Как воспитать приют и мужа (СИ) - Белильщикова Елена

   – Что?!

   Резким движением император ссадил девочку с колен, разжимая руки. Разрывая невольную связь. И ощутил, как будто пелена спала с его глаз. Сложились все моменты, описанные в легенде про Огненный Цветок.

   «С чего ты взял, что артефакт – это медальон или украшение? – начал издеваться над Митрием внутренний голос. – Артефактом может быть что угодно… Или кто угодно. Например, эта девочка! Огонек…»

   – А сейчас ты идешь со мной, – неожиданно жестко проговорил Митрий, перехватывая девочку за талию. Прикрывая ей рот рукой, чтобы она и пикнуть не успела.

   От ладони поползла темная сонная магия, окутывая Агни с головы до ног, почти заматывая в невидимый кокон. Девочка обмякла на руках. Зло оглянувшись по сторонам, император даже не стал идти к двери. Он переместился прямиком во дворец, не оставляя ни единого следа по себе. Так, словно и не было его и Агни в этом коридоре. Так, чтобы никто не догадался, что император и девочка встретились…

***

   Мы с Юлианом встретились взглядами, когда он вошел в кладовую, сменяя Дамиана. Дверь тихонько закрылась за ним, и в свете небольшого магического огонька, который муж держал на ладони, я почувствовала себя странно уязвимой. То, как он на меня смотрел… не поддавалось никаким описаниям. Одновременно и жадным голодным взглядом, ведь мы тут были одни. И нежным, чуть печальным. Таким трогательным… Что я не выдержала и отвела глаза. Первая.

   – Что там император? – непривычно хриплым голосом спросила я.

   Юлиан нервно дернул плечом.

   – Рвет и мечет, – честно ответил он. – Я, конечно, старался запутать Митрия, но… Мне кажется, он догадывается. И его желание заполучить Огненный цветок очень сильное. Я… боюсь за тебя, Элеонора.

   Я поразилась, насколько уставшим и надтреснутым звучал его голос. Словно Юлиан говорил через силу. Холодок нехорошего предчувствия пополз по спине прежде, чем муж открыл рот и продолжил говорить со мной. Я отчаянно выпалила:

   – Нестрашно! Я сильная! Ты же знаешь! Я… да я этого императора одной левой! Как у нас, на Земле, в армии! Да я знаешь, с чем справлялась? С бомбами!

   На этом моменте я осеклась, вовремя вспомнив, чем закончилось мое геройство под бомбами. Смертью, если бы не Юлиан. Комой в земном мире. Перемещением в мир Литории… Вспомнил об этом и Юлиан. И помрачнел. Я почти физически ощутила невидимый барьер, который он поставил между нами. Словно толстая железная решетка с лязгом упала вниз, разъединяя нас. И от этого стало неожиданно больно. Еще до того, как Юлиан мрачно проговорил:

   – Ты должна уйти, Элеонора. Вернуться в свой мир. Я… говорил с Дамианом. Это будет сложно, но он сможет провести тебя. И попробовать вернуть в твое тело. Да, есть шансы, что это не получится. Но шансов, что ты выживешь, когда император узнает о тебе, еще меньше.

   – Ты… ты прогоняешь меня? – едва слышно прошелестела я, неотрывно глядя на Юлиана.

   Мои губы пересохли и были такими непослушными, что едва шевелились. Я понимала, что так будет – умом. Я готовила себя к такому исходу уже давно. Но черт… Я же не думала, что это будет так больно. Словно сердце вынули из груди и разорвали на части прямо на моих глазах. Дыхания стало не хватать. Юлиан молчал, не глядя мне в глаза. И до меня потихоньку начало доходить: он не лжет и не пугает. Он действительно хочет, чтобы я ушла… Ушла от него.

   – Хорошо. Я тебя поняла. Когда отправляюсь? – через некоторое время обронила я, гордо выпрямив спину. Но при этом прикрыв глаза. Чтобы ни одна предательская слезинка не сорвалась с ресниц и не выдала мое истинное состояние.

   Юлиан ни за что не узнает, что я влюбилась в него. Я не дам ему унизить меня еще и в этом, швырнуть мне в лицо мои же чувства. Я сохраню эту любовь в своем сердце, даже находясь в другом мире. Если выживу там…

   – Как только Митрий уберется из моего замка, – с непонятной мне злостью бросил Юлиан и отвернулся. Словно и ему было не по себе.

   В моем сердце поселилась такая всепоглощающая тоска при одном взгляде на этого мужчину, что я привыкла называть своим мужем. Но он никогда не был моим по-настоящему.

   Я поддалась порыву. Подошла сзади, легонько обнимая. Положив руки ему на спину, притягивая к себе. И шепнула так ласково, но не скрывая горечи в голосе:

   – Спасибо тебе за все, Юлиан. Спасибо за то, что спас мне жизнь… отдал мне свою руку и свое имя.

   «Жаль, что не свое сердце…»

   – Спасибо за то, что помогал и оберегал каждый день. Рисковал собой ради меня. Терпел чужих детей в своем доме, – голос предательски сорвался, и я на секунду умолкла, чтобы восстановить дыхание.

   Мышцы Юлиана под моими ладонями окаменели.

   – Это мелочи! – резко буркнул он и умолк, тяжело дыша. Словно эмоции, которые пылали внутри, требовали выхода, но он удерживал их на излете. Усилием воли.

   – Не мелочи, – мягко проговорила я, обходя его и становясь напротив. Уже не сдерживая слез, все-таки сорвавшихся с ресниц.

   Да, я хотела быть холодной и замкнутой, чтобы сохранить лицо, но зачем? Ведь мы видимся в последний раз. Пускай он запомнит меня настоящей. Пусть глупой, слабой, влюбленной… но настоящей.

   – Я ценю все то, что ты для меня сделал, Юлиан. Прости меня только за то, что не смогла дать тебе то, в чем ты нуждался. Огненный Цветок, который ты так упорно искал и который оказался заперт так бесполезно во мне, что ты даже не сможешь воспользоваться им в борьбе с императором.

   «Прости, что оказалась тебе плохой женой, и ты прогоняешь меня…»

Глава 22

   – Элеонора! – самоконтроль, что Юлиан с таким трудом удерживал, с треском лопнул.

   Он подался ближе ко мне, в полутьме кладовки, притягивая к себе так резко. Я ощутила сильные пальцы на своих плечах и задохнулась от чувств, снова нахлынувших так внезапно. Так неотвратимо…

   – Ты не понимаешь, да? Я не прогоняю тебя! И не хочу ставить напротив императора в битве только по одной причине! Я люблю тебя! И боюсь, что оставшись здесь и спрятавшись или ввязавшись в битву против Митрия, ты погибнешь! Я не прощу себе, что подставил тебя под удар! Ни одно королевство, ни одна власть не стоят жизни любимого человека, понимаешь, глупая? – Юлиан тряхнул меня так, что тонкая ткань платья жалобно затрещала.

   Но мои глаза расширились, и я на миг задержала дыхание. Не веря в то, что услышала. Юлиан любит меня?! Разве?! Быть того не может… Но я почти кожей чувствовала, что это правда. И на секунду прикрыла глаза, чтобы поверить. Поверить полностью и не разрыдаться…

   – Дамиан читал все эти чертовы легенды, – в голосе Юлиана прозвучало отчаяние. – Огненный Цветок должен исчезнуть, полностью поглотив магию… А это значит, что исчезнешь и ты! Нет, Элеонора! Лучше ты будешь живая и без меня, но в своем мире. Чем погибнешь ради меня здесь…

   – Я люблю тебя, – прервала я поток логичных речей мужа всего несколькими короткими словами.

   И первая, тихо всхлипнув, бросилась ему на шею, обнимая так крепко. А его губы тотчас нашли мои губы… И накрыли их в самом сладком и жарком поцелуе, который я только могла представить себе. Голова закружилась, я полностью растворилась в секундном ощущении счастья, когда дверь кладовки хлопнула снова. Я, смущенно покраснев, отскочила от Юлиана. А мой муж, зло прищурившись и сжав кулаки, двинулся на брата.

   – Чего приперся? Кто тебя просил? Я тут, может, прощаюсь!

   – На том свете попрощаешься! – махнул на него рукой Дамиан. – Планы поменялись! Никакого портала на Землю, никакого перемещения Элеоноры… Митрий украл Агни! Я обернулся в кота, чтобы проследить за тем, как он уйдет, и увидел, как этот малахольный схватил ребенка и прыгнул в портал. Наверняка в свой дворец.

   – Зачем ему понадобилась Агни?! – заорал доведенный до белого каления Юлиан. – Совсем тронулся наш император?!