Новогодняя сказка для ведьмочки - Елена Казанцева

Когда я была маленькая, мама не любила ставить елку в доме. Она сетовала на то, что после елки приходиться убирать кучу иголок, мусор. Поэтому перед Новым годом с антресолей папа доставал коробку с искусственной маленькой елочкой, и она водружалась на стол, наряжать ее не надо, игрушки на ней были прикреплены заранее. Каждый год у нас была неизменная елка. А я так мечтала наряжать новогоднюю ель, что придумала рисовать елку на листах бумаги. Потом огромную нарисованную елку я на кнопки вешала на стену в своей комнате. Наверное, и дизайнером стала только потому, что всегда хотела что-то изменить вокруг, а родители мне не разрешали.

И вот вечером мы собрались с девчонками наряжать елку. Матвея я послала к Ярославу, человек болен и вряд ли будет себе готовить еду. Поэтому сыну дала наставления, чтобы он обязательно накормил соседа моим фирменным пирогом.

И вот чего не ожидала, так того не ожидала, но через час Матвей вернулся домой с Ярославом и Лео. До сих пор у меня перед глазами, как падает с крыльца Ярослав, его крик, отекшая нога, и слова его друга «перелом и разрыв связок». Я в этом косвенно виновата и не могу себя простить. Поэтому до сих пор чувствую свою вину.

Но Ярослав, как ни в чем не бывало, встает рядом с девчонками и начинает развешивать игрушки, девчонки мои шушукаются и строят ему глазки, а он гримасничает и показывает им смешные рожицы. А на вид такой серьезный.

Одно неосторожное движение, и шар выскальзывает из моих рук, по полу разлетаются осколки. Боже, что я наделала! Сейчас или собаки или дети поранятся. И я уношусь на кухню за веником. Дурацкий предмет — веник, все время куда-то исчезает. Я бегаю из ванны в кухню, туалет и кладовку, но его нигде нет.

И только тут обнаруживаю его в коридоре. Вдруг слышу из комнаты голос Ярослава: Нет, Лео, нельзя!

Что там происходит, вот с веником и совком забегаю в зал, а там…

Наша красавица елка валяется на полу, кругом битые стеклянные игрушки, а макушка ели уже полыхает пламенем, Ярослав пытается сбить пламя и вытащить макушку ели из камина, а по елке носится рыжий котяра, радостно завывая.

— Матвей, тащи воду, — кричит Ярослав, в зал вбежали собаки, для них шоу, они скачут и тявкают. И тут я сообразила, что в коридоре стоит огнетушитель.

Бегу зайцем в коридор, хватаю огнетушитель, на ходу вспоминая инструкцию, что читал мне пожарный, переворачиваю, внутри его что-то разбивается, и я выпускаю струю белого пара в камин.

Капец, приехали. Все вмиг покрывается белым налетом.

Хорошо девчонки успели выбежать. В углу сидит Лео и вылизывает свою шерсть, в дверях собаки гавкают на меня. Клубы дыма в воздухе и удушливый запах не то от огнетушителя, ни то от сгоревшей елки.

— У нас елки не будет? — вопросительно тянет Стеша, заглядывая в зал.

— Елки не будет, — вдруг начинает плакать Ксюха, стоящая позади сестры.

— Девочки, девочки не плачьте, сейчас мы найдем вам новую елку, — Ярослав достает из кармана телефон и выходит в коридор.

Я слышу, как он разговаривает с кем-то, звучат какие-то цифры.

Это что за елку столько попросили? Совсем с дуба рухнули?

Завтра придется съездить на Новогодний базар и поискать другую елку. Хорошие большие ели, конечно, уже давно разобрали, но и без елки совсем не праздничное настроение. Я смотрю на разруху в доме, тут уборки на день. Но что делать. И берусь за веник.

Только слышу звонок в дверь.

Там Ярослав. Двери хлопают, кто-то басит, какие- то чужие люди. Вышла в коридор и обомлела. Там стояли двое полицейских и держали за рукав Бориса, рядом с которым стояла пышная зеленая только что срубленная елка!

И тут снова открываются двери и входят мои родители! Вот засада!

У мамы округляются глаза, папа выглядит растерянным. Представляю, что они подумали, у дочери в коттедже двое странных мужчин, один с загипсованной ногой, второй — под обоими глазами синяки, и царапины во все лицо, а вдобавок два полицейских.

— Что тут происходит, где Юля? — кричит мама. — Юля!

Глаза у мамы округлились, как будто ее настигла базедова болезнь, у папы глаз дергается. Полицейские, видимо получив, что хотели, быстро исчезли за дверями.

— Юля, что здесь происходит, — капец, сейчас будет промывание мозгов, и хоть мне уже тридцать лет, но мама считает, что она вправе меня отчитывать.

И сейчас она указывает своим пальчиком с дорогущим маникюром на Ярослава и Бориса, кривя презрительно рот, и сузив от злости глаза.

— Юля, соизволь объяснить, что эти, — она запинается, и тычет пальцем прямо в лицо Борису. — Эти бомжи делают в твоем доме.

— О, бабушка приехала, — в коридор выскакивает Матвей, но мама не любит, когда ее называют бабушкой, тем более она так и не смирилась, что я не сдала Матвея в детский дом, и считает этого ребенка чужим.

— Матвей, я тебе сколько раз говорила, не называй меня бабушкой, — она визгливо кричит на моего сына, при этом папа старается молчать, он всегда молчит и не высказывает своего мнения при маме.

— Я вам сейчас все объясню, — Ярослав попытался вставить свое слова, но где там, маму понесло.

— Юля, пусть эти пьянчуги немедленно уйдут! Вот так и знала, что ты скатишься до общения с опойками, говорила тебе в свое время, надо было выходить замуж за Влада, сейчас бы жила, как у Христа за пазухой…

Это вечная тема «замуж за Влада», она всплывала после каждого моего развода. Мне так кажется, что и выдать замуж она хотела меня за него только потому, что Влад был бесплоден, и она его диагноз знала. Мама жутко боялась старости, всеми способами молодилась, и не терпела, когда ее называли бабушкой. Поэтому и внуков не очень то и хотела. Когда появилась Стеша, мама еще как-то смирилась. Но Матвейку жутко не любила непонятно за что, к Ксюше относилась холодно.

— Мама! — пытаюсь притормозить ее и показать кто здесь хозяйка. — Ты зачем приехала? Скандал устраивать?

— Не говори так с матерью! Отец, а ты что молчишь? — мама толкает отца локтем, но тот только крякает, он боится скандалов, а маму уже не остановить, она смотрит на Бориса и корчит презрительную гримасу. — Боже, вы что, никогда не моетесь, от вас несет вонью…

— Да, — и тут Борис выдает такое, над чем мы смеялись весь вечер. — А еще я только что обоссался, когда меня менты за грабеж заповедника задержали!