Имя моё - любовь - Марьяна Брай

тот момент вовсе не думала, что наживаю себе нового врага. Вернее, думала, но страха у меня не было вообще.

— Девочки, идемте во внутренний двор. Вам нужно размяться, а лорд как раз велел поговорить с вами и узнать, как вы живете, все ли вам нравится? — голос мой звучал так уверенно, что мне самой на секунду стало страшно: ведь я не имела привычки и даже мысли когда-то высказаться в таком тоне.

— Ты не смеешь! — почти не шевеля тонкими губами, процедила Генриетта. Я посмотрела на нее снова так внимательно, как будто видела впервые. Темное платье до пола, воротник впивался в горло, серый передник, серый платок, завязанный узлами назад. Мне подумалось почему-то, что она сама была такой вот ученицей.

— Идем к лорду! — заявила я и шагнула к двери. За моей спиной часто дышали. — Ну же, идемте, Генриетта. Сами скажете лорду, что вы не станете выполнять его приказы. Я драться и спорить с вами не собираюсь, я всего лишь исполняю его волю, — я снова переворачивала слова, сказанные лордом, пользуясь страхом, неуверенностью челяди. Ведь у них в голове разговор с лордом был чем-то сродни суда Господня.

— Идите с ней, только помните, кто вы, и знайте, что дьявол искушает вас на каждом шагу! — почти крикнула в залу Генриетта, — Сюзанна, ты пойдешь с ними и проследишь, чтобы девочки вели себя достойно.

«Лед тронулся, господа присяжные», пронеслось в голове. Девушки встали, как будто были единым механизмом, и своей рукой эта самая Сюзанна нажала некую кнопку. Никто не встал раньше или позже, никто не поднял головы.

«Чертова секта у вас тут, а не невесты Христовы», — подумала я и внимательно наблюдала за каждым движением ладони второй старушки. Кстати, тогда-то мне и показалось, что Сюзанна такая же заложница Генриетты, как и эти девочки. Я могла ошибаться, но в какой-то момент я увидела на лице Сюзанны подобие выражения счастья

Глава 20

Девочки боялись говорить со мной, даже когда мы оставались одни. Я-то их понимала, но раздражало это сильно. Сюзанна, следующая за нами по следу: и в саду, куда мы выходили, и в зале, где девочки вышивали, часто оглядывалась, видимо, боясь получить нагоняй от Генриетты за любую оплошность. Я терпеливо ждала момента, когда кто-то из них созреет для искренней беседы.

— Вам же не обязательно уходить в монастырь. В замке много работы, и вы могли бы быть полезны здесь. А потом найти себе пару, создать семью… — красочно описывала я возможные варианты их жизни, пока девушки плели кружево. — У вас могут быть дети, свой дом…

— А кто им даст этот свой дом? — осторожно спросила меня Сюзанна. Я повернулась на ее голос и встретилась с темными глазами, седыми почти ресницами и бровями. Чуть выбившиеся из-под платка волосы тоже были седыми. Она мне нравилась: кроткая, но имеет свое мнение, умная, но хорошо скрывает этот факт. Боялась я только одного: ошибиться в ней. Ведь вся эта кротость могла быть наносной и исключительно для того, чтобы все передать Генриетте.

— Вокруг много деревень. Уверена, лорд бы пошел навстречу тем, кто остался бы при замке. Но если девочки будут плести кружево для монастыря, то кому-то оно нужно, кто-то его покупает! Замок тоже может торговать кружевом, а еще… здесь много овец, и я могла бы научить вас вязать. Мне сказали, что шерсть здесь прядут, но основную часть все равно просто продают.

— Ты обещаешь то, в чем не уверена сама. В монастыре у них будет кров и стол, а здесь… — Сюзанна скривила губы, сомневаясь в сказанном мною. Но я заметила, что некоторые девочки подняли глаза и теперь внимательно слушали нашу беседу.

Мне пора было уходить. Мои обязанности никто не отменял, и Севия с радостью использует мои прогулы в свою пользу. Я встала, поблагодарила Сюзанну и девушек за то, что те сообщают слугам о времени, когда можно прийти к ним, и пошла к двери.

— Если бы мы знали точно, что лорд поможет девочкам найти мужей и крышу над головой… — очень тихо сказала Сюзанна. Я обернулась и улыбнулась ей.

Наша очередная встреча с лордом произошла случайно для меня: лорд сам пришел к конюшням и вынырнул, как черт из табакерки из-за угла в момент, когда я кормила одного из своих любимчиков. Я быстро накинула на плечо пеленку и постаралась выдохнуть, чтобы не краснеть после такого вот конфуза с оголенной грудью.

— Здесь очень хорошо, — сказал он почти шепотом.

— Да, в отличие от зала, где сидят кружевницы каждый день, ровно до того момента, пока их не отправят в монастырь. Вы могли бы получить верных вам людей, оставить их в замке или в деревнях около замка. Они ни за что не предадут вас, лорд, — тихо ответила я, стараясь не смотреть на него.

— Ого! У тебя новые идеи. И как ты себе это представляешь?

— Ну не для монастыря же вы покупаете этих ненужных детей, которых боятся все вокруг. Считается, что вы готовите их к чему-то страшному. Мальчики, которых вы продаете в служение другим замкам, возмужают…

— Они никогда не пойдут против меня, даже если нас ждет столкновение с хозяином их нового дома, — важно заявил лорд.

— Да, и они могли бы приносить пользу вам. Ну, или уходить потом в новый дом с семьей.

— Ты плохо понимаешь, что нас постоянно окружают враги. Время перемирия может быть очень коротким.

— Но вы могли бы дать им шанс быть не только воинами и собираться в случае надобности. Они, думаю, с радостью бы пахали землю в мирное время, пасли скот или строили.

— Так что о кружевницах? Девочек очень много. Я не смогу каждой дать мужа и дом.

— Можете. У вас есть женихи для них. Им не надо давать дом, а надо дать право на его постройку. Думаю, они и сами справятся. У вас обширные леса, поля. Если ваши люди будут здравствовать, будет здравствовать весь замок, — я почувствовала, что маленький принц заснул. Аккуратно натянула платье под пеленкой, сняла ее и залюбовалась малышом.

— Скучаешь по своему ребенку? — вдруг спросил лорд.

— Да.

— Так почему ты оставила его? Совсем не было возможности остаться дома?

— Мой муж погиб на войне. А ребенок… — я боялась сказать хоть толику правды, раскрыться, ведь в таком случае я буду на виду, и о побеге придется забыть.

— Умер от болезни? — лорд принял мою паузу за горе, и я воспользовалась его ответом.

— Да, —