Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ) - Юлия Марлин

Обидчики исчезли и я, наконец, перевела дыхание. Под рёбрами ломило, во рту было кисло и отчего-то солоно. Села, ощущая тяжесть в голове, и тут натолкнулась на внимательный взгляд… Кая Хидинса.

— Мамочки, — отпрянула невольно.

— Я настолько страшный? — Парень улыбнулся.

Руки расслаблены, взгляд открытый. В мужской позе ни тени агрессии, отвращения или неприязни. Он действительно пришёл помочь.

— Нет, — ответила глухо. — Просто не ожидал.

— Не ожидал, что вмешаюсь и заступлюсь за тебя?

Неохотно кивнула.

— Они мерзавцы и трусы, Эдвард. Тем, кто поднимает руку на слабого и беззащитного, в Эвер-Ниаре не место. И тем более не место на факультете защитников. — Кай сел на корточки и протянул мне руку. — Хватайся.

Вложила пальцы в горячую широкую ладонь, начала выпрямляться, но тут из глаз посыпались искры.

Я застонала, хоть и понимала, что выдаю себя с головой. Мужчины обучены терпеть боль, но я не мужчина, и едва могла дышать.

— Вот так. Тихонько, Эд. Тут рядом галерея со скамейками. Дойдешь?

Стиснув зубы, повисла на Кае.

— Попробую.

Наконец, меня усадили на скамью с резными ножками. Галерея оказалась весьма уютной. Рядом еще две скамейки из белого дерева и маленький столик. Сверху льётся свет декоративных фонарей. В нишах благоухают цветы в глиняных горшках.

— Посиди, — велел Хидинс. — Соберу книги с пола.

От благодарности даже растерялась.

— Спасибо, Кай.

Боевик отмахнулся «не за что», скрылся за углом и вернулся со стопкой учебников.

— Теперь рассказывай. За что они тебя избили?

Я потупила глаза. Каждый новый вдох причинял адскую боль, хотелось просто сидеть и молчать. А еще лучше уткнуться Каю в мускулистое плечо и разреветься. Выплеснуть всю боль слезами, как делают все беззащитные леди. Но я не могла. Проглотила горький комок.

— Винсан невзлюбил меня с первого дня. Считает, оскорбляю его своим присутствием.

— Кретин, — гневно рыкнул Кай. — В Академии все равны. Завтра же обо всём доложу Дюрбэ.

Я невольно сжала его руку.

— Не надо, Кай. — И тут же отпустила, вспомнив, кого он во мне видит. Хорошо, Хидинс не заметил.

— Почему? Нельзя оставлять твоё избиение.

— Да, но понимаешь… Как только ректор об этом узнает, начнёт выяснять, кто я и откуда. Будет интересоваться родными, а у меня… — слова резали горло стеклом, — с этим проблемы.

— Какие?

— Мой опекун, — я облизнула сухие губы, — он очень плохой человек. И очень влиятельный. Когда узнает, где я, сразу заберёт из Академии и потом…

— «Потом»? — Кай настороженно сузил внимательные глаза. В слегка приплюснутых зрачках блеснула необъяснимая желтизна.

Посадит под замок, и когда наступит момент, опустошит опасным ритуалом, после которого я, скорее всего, умру, мелькнула темная мысль.

— Мне будет очень плохо. Пожалуйста, Кай. — Умоляюще посмотрела ему в лицо. — Никому не рассказывай.

Старшекурсник обхватил меня за плечи.

— Тише, Эд. Я не болтун. Скажешь, буду молчать.

— Молчи, — попросила, сглатывая стон.

— Уверен?

Медленно кивнула.

Он с минуту задумчиво тёр шею и сложил для себя цельную картинку:

— То есть, ты сбежал от опекуна и тайно поступил в нашу Академию?

Терпеть не могу делиться секретами с малознакомыми людьми. Но тут без вариантов.

— Да.

— И теперь, если он тебя найдет, сделает что-то дурное?

