Сквозь Лица На Время (СИ) - Эмили Гунн

таки куда могла пойти Сенемда с грудничком на руках?! Может, они удачно столкнулись с Алькетом на улице, и он их увел в безопасное место? Надеюсь, что так…»

— Знаешь, почему тебе до сих пор не ввели сыворотку правды? — щурится Илиск, упорно стараясь пробиться сквозь мои ментальные щиты.

— Хочешь сначала сам прочесть моё сознание? — усмехаюсь я, впервые начав отвечать. — Бессмысленное занятие, милый, — говорю прямо, не боясь нарваться на еще большие неприятности.

«Тебе это не удавалось, даже когда ты был моим опекуном, — добавляю про себя, отвечая на его взгляд не менее сосредоточенным. — Хотя тогда я понятия не имела, что означает твой сверкающий прищур».

— За столько веков ты так ни разу так и не сумел, разгадать моих мыслей, — продолжаю говорить вслух. — Думаешь, сейчас я потеряю бдительность? — опираю щеку на ладошку, лукаво улыбаясь. — Так что тащи уже свой шприц с сывороткой болтливости. Посмотрим, как она подействует на мой организм, начиненный магией, — ставлю тыльную поверхность второй ладони на стол, призывно маня его пальчиками.

— Или раньше я просто не пытался? — насмехается он над моей уверенностью. — Об этом ты не задумывалась? Что мне не было никакого дела до того, что происходит в прелестной головке развлекающей меня куклы, — бьет он словами наотмашь, заставляя меня злобно поджать губы.

Сидит весь такой идеальный из себя. Довольный, самонадеянный…

И еле сдерживает желание дотронуться до моих пальцев, поглаживающих полированную поверхность стола. Они слишком близко от его рельефной руки.

Ловлю его взор, в очередной раз нечаянно сползающий к кругам, что я прорисовываю на столешнице.

Выпрямляюсь, вовремя спохватившись, что это первый постулат ментальной атаки: «выведи противника из равновесия, вызвав на эмоции».

Илиск намеренно задевает меня, чтобы я растерялась и впустила его в голову!

— То-то же ты до сих пор пускаешь слюни на куклу, которая тебе так и не досталась, — расползается кроваво-красная ухмылка на моих подкрашенных губах, когда я вижу, как невозмутимый Тазрн силится скрыть раздражение.

Виви как и раньше бесподобна в своей роковой неприступности!

Однако улыбка мигом сползает с моего лица, когда он подается вперед и, схватив меня за оба запястья, резко тянет на себе:

— Зато я достал для себя ту, что сидит сейчас внутри этой сногсшибательной игрушки, — обводит он меня хозяйским взглядом, — и дрожит от того, что она полностью в моих руках, — вкрадчиво шепчет он, не спуская с меня глаз. — И знает, что я очень, о-очень бли-и-и-зок к тому, чтобы раскусить эту очаровательную обертку и попробовать ее сладкую начинку.

— Чего ты хочешь? — заставляют меня поежиться его слова, пробившие плотную плотину моей выдержки.

— Правды. Объяснений. Причин, — перечисляет Илиск, а я ловлю себя на том, что хочу от него практически того же. — Всего так сразу и не скажешь, — усмехается он, а я уже готова снова жалить:

— Говоришь как отвергнутая девица с уязвленным самолюбием, — вырываю я руки и скрещиваю их на груди, получив незабываемую возможность полюбоваться его изменившимся лицом.

Однако на то он и Тазрн, чтобы быть на шаг впереди, и я с досадой осознаю, что меня вновь обошли:

— Я тебя обидел? В этом всё дело? Дай угадаю, — понимающе хмыкает он, явно наслаждаясь тем, что прощупал меня. — Был эпизод, когда я пренебрег тобой. Точно, — победно кивает он, заметив моё замешательство. — Поэтому ты следовала за мной безликим хвостиком, снова и снова ложась под меня под разными личинами! Как же это… по-человечески, — надменно замечает он. — Слабохарактерно. Бегала за мной…

— Прекрати! — срываюсь я, задетая за живое.

— Я прав, не так ли? — не унимается гад. — Ущемленное самолюбие не позволяло забыть, а трусость вынуждала малодушно преследовать меня. А знаешь, — говорит он внезапно, — можешь и дальше скрывать настоящее лицо. Или показать, если устанешь держать морок. Это для меня больше не важно. Догадываешься, почему? — спрашивает Илиск, превратившись в мой самый страшный кошмар из прошлого — в бесчувственного издевщика.

— Надеешься таким образом выманить меня реальную? — судорожно пытаясь вернуть себе самообладание, предполагаю я.

— Умно, — хвалит он меня, как и когда-то. — Но нет. Мне это больше не интересно. Я внезапно пришел к выводу, что, скорее всего, даже не узнаю тебя в истинном облике. Исходя из твоей жалкой истории, крошка Виви, я понял, что ты настоящая была настолько невзрачной, что я просто прошел мимо. Верно?

По телу проходит царапающая рябь.

Мне дурно.

Душно. Я задыхаюсь от набухшего в горле кома. Но одновременно с диким напряжением, чувствую незнакомое облегчение. Такое парадоксальное сейчас. Ведь с меня будто тонны кирпичей обмана стянули, дав подышать. А я не могу. Разучилась.

Мне привычнее мучить себя тисками лжи, чем высвободиться в покойное русло откровенности. Вот почему эта легкость, которую я сейчас ощущаю, получив возможность раскрыться, для меня болезненнее ноши вранья.

— Кто ты? — спасает меня невольный вопрос Илиска, сконцентрировавшего на мне свои сверкающие радужки. — Я знаю тебя? — мелькает в его глазах изумленное узнавание, сменяющееся недоумением.

Нет!

Нет, нет и нет!

— Нет, — выдыхаю, прижав ладони к бешено колотящемуся сердцу. Он все таки просканировал меня. Заставил сорваться. Поддаться на его провокации!

— Нет, — качаю головой. — Но ты прав в другом. Пресная мышь, мимо которой ты прошел однажды, затаила глупую обиду, — сознаюсь я в частичной правде, потому что это тоже один из приемов, который мой взвинченный мозг каким-то чудом вспоминает.

Можно увести менталиста подальше от важных кусочков правды, подбросив ему косточку в виде малозначимой части головоломки:

— Мне до жути хотелось твоего внимания, и временами я уступала своей слабости, — раскрываю я якобы душу, одномоментно замуровывая информацию о своей личности за бетонными стенами. — Однако, поверишь ты или нет, но я за тобой не гонялась. Это ты почему-то постоянно появлялся там, где была я, мешая жить.

Илиск не перебивает, всё так же пристально уткнувшись мне в глаза своим телепатическим даром Тазрна.

Но не тут-то было. Я уже, аккуратно ступая, увожу его за собой по зыбким пескам полуправды:

— Приходилось убегать, чтобы не влюбиться вновь, — закидываю я первый камушек обмана, легонько оперевшись на него, чтобы идти дальше:

— Если ты разобрался, что мы с тобой сталкивались множество раз, то, наверняка, помнишь, что я всегда уходила первой. Я не дура. Понимала, что бессмысленно пытаться влюбить в себя или привязать Тазрна. Я лишь хотела комфортно жить, не разбив своего собственного сердца, — кажется, я нащупала то, что Илиску действительно интересно!

Что бы он там ни врал. Потому что он слушает!

— И в этот раз было то же самое. Можешь мне не верить, но мы с тобой встретились случайно.