала, словно это была его личная собственность.

— Ну, как вам сказать, — потянулась я и еле успела подхватить одеяло, которое чуть не свалилось с груди. — Я же вас так ни разу и не видела, вот и сейчас не вижу.

— Ну вот. Так придешь женщину навестить, а тебя не рады видеть, — рассмеялся он и, уперев руки в колени, наклонился ближе.

Слишком у Темного Бога, если все же это и правда был сам местный бог, было веселое настроение сегодня, словно…

— Игривое, да-да… — ответил он за меня, прочитав мысли, бегущие быстрее моих слов.

— Что вы хотите?

— Да так, время свободное появилось. Ты сегодня пользовалась моим кулоном. Мне понравилось, — протянул он, словно довольный кот. — А еще вот. — Он качнул головой, и около меня на кровати что-то вспыхнуло темным и…

— Боже… — ахнула я, недоверчиво потянувшись к большой коробке Рафаэлло.

— Да, ты все же права. Обращение «Боже» мне нравится. Странно, почему мои люди так не выражаются. Даже обращаясь к моей жене, — я не видела мужчину, но готова была поклясться, что он скривился при упоминании о своей благоверной, — так не обращаются. Угощайся, Арина, смелее. Я быстро выудила одну конфету, распаковала ее и блаженно засунула в рот. И, лишь прожевав, поняла, что родной и знакомый вкус не утолил моей жажды по шоколаду.

— Как? Не угодил? — картинно ахнул Темный Бог и поднялся с места. — Вот, еще.

Тут же рядом с коробкой Рафаэлло появилась коробка “Родных просторов” именно того вида, который я любила больше всего. Я потянулась, открыла крышку и сглотнула. Слишком подозрительно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Откуда? — Мои самые любимые сладости. Я, конечно, могла предположить, что это все Дин. Залез в мою голову и память, но…

— Я виделся с твоей матерью.

Как же хорошо, что я так и не откусила новую конфету, лишь подцепила ее пальчиками и рассматривала, иначе бы подавилась.

— И? Как она? Поняла, что с ней Катарина, а не я?

— Если ты будешь себя хорошо вести, я устрою вам встречу, — ответил он, игнорируя мои вопросы. Мужчина подошел к кровати и опустился на нее. Совсем рядом со мной. — Мои силы наконец-то восстановились должным образом.