Айрин Луна - Танец Пепла

Быстро убедившись, что все живы и здоровы, за исключением ушибов и пары вывихнутых пальцев, отряд во главе с Гендальфом двинулся вниз по каменной тропе. Я предпочла немного отстать от непонятно чем раздражённого волшебника, и теперь шла в самом конце рядом с Бильбо. По пути мы сделали лишь один короткий привал, чтобы утолить жажду. Воспользовавшись моментом, я отошла в сторону осмотреть свою левую ногу, которая постоянно болезненно отдавалась при каждом движении. Как я и боялась, ниже колена красовался довольно глубокий и сильно кровивший порез, скорее всего заработанный при моём «лёгком» приземлении на камни. Хотела было перевязать рану, как вспомнила, что мой походный мешок со всем содержимым всё ещё был у Гендальфа. Я невольно поморщилась. — Если вернусь и попрошу свой мешок, он обязательно спросит зачем… — А казаться слабой и беспомощной мне сейчас совсем не хотелось. Одёрнув платье, я было встала, как чуть снова не оказалась на земле — боль в ноге только усилилась. — Твою мать!.. — Мысленно покрывая всех и всем, особенно «доброго» волшебника, я, стараясь сильно не прихрамывать, вернулась к отряду.

Гномы уже были на ногах, а Гендальф стоял впереди, нетерпеливо переминаясь. Кинув в мою сторону раздражённый взгляд — Ну какая оса его укусила? — он, не говоря ни слова, развернулся и продолжил шествие. Сделав первый же шаг, мне пришлось до боли закусить губу, чтобы не взвыть в голос. Я снова плелась в конце, еле-еле поспевая за Бильбо. От постоянного напряжения, вскоре загудела голова, и теперь каждый шаг отдавался ещё и болью в висках. Я была готова помянуть всех лихом и остаться под ближайшим кустом, как ущелье резко кончилось, и мы оказались у входа в долину.

Картина открывалась действительно завораживающая: с окружающих скал срывались небольшие сверкающие водопады, а чуть вдалеке величественно возвышались белокаменные постройки, утопающие в пышной зелени вековых деревьев. Будь я в здравии, то с удовольствием бы насладилась красотой природного ландшафта, но в настоящий момент все мои физические и духовные силы уходили на то, чтобы не застонать в голос и не закрыть глаза от болезненно-яркого света.

— Правда красиво? — Ко мне с улыбкой повернулся Бильбо, и тут же озабоченно вскинул брови. — С тобой всё хорошо? Ты что-то бледная очень. — В ответ я только отрицательно завертела головой. Я надеялась, что мы скоро доберёмся до Ривенделла, и я смогу в тишине и вдалеке от ненужных глаз обработать свои повреждения.

Тропа теперь уходила резко вниз. И когда мы начали постепенно спускаться, я поняла, что испытываемые мной до селе неприятности были ничем, по сравнению с той болью, что простреливала через всё тело, каждый раз как я сгибала ногу в колене. Пальцы судорожно хватались за камень, чтобы не потерять равновесие и не сорваться вниз. Краем глаза я заметила, что безнадёжно отстала, но двигаться быстрее просто не могла.

В какой-то момент левая нога всё же подкосилась, и моё ослабевшее тело полетело назад. Я с размаху ударилась головой о каменную тропу, из глаз от разрывающей мозг боли, брызнули искры, в лёгких не осталось ни грамма кислорода, а потом постепенно всё заволокло туманом. Я отрешенно смотрела в небо — глаза медленно застилала тьма… Надо мной нависла чья-то тень, вдалеке эхом отдавались голоса…Меня резко подняли на ноги. Кто-то пронзительно закричал. Моё туманное сознание отметило, что крик принадлежал, похоже, мне. Моё тело снова медленно оседало на землю… Я закрыла глаза от режущего света, и окружающий мир исчез. Осталась только боль, разрывающая голову изнутри.

Он ненавидел Бри. До зубного скрежета, до подкатывающей тошноты. Этот город, как и его твёрдолобые, примитивные жители не вызывали в нём ничего, кроме отвращения. Командир стражи грубо толкнул дверь в «Гарцующий пони» и кивком обозначив трактирщика, тяжёлой поступью поднялся на второй этаж. Берта должна была уже ждать его в условленной комнате. Рыжеволосый достал ключ, повернул пару раз, толкнул дверь и сразу запер изнутри.

Внутри было темно, за исключением отсветов от камина. Его глаза сразу нашли кровать, и тут он замер. На грубой двуспальной койке на животе лежала девушка, полностью обнажённая… Её тёмно-русые волосы упали на плечо, открывая лицо, глаза были закрыты. Командир стражи подошёл к кровати и раздражённо фыркнул.

— Берта, что за фокусы? Ты же знаешь когда я приду.

— Зачем же так орать? Дама всё равно не проснётся. — Рыжеволосый резко обернулся. В кресле у камина, вальяжно закинув ногу за ногу, сидел молодой мужчина. Одет он был в вычурный бархатный камзол коричневого цвета, украшенный серебряной вышивкой. Мужчину можно было назвать красивым, если бы не холодные серые глаза, внимательно следившие за стражником с бледного лица, обрамлённого коротко-подстриженными светлыми волосами.

— Что ты здесь делаешь? — Выдохнул рыжий.

— Пришёл с тобой поговорить… Я так давно от тебя ничего не слышал. А на мои письма ты не отвечаешь… — Молодой мужчина деланно улыбнулся и грациозно поднявшись, подошёл к рыжему. Стражник лишь нервно сглотнул. — Джонни, Джонни. Неужели ты и правда думал, что я ни о чём не узнаю? — Красавчик назидательно погрозил изящным пальцем.

— Не называй меня так. — Прорычал стражник в ответ.

— Отчего же? Тебе не нравится твоё настоящее имя? — Молодой презрительно скривил губы. — Однако… Но дело не в этом, Джонни… Ты решил, что умнее меня? Умнее нас? Захотел забрать её себе, а потом спрятаться? Наивный… — Бледная рука дотронулась до щетинистого подбородка. Командир отпрыгнул как ужаленный.

— Зачем ты пришёл? Её всё равно тут нет. Она сбежала с гастролёрами, а те её выгнали. Фера её пока не нашла…

— Фера умерла и ещё двое вкупе с ней, дебилоид. И в том, что она сбежала, виноват ты, Джонни, и твоя беспросветная тупость. Если бы ты всё сделал как тебе было приказано, девица уже давно была бы, где ей полагается. — Рыжий молчал. — Что? Нечего сказать, придурок? Тебе что было велено? Если она объявится, сразу отправить Феру с посланием. Но никак не вмешиваться! — Голос красавчика почти сорвался на крик. Джонни покосился на спящую девушку. Поймав его взгляд, молодой мужчина усмехнулся. — Не волнуйся, она нас не слышит и пока не проснётся. Берта? Так?…Милое создание….Приятная кожа. — Командир стражи побелел и испуганно уставился на красавчика.

— Что ты с ней сделал, Даниэль?

— Не волнуйся, её оплаченную тобой девственность, я оставил тебе. Что же касается остального…Ты же не думал, что я просто приду с тобой чай попить? Да, и тебя так долго не было… — Даниэль грубо шлёпнул женщину по ягодице, где сразу проявился красный след.