Развод с истинным. Инквизитор для попаданки - Хэля Хармон

— Но?

— Но обследовав эти предметы, я прихожу к выводу, что игла и камень образуют систему, через которую Альму, наоборот — питают. И болезнь замедляется. Ума не приложу, кому это могло понадобиться. Но тогда враг — это не тот, кто дал игрушку, а тот, кто…

Ри не успевает закончить свою мысль. Когда он отводит мягко светящиеся магией руки от иглы, та внезапно приходит в движение.

Игла отрывается от покрывала, влетает мне в плечо! Прокалывает насквозь, и так в нём и застревает!

Я успеваю только сдавленно охнуть!

Ри моментально сокращает и без того небольшое расстояние между нами. Треск ткани, и рукав моей почерневшей сорочки остаётся у Инквизитора в руках… Он порвал ткань быстро и аккуратно, не задев иглу.

Скашиваю на миг взгляд на своё плечо. И тут же накатывает слабость. Под коленями пробегает холодок, а во рту появляется железный привкус.

Игла нелепо и жутковато торчит. Мне не больно, и крови почти нет. И даже кружки со взваром я так и не расплескала.

«Молодец, Софа… Очень полезные навыки».

В ушах начинает шуметь. Голову — как будто ватой набили.

И меня тошнит… оттого что я вижу иглу, торчащую из меня как антенна старого телевизора. Ри осторожно берётся за иглу двумя пальцами, и чуть отодвигает, расширяя рану.

Инквизитор меняется в лице. Он отпускает иглу и поднимает на меня очень серьёзный взгляд.

Интересно, что он там увидел? Что там в принципе можно было увидеть?!

— Я же говорил, Софи, — очень тихо шепчет мне Ри, мягко забирая у меня из рук массивные рыжие кружки, которые я продолжала крепко сжимать.

— Что?..

— Шип Паучихи. Мне тогда не показалось. Он у тебя под кожей. А игла сейчас чуть глубже, — ровно под ним…

* * *

Ри

Сомкнуть глаз до рассвета мне так и не приходится.

Пока Альма мирно спит в спальне через стену, я открываю портал для королевского лекаря — из особого тайного подразделения, принявшего карающую магическую печать о неразглашении секретной информации.

К моему изумлению, следом за лекарем, через наведённый мной портал является сам Алан. Король одет просто — в чёрные штаны и светлую рубашку. На плечи небрежно накинут камзол без знаков отличия. Но Алан всё равно выглядит как король — это так очевидно, что его августейшая попытка сойти за простолюдина вызывает у меня невольную улыбку. Это примерно то же самое, что попытки маскировать моего зверя в полевых условиях — волка с пёстрой рыжей шерстью…

Софи накидывает халат поверх рваной почерневшей сорочки и тихонько отходит к широкому, занавешенному кремовой тяжёлой портьерой окну. Моя Истинная скрещивает руки на груди и выжидающе замирает.

А я… злюсь.

Ревниво сцепляю зубы, которые вмиг начали зудеть, желая превратиться в волчьи клыки…

Здесь двое мужчин. А моя жена стоит в сорочке…

— Значит так, Ри, — устало обращается ко мне король, запросто присаживаясь на край кровати, после того как побледневший лекарь уже осмотрел Софи и шёпотом что-то доложил Алану на ухо, — мы не будем извлекать шип.

— Что?! — мой внутренний зверь вскидывается. Мне не удаётся его успокоить. Не удаётся объяснить, что перед нами король, и существует долг перед государством и присяга.

В висках стучит: он хочет обречь на смерть нашу Истинную. Нашу Софи!..

Я едва удерживаюсь на месте.

Мои клыки удлиняются против воли!

Да, я сейчас всерьёз рискую заработать себе на смертную казнь, но… это же моя жена! Я не готов принести её в жертву!

Софи вмиг отклеивается от портьеры и оказывается рядом со мной, она тянет меня за рукав, разворачивая к себе, так чтобы король и лекарь не видели моего лица.

Наивная моя Софи.

Алан прекрасно понимает, что сейчас со мной происходит и какие эмоции я вкладываю в свой порыв.

Но я подчиняюсь жесту Софи, которая увлекает меня в дальний угол комнаты. Не могу ей отказать.

— Втяни зубы, Ри… — еле слышно шепчет Софи, — втяни, пока нервный не заметил… у вас же за это наказывают…наверно. Наверняка!

Алан, конечно, всё слышит.

У всех Оборотней великолепный слух.

Я стою к нему спиной, но знаю — мой король сейчас усмехнулся краешком рта.

Оскалься я на него при свидетелях — это была бы государственная измена. Но сейчас… время идёт. И Алан делает вид, что не слышит и не замечает того, что со мной происходит.

— Ри, пожалуйста, втяни уже зубы…и шип этот… совсем мне не мешает. Не дёргайся…

— Да, Ри — наконец говорит король, — Софи права дважды. Втяни зубы. В Руанде за то, что скалишься на короля, казнят.

Софи бледнеет.

— И ещё немного, и я не смогу игнорировать твой оскал, мой Главный Инквизитор, — теперь в голосе Алана угрожающие рычащие нотки.

— Блин, Ри! — Софи теперь говорит в полный голос, берёт меня за лицо руками, пододвигается ближе, — ну что ты так заводишься? Ну чего ты добьёшься? Ну да, у вас мягкая тирания на родине… Ну пожалуйста…

Я горю от её прикосновений!

А Алан усмехается.

— Расслабьтесь, никто никого не казнит. Мы все на нервах… Ри, шип останется, это окончательное решение. Он рабочий. Через него проходит канал связи. На него можно поймать культистов…

— Нет, — я рычу.

— Ри. — в голосе Софи решительность, — если ты сейчас не наделаешь фигни и не будешь ругаться с королём я… мне… может быть…

Софи отпускает меня. Нервно теребит собственные пальцы. Отводит взгляд. И куда только делась вся её недавняя решительность?

— Я… рассмотрю вариант… ну, о котором ты говорил.

Я просто не верю своим ушам. Неужели?! Она останется со мной? По собственной воле! И мы всё начнём сначала…

Да ведь я только этого и желаю! Однако…

— София, — мягко, но уверенно беру жену за руки, мы переплетаем пальцы… этот жест уже стал автоматическим, и это так приятно… — я очень тебя люблю и хочу, чтобы ты была рядом. Но для меня принципиально, чтобы ты осталась жива.

— Да что мне сделается?.. — издаёт нервный смешок Софи, — если бы шип был отравлен, я бы давно почувствовала, нет?..

Я мягко усаживаю Софи на диванчик, лекарь снова просит её оголить плечо. Он осеняет специальным артефактом её рану и молча срезает кончики иглы алмазными кусачками. А сверху — надевает на плечо Софи широкий браслет из белого металла. После чего Софи под моим пристальным взглядом вновь спешно запахивает халат.

— Ри, с учётом обстоятельств, — уверенно выговаривает Алан, поднимаясь на ноги, — вам лучше расположиться в гостевых апартаментах моего дворца. И… возьмите с собой дочь