— Правильно, — я зажмурилась. От боли под рёбрами начинало плавать перед глазами. Надо бы лечь в кровать. А то завтра не смогу пойти на занятия.

Вдруг над ухом раздался тихий, вибрирующий рык.

Подняла глаза и сжалась. Кай втягивал мой запах, при этом странно жмурился, а его ноздри трепетали.

— Ты что делаешь? — Воскликнула.

— Твой запах, — открыв глаза, Хидинс облизнулся. — Обратил внимание еще на станции, но думал, ошибся. Нет. Сейчас то же самое.

— То же?

— Пахнешь, как девчонка.

Я невольно отодвинулась, замечая в мужских глазах пугающую желтизну.

— Ну… у меня младшая сестра, — выкрутилась из ситуации. — Может, это ее запах на мне сохранился?

Хидинс дернул плечом, словно хотел возразить, вслух же молвил:

— Может быть.

Я ссутулилась, обхватывая себя руками и делая глубокие вдохи. И тут в мозгу запоздало щелкнуло. Кай меня жадно обнюхивал и едва не раскрыл иллюзию. Обычные люди друг друга не нюхают. Это традиции северных оборотней и перевёртышей с болот. В столице бытует мнение: всех их давно истребили, тогда что сейчас было?

Вскочила, чтобы спросить и это стало фатальной ошибкой. Рёбра прострелил жуткий спазм, приправленный колющей болью.

— Эд, ты чего?

— Больно, — шепнула, прижимая руку к ребрам и медленно оседая.

— Хей, друг, — зоркие глаза парня прошлись по моей фигуре, спрятанной под просторной рубахой. — Тебе надо в лазарет.

У меня вконец перехватило дыхание. Я оттуда еле ноги унесла, и поклялась его сторониться. И снова вернусь?!

— Не пойду, — промямлила зло.

— В ребрах могут быть трещины. Нужна помощь Мальера.

При звуках демонического имени пламя в крови с неистовым напором прихлынуло к сердцу. Тело бросило в жар, на лбу проступила испарина. Да что же такое?

Я брыкнулась в крепких руках нового знакомого, но он уже настойчиво тянул по коридору.

— Не спорь, Эдвард. Покажешься доктору, и если все в порядке вернёшься к себе.

— А как же учебники? — Безвольно повисла в его руках. Сил сопротивляться больше не осталось.

Кай щелкнул пальцами, и в воздухе взблеснул зеленоватый дымок.

— Накрою охранным куполом. Потом заберёшь.

Глава 15. Попалась, птичка

В мужском крыле лазарета ничего не изменилось.

Ряды коек вдоль стен. Зашторенные окна. Яркий свет и пряный аромат травяных настоек и зелий. Доктор сидел за рабочим столом в медицинской форме, что-то вписывал в гербовые бумаги.

Он явно почувствовал наше приближение. Едва вошли — меня смерили мерцающие темным янтарём проницательные глаза, отчего мгновенно сделалось жарко, а затем бросило в дрожь.

— Что произошло? — Рэн нахмурился и поднялся.

Я прижалась к боку Кая. Не то чтобы я боялась доктора, просто в тот раз в его присутствии темное пламя Унсурэ повело себя крайне непредсказуемо, и очень не хотелось открыть еще и эту тайну.

— Эдварда избили, — ответил Кай. Сама — не могла, висела у него на руках и едва дышала от боли. — Около библиотеки.

Демонические глаза опасно сузились.

— Кто?

Я толкнула Кая локтём, напоминая о тайном уговоре. Хидинс отвел голову вбок.

— Не знаю. Когда пришел, Эд уже лежал на полу.

— Эдвард? — Спокойный до мурашек баритон заставил передёрнуться.

В мое лицо впились огромные глазища, требуя немедленный ответ.

Доктор-демон казался отстранён и холоден, как и подобает господину его статуса, но темное пламя в крови слабенько шептало — он в бешенстве. Еще немного: перекинется в боевую ипостась и пойдет крушить Академию, а заодно