Дженнифер Эстеп - Прикосновение холода

Рука легла на мое плечо и пальцы впивались в мою кожу через футболку. Как-то у меня получилось сдержать крик. Когда я обернулась, передо мной была Талия Пизарро, которая смотрела на меня злым взглядом.

– Что ты здесь делаешь? – хотела знать Талия. – Мы должны бороться друг против друга, ты помнишь?

– Я просто немного отдохнула, – соврала я.

Я пошла назад в направлении стадиона и заставила тем самым отступить Талию на несколько шагов. Морган и Сэмсон не должны узнать, что я шпионила за ними.

Я высоко подняла на затылок свои коричневые волосы и помахала рукой перед своим лицом, как будто мне не хватало воздуха.

– Если ты еще не заметила в зале приблизительно пятьдесят градусов.

Мой ответ, кажется, удовлетворил ее, хотя Талия и бросила на меня еще один взгляд, так как ей пришлось искать меня здесь снаружи.

Я еще немного поиграла со своими волосами и использовала возможность, чтобы бросить взгляд через плечо. Морган и Сэмсон покинули свое любовное гнездышко. Даже при условии, что они исчезли. Все же, я не разочаровалась. Я знала, где они будут вечером. И я поприсутствую на их маленькой вечеринке.

Так как между этими двумя что-то пробежало, я была готова поспорить, что это было как-то связано со смертью Жасмин.

– Идем уже, Гвен, – снова закричала Талия. – Я хочу пройти еще пару кругов, прежде чем закончится урок.

Через мгновение я пошлепала вслед за Амазонкой назад в спортивный зал.

Глава двенадцатая

Этим вечером был запланирован огромный костер. Очевидно, это была традиция Академии, и это мероприятие всегда проводилось перед большим балом. Бал, конечно, состоится в столовой. Даже в Мифе, не могли найти лучшего места для проведения танцевального вечера, чем в Кафетерии.

Некоторые вещи никогда не изменятся, не зависимо от того, в какую школу вы ходите.

Как всегда я бы не пошла на костер, как и на другие школьные мероприятия. Это было бы не так, если бы у меня были друзья, которые просили бы с ними пойти. Или если бы я была достаточно популярной, чтобы люди были заинтересованы, присутствую я на большом событии или нет. И, конечно, же не шла речь, о встрече с парнем, с которым я хотела бы прижаться под одеялом у огня.

Но Морган и Сэмсон договорились встретиться у огня и я не могла не увидеть, что они там замышляют. Я только надеялась, что это будет интереснее, чем их сухой секс во второй половине дня.

Вероятно, это было глупо, но я просто не могла отогнать это чувство, что эти оба были как-то связаны со смертью Жасмин. Очевидно, они не сами убили Жасмин, но что-то мне казалось неправильным. Кроме того я не планировала вечером ничего другого, кроме как посидеть в своей комнате, впихнуть в себя нездоровую пищу и читать комиксы.

Большой костер находился в одном амфитеатре, во впадине под библиотекой древностей. Я приняла душ, надела чистые джинсы, футболку и пурпурный пуловер с капюшоном и пошла.

Было семь и на улице был темный октябрьский вечер. Воздух был холодным, но не неприятным, а звезды сияли на бархатном черном небе, как блестящие камни на платье принцессы на балу.

Верхняя часть амфитеатра состояла из низких, широких, каменных ступеней, которые служили сидениями. Ступени формировали полукруг и плавно спускались к высокому подиуму, который служил сценой. В отличие от других зданий кампуса театр был выстроен из белого камня, в которые были встроены трудноопределимые цветные точки – лазурные, розовые, мягкие сиреневые тона.

Четыре колонны возвышались на сцене, на каждой была химера, которая держала мяч между изогнутых зубов и смотрела на ряды сидений, а вместе с тем и на посетителей.

Когда я вошла, сцена уже исчезала, и в обрамлении белых камней внизу амфитеатра был зажжен небольшой огонь. Я ждала, что остальные будут уже смеяться и разговаривать заплетающимся языком, но вместо этого все были спокойными, почти серьезными. Вместо того, чтобы объединиться в привычные группки и болтать, все ученики стояли в ряд, который тянулся вдоль ступеней амфитеатра наверх.

Я не была уверена, что это значит, поэтому держалась на заднем плане, не вставала в ряд, а обращала внимание на то, чтобы не подходить в мерцающее зарево пожара.

Один за другим ученики проходили мимо огромного мужчины, на котором была кобальтовая накидка, а на голове корона из серебряных листьев. Сзади него горел огонь, и мне потребовалось время, чтобы понять, что это Найкмедс. Что он там делал? И почему на нем была эта смешная накидка и корона? Он переоделся для вечера, играя в ролевую игру из Dungeons and Dragons (имеется в виду компьютерная игра) или что-то в этом роде?

По-видимому, другие ученики не видели ничего странного во внешнем виде библиотекаря. Я не слышала никаких насмешливых замечаний, тайных хихиканий, совсем ничего. Все были такими тихими, как будто они были на погребении. Люди, которые проходили мимо Найкмедса, опускали руку в большую серебряную миску, которую он держал, и брали себе горсть того, что там было. Я наблюдала, как первая девочка в ряду пошла к каменному кольцу. Остановилась на некоторое время перед огнем, а затем бросила горсть серебряной пыли в сердце огня.

Вшшш!

Что бы это ни была за пыль, она заставила огонь вспыхнуть и подняться выше, оранжевые языки пламени получили легкий серебряный оттенок. Ученики повторяли этот процесс друг за другом, среди них были так же Метис, тренер Эйджекс и некоторые из других профессоров. Когда последний ученик завершил процесс, огонь достигал верхней ступени амфитеатра, и жара заставила воздух дрожать и полыхать, как будто он был живым. Но это была больше чем жара.

Воздух изменялся, как будто он был чем-то утяжелен. Это был вид старой, бдительной, всезнающей силы, которую я всегда чувствовала, когда бабушка Фрост получала одно из своих видений. Я задрожала и обхватила себя руками. Я не могла верить во все магические фокусы-покусы, о которых постоянно говорили профессора, но здесь, сегодня вечером я могла практически поверить, что Боги и монстры действительно существуют, и что все они наблюдали за нами.

– Мы посвящаем этот огонь всем, кто боролся до нас, – проговорил Найкмедс. – Свет их жертв заставит тьму развеяться и приведет в порядок Хаос. Благодаря им мы живем и они продолжают жить в нас.

– И они продолжают жить в нас, – пробормотали все, и слова распространились в темноте.

На какой- то момент огонь вспыхнул еще выше и ярче, языки были скорее серебряными, чем золотыми. Затем я моргнула, и иллюзия исчезла. Это был просто костер, который горел в своем каменном кольце, в то время как потрескивание и сладкий дым наполнял воздух, ничего больше.