Брачная аферистка на императорском отборе (СИ) - Шах Лия

— Просто они тебя не любили… — тихо сказала я, так, что бы не услышал Элиот. Врать о любви ради денег низко? Я — брачная аферистка, на минуточку. Подняв на Айдана взгляд, я постаралась сыграть безнадежно влюбленную в Чудовище Красавицу.

Между нами установилось напряженное молчание. Айдан явно ушам своим не верил, и чем больше до него доходили мои слова, тем шокированнее становился его взгляд. Все. Клиент готов. Оскара мне!

— То есть… — с трудом протолкнул эти слова из глотки император. — Ты хочешь сказать… Что все эти изменения в тебе… Ради…

— Тебя. — бесхитростно выдохнула я.

Где мои аплодисменты? Этот разгорающийся огонь в желтых глазах ках-шахрастарского Зверя говорит только о том, что мне поверили. Скажу без преувеличения, это был мой самый грандиозный спектакль за всю жизнь.

А потом что-то пошло не так.

Взгляд императора резко сузился, губы сжались, а Элиот моментально выскочил за дверь, почуяв неладное.

— Раз ты не хочешь говорить мне правду, то отбор будешь проходить наравне со всеми. — едва сдерживая гнев, сказал Айдан.

Блин, у тебя комплексы что ли?

— Ты считаешь, тебя нельзя полюбить? — широко улыбнулась я, весело глядя в желтые глаза Зверя. — Или ты вдруг решил рассмотреть другие кандидатуры?

Губы, которые снились мне по ночам уже целую неделю, еще сильней поджались, а глаза опасно потемнели. Но играть надо до конца. Запомните, если начали манипулировать, то останавливаться нельзя. Это может быть опасно.

— Авикейла… — глухим рокотом прорычал он мое имя, напряженно следя за тем, как я поднимаюсь из-за стола. Мда, позавтракать тут не удастся. Пойду на кухню. Может там будущей императрице дадут водички?

— Если я тебя не устраиваю, то не вижу смысла и дальше здесь находиться. — пожала я плечами, а потом присела в официальном реверансе. — Прощайте, ваше величество.

Выпрямившись и подарив ему прощальную улыбку, я легким шагом направилась на выход из столовой, прекрасно зная, что я делаю. Тут как бы вариантов не много. И в точности с моими расчетами едва я достигла дверей обеденного зала, меня резко развернули сильные руки, а мощное тело впечатало в стену. Испуг? Нет. Ликование! Не знаю, как там поживает моя магия, которая никак не работает на этом мужчине, но от женской хитрости еще ни один не сумел себя защитить. Я не смогла скрыть широкой улыбки, когда мое лицо опалило его горячее дыхание. Кажется, я тоже начинаю сходить с ума. Понимаю, что так нельзя, что это не профессионально, но меня к нему тянет. И с каждым днем все сильнее.

Но стоило мне встретиться с его взглядом, как я поняла, что что-то пошло не так. Желтые глаза затопил черный дым, и такой магии я не знала. Тело рефлекторно попыталось вырваться, убраться подальше от странного мужчины, но его рука взметнулась вверх, крепко сжимая алые локоны на затылке, а губы обжег дикий поцелуй.

— Это обеденный зал, леди. — раздался в дверях голос Элиота. — А нет, давайте-ка еще погуляем.

Куда погуляем?! Элиот, засранец, помоги мне, я все прощу! Прикосновения Айдана доставляли жгучую боль и словно ломали что-то внутри меня. Он был так напорист, что становилось сложно дышать. Я бессильно скребла наманикюренными ногтями по его плечам и груди, мечтая, что бы это безумие немедленно прекратилось. Так меня еще никто не целовал. Он словно хотел оставить на мне клеймо, устанавливая свои права, но именно этого я и не хотела. Прожив всю жизнь, как кошка, что гуляет сама по себе, я насмотрелась на других девочек из модельного агентства, что влюблялись в своих покровителей. И такой судьбы для себя я не желала. Это ведь так просто… Возведи вокруг себя ледяной барьер, а остальные чувства… Их можно сыграть. Нимхаша была права, не смотря на то, что в этом мире я владею магией любви, о самой любви я не знаю ничего. Никогда не влюблялась и не собиралась. Но сейчас я четко понимала, что делают со мной эти желтые глаза. Они плавят мой лед и вскоре смогут добраться до души.

Что бы сжечь ее. Что бы я тоже стала, как те несчастные, которые растворялись в своих мужчинах, теряя себя, свою жизнь и свои желания. Они называли это любовью, но я вижу, что это просто кошмарная зависимость. Наркотик. Нельзя подпускать к себе другого человека так близко, если хочешь нормальной жизни. Без боли. Без ревности. Без страха потери. Без привязанности. И без всяких условий. Быть свободной, самодостаточной, счастливой. Свобода граничит с одиночеством? Нет, есть масса других вещей в этой жизни, которым можно посвятить себя, не боясь предательства и удара в самое сердце.

А сейчас я чувствовала, что если это безумие продлится хоть минутой дольше, то я просто не смогу себя защитить. Айдан не тот мужчина, которого можно легко проигнорировать. Он умеет подчинять. Я понимаю, что когда это случится, я не захочу вновь с этим бороться. Не будет ни сил, ни желания, так же, как и у всех других женщин, кто прошел через это. И сейчас мне стало страшно. Этот хруст, который я слышу так явно… Так могли бы хрустеть кубики льда под его тяжелыми ботинками, которыми я собирала слово "свобода". Горячая ладонь опустилась на мое бедро, уверенно комкая юбку черного платья, задирая его вверх до самой талии. Шершавые ладони по-хозяйски прошлись по чувствительной коже, оставляя за собой пламенеющий след моей капитуляции. Могла ли я хотеть чего-то сильнее, чем золота и денег?

Да, могла. И это случилось.

— Ваше величество, у меня срочная информация. — крайне виновато протянул голос Элиота от двери.

— Вышел. — хлестко приказал император, закрывая меня собой от случайных взглядов.

И вот он взял и вышел! Элик, я тебе гарем злых жен организую!

— Маленькая лгунья, о том, что бы уйти, можешь даже не мечтать. — выдохнул прямо мне в губы Дан, а я, как завороженная, смотрела в клубящуюся тьму и до меня медленно доходило, что этот человек далеко не осел. Он знает, что я не та, за кого себя выдаю. Он знает, зачем я здесь. Он не против этого. Ему что-то он меня нужно, поэтому мне все сходит с рук. Но ведь у меня ничего нет!

— Хорошо. — прошептала я. А что, надо было орать "ньет, ньегодьяй, йа пошла сбегать"? Пффф, если я решу на самом деле сбежать, то мало того, что меня сложно будет остановить, так я еще и его доверием попробую заручиться. Поэтому делаем честный взгляд и не обращаем внимание на подозрительно прищурившуюся темноту.

— Точно? — недоверчиво протянул он, а тьма в его глазах стала рассеиваться.

Да безусловно, милый! Вот сейчас как поцелую… На своих правилах.

Обольстительно улыбнувшись, я полностью взяла себя под контроль и сама потянулась к императору, притягивая его к себе за шею. Когда инициатива в моих руках, я могу контролировать все и себя в том числе.

— Проклятье мое… — простонал император, прижимая меня к себе и сминая губы в отчаянном поцелуе.

Но это не помешало мне услышать тихий шорох открываемой двери. Приоткрыв один глаз, я посмотрела на того, кто нам решился помешать и озадаченно отстранилась от мужчины.

— Смотри, у тебя дверь мутирует потихоньку. — кивком указала я Дану на незапланированную руку, которая просовывалась в дверном проеме. Он устало вздохнул и всем телом развернулся к неожиданной модификации интерьера.

— Проклятье мое, ты ведь не боишься отрезанных рук? — недобро глядя на дверь, уточнил у меня император. Рука дрогнула и стала засовываться обратно, явно имея в своем арсенале еще и слуховые проходы.

— Нет, золотой мой, но у этой конкретной руки в пальцах было зажато что-то интересное. — поправляя юбку, указала я на очевидное. И на зажатое, и на его статус в моей жизни. Ласковое прозвище "золотце мое" приобрело наконец-то максимально буквальное значение.

Рука нерешительно замерла и решила продемонстрировать нам и другие свои части тела. Например, голову секретаря. Нет, к сожалению, она была не в руке, а на месте. Взволнованно посмотрев на императора, Элиот осторожно протиснулся в дверной проем, сжимая в руках какое-то устройство